2075 год. Когда красота стала преступлением - Райнер Цительманн

пожалуйста, не смейтесь, говорит капитан Джеймс Кирк. Я буду вашим пилотом в этом путешествии на Марс. Пожалуйста, пристегните ремни, пока мы готовимся к взлету. Посадка завершена, и мы скоро стартуем». Натаниэль, Алекса и до предела взволнованная Алика уже устроились в роскошных кожаных креслах, а Алика прильнула к окну и стала внимательно следить за подготовкой к пуску.

– Это потрясающе! – воскликнула она. – А вот Адриан, оказывается, боится летать, так что хорошо, что он не летит с нами. – И немного обиженно Алика добавила: – У каждого свои недостатки. Но он все равно мой любимый. Мы собираемся пожениться, и мы хотим иметь по крайней мере троих детей. А я так предпочту четверых…

Алика улыбалась, слушая болтовню сестры.

– Возможно, ты подаришь ему на Рождество симулятор полетов, чтобы он научился преодолевать свой страх…

– Скажите, – вмешался в их разговор обеспокоенный Натаниэль, – разве капитан Кирк не объявил, что мы взлетаем через несколько минут? Прошло уже почти пятнадцать.

В этот момент из устройств бортовой связи послышался голос капитана Кирка: «Дорогие пассажиры, из-за технической проблемы наш старт откладывается на более позднее время. Вы можете отстегнуть ремни безопасности, но, пожалуйста, не покидайте корабль. Мы уверены, что решим все возникшие проблемы, и мы упорно работаем над этим».

Алекса, Джоффе и Алика обменялись недоуменными взглядами, не понимая, что происходит. Алексу охватило сильнейшее беспокойство, когда в салоне появились полицейские в штатском и двинулись по проходам, сканируя идентификационные чипы пассажиров.

– Что случилось, офицер? – спросил Натаниэль с нотками отчаяния в голосе.

Молодой полицейский с именным значком на рукаве («Рик Андерсон») ответил будничным тоном:

– Мы получили сообщение, что на борту имеются ПК, нарушающие запрет на выезд, а также лица, которые пытаются помочь им обойти соответствующие правила. Правило вылета женщин категории ПК, параграф два, «Случаи серьезного пособничества незаконному вылету». И похоже… – Он просканировал появившиеся на устройстве данные и подмигнул своему сослуживцу. – Похоже, мы нашли то, что искали. Я вынужден забрать всех вас троих с собой. Вы арестованы. Пожалуйста, встаньте!

– Арестованы? – возмущенно воскликнула Алекса. – Мой сестре только что исполнилось пятнадцать лет.

– Будь моя воля, я бы тех, кому только что исполнилось пятнадцать лет и кто сел в ракету, чтобы улететь на Марс, закрыл бы на несколько дней в тюрьме, – равнодушно сказал Андерсон. – Ну же, идемте!

Алика покраснела, а Натаниэль вздохнул. Он поднялся с кресла и, наклонившись к Алексе, сказал:

– Похоже, ты все же рассказала о наших планах не тем людям.

* * *

Райвен был дома. Он бросал в закрытую входную дверь мягкий мяч. Тот отскакивал, и маленькая собачка, путавшаяся в ногах журналиста, бросалась к мячу, осторожно брала его в зубы и приносила хозяину. Когда собака в очередной раз вернула игрушку, тишину нарушил резкий звук дверного звонка.

– Алекса? Это ты? – громко спросил Райвен.

В ответ раздалось хрипловатое покашливание, и Райвен сразу же узнал голос О’Хары.

– Нет, простите, если разочаровал вас. – Инспектор поднял мяч, который едва не угодил ему в лицо, когда он открывал дверь. – Ваша шавка огрызается? Она выглядит довольно грозно.

Райвен усмехнулся.

– Грозно выглядит, говорите? К сожалению, мне пока не удалось увидеть малыша. Но я уверен, что он укусит вас, если вы опять назовете его шавкой. Его зовут Гакки.

– Как ту собаку из древней научно-фантастической серии?

– Гакки был не собакой, а нутрией, что бы это ни значило. В «Перри Родане», да[14]. Гакки – прекрасный компаньон, тем более что Алекса сейчас редко здесь бывает. Полагаю, у вас есть новости, касающиеся расследования.

– Да, есть, – ответил О’Хара, бросая мяч собаке. Гакки с готовностью схватил его своими металлическими челюстями, но тут же прекратил попытки играть, так как был запрограммирован на то, чтобы уметь развлекать хозяина, но не отвлекать его от серьезных разговоров.

Инспектор встал рядом с Райвеном.

– Все наши версии указывают на Корею. Есть там кто-то, кто хочет свести с вами счеты?

– Корея? Корея, вы говорите… Да, я навожу справки о Хван Ён Ла, наследнике Universal Powers. Он решил прославиться, обвинив своего покойного отца, основателя компании Хван Гун Ву, в том, что тот продвигал женщин по карьерной лестнице, ориентируясь исключительно на их внешность. Все это сплошное вранье. Ён Ла хотел выставить себя высоконравственным человеком. Что им двигало? Тщеславие! – Рай-вен выпрямился в кресле. – Я провел журналистское расследование, вся эта история практически готова к печати, коллеги собирают последние письменные показания от наших источников. Но, инспектор, одно лишь тщеславие не толкает человека на убийство или даже на попытку его совершить.

– Мне жаль, что вы не можете сейчас видеть мою самодовольную ухмылку, – сказал О’Хара. – Вам, журналистам, нравится думать, что вы одни такие умные. Но в данном случае мы вместе с моими корейскими коллегами добились значительного прогресса. Тщеславие! Мы поговорили со всеми имеющими к вам отношение, особенно с некой Калистой…

– С Калистой Ангелакис? Давненько я с ней не беседовал.

– Да, но вы не вникли в суть дела. Хван Ён Ла двигало вовсе не тщеславие и не желание славы в соцсетях. В действительности он хотел продать Universal Powers, и у него было отличное предложение от группы вьетнамских триллионеров.

– Но?..

– Но его отец обусловил решение о продаже компании одобрением, которое должен дать генеральный директор компании или группа генеральных директоров, если таковая будет существовать в структуре управления компанией. И Калиста Ангелакис заблокировала сделку. Она наложила вето, потому что считала инвесторов ненадежными, в то время как все остальные члены совета директоров были не против продажи компании. Так что Калиста должна была уйти. А поскольку убийство вызвало бы слишком много подозрений и первым подозреваемым стал бы Хван Ён Ла, он решил действовать более тонко и уничтожить ее репутацию. Именно это и произошло.

– Обалдеть, – потрясенно выдохнул Райвен. – Из вас бы вышел потрясающий журналист-расследователь.

О’Хара с улыбкой покачал головой.

– Не надо недооценивать людей, молодой человек. Я изучаю факты, как и вы, и в этом я силен. Но мне не нужно придумывать броские заголовки и из всего делать сенсацию ради кликов.

Мобильное устройство Райвена завибрировало.

– О, это Алекса, может, вы сами расскажете ей о последних событиях? Она не поверит мне, если я скажу, что Лена не участвовала в нападении.

Когда Алекса рассказывала об их неудавшемся побеге на Марс, она была блика к истерике. Райвен быстро среагировал и повернулся к инспектору, который теперь стал его надежным союзником.

– Я думал, Алекса летит на Марс вместе с сестрой. Но их арестовали. Она звонит из следственного изолятора «Старая