2075 год. Когда красота стала преступлением - Райнер Цительманн

попали женщины с рейтингом ПК в 95 процентов и выше, но через несколько месяцев закон был ужесточен и под его действие подпали уже «девяностопроцентные». «Что хорошего в том, что несколько процентов красивых женщин лишатся своих привилегий, если более многочисленная группа красивых женщин продолжит пользоваться преимуществами своей предполагаемой привлекательности?» – провозглашали лидеры Движения в Германии.

Более радикальный немецкий подход стал примером для сторонников Движения в США. Они тоже стали требовать принять меры против «бонуса красоты», которым пользуются 90 процентов ПК, и призвали распространить «оптимизационную терапию» и на эту группу.

Законы, направленные против женщин категории ПК, были приняты в большинстве стран мира, за исключением нескольких исламских государств, где женщины были обязаны полностью закрывать лицо. «У нас нет проблемы визуального неравенства, – заявил президент Исламской Республики Франция, – потому что мы более прогрессивны. Мы не позволяем женщинам открывать свое лицо на публике. В результате у нас нет такой визуальной дискриминации, как в государствах неверных». Полная чадра была введена во Франции в 2052 году, когда к власти пришла Исламская партия. Но переезд во Францию лишь очень немногие женщины рассматривали как приемлемый вариант.

Иран также решительно выступил против всемирной тенденции. Президент Свободной Республики Иран объяснил: «После того как десять лет назад пал режим аятолл, мы, иранцы, больше не нуждаемся в государственном контроле и нормах регулирования, указывающих каждому, как ему жить. Мы хотим пользоваться свободой в полной мере и отказываемся следовать какой-либо политической религии».

В ряде азиатских стран также не предпринималось никаких попыток ввести меры по борьбе с ПК. Однако из-за строгих правил въезда в эти страны о получении убежища в них не могло быть и речи. Один только Вьетнам был готов принять женщин, просивших политического убежища. В третьей, после Китая и Индии, по экономической мощи стране Азии люди смеялись над безумной идеологией Движения. На самом деле жители Вьетнама гордились обилием красивых женщин в их стране.

А еще был Марс, где поселенцы только качали головами, глядя на «возмутительные события на Земле», как сообщило агентство RedPlanetNews в одном из своих новостных выпусков, который транслировался и на Землю. Суверенное марсианское правительство осудило происходящее на Земле как «тиранию посредственности, завистников и глупцов». Теория визуального неравенства, говорили на Марсе, была всего лишь логическим продолжением эгалитаризма, который уже нанес ущерб многим другим сферам жизни на Земле.

– Я подумываю о том, чтобы сбежать на Марс вместе с Аликой, – призналась Алекса Натаниэлю однажды вечером.

Он недоверчиво посмотрел на нее.

– Ты что, не видела сегодняшние новости?

– Нет, а что? Что случилось?

Натаниэль включил NewsFlash в гостиной и ввел ключевое слово «Марс». Андрогинный робот, представляющий новости, сообщил: «Сегодня для всех лиц категории ПК был введен запрет на путешествия за пределы Земли. Отныне космическим кораблям запрещено перевозить пассажиров категории ПК».

У Алексы екнуло сердце.

– Это превращается в диктатуру.

Профессор кивнул:

– Да, демократия медленно, но верно все больше выхолащивается. Формально это все еще демократия – названия институтов могут сохраняться, но главное ее достижение, верховенство закона, превращается в верховенство несправедливости.

– Это так бесит! – воскликнула Алекса. И продолжила: – Если бы речь шла только обо мне, я бы осталась здесь и присоединилась к борьбе против этого тошнотворного Движения. Но я боюсь за Алику. Она по-прежнему прячется на ферме и все больше впадает в депрессию, и в любом случае это не долгосрочное решение.

Натаниэль, казалось, глубоко задумался.

– Джеймс Тибериус! – вдруг сказал он. – Капитан Кирк!

– Капитан из старых фильмов о «Звездном пути»? Но это же все вымысел…

Этот сериал давно стал культовым среди молодежи. Натаниэль с улыбкой кивнул:

– И да, и нет. Это мой старый друг. Родители дали ему то же имя, что и главному герою сериала, – Джеймс Тибериус, – потому что его бабушка и дедушка тоже были фанатами сериала. И он не смог избежать своей судьбы. С ранних лет он хотел летать на космическом корабле, и сегодня он капитан. Он летает на Марс каждые два года. В детстве мы вместе играли в «Звездные войны», и он такой же либертарианец, как и мы с тобой, и, разумеется, все называют его капитаном Кирком…

Он на мгновение задумался, а затем решительно поднял трубку.

– Привет, Джеймс, – сказал он. – Ты можешь мне помочь?

Тибериус быстро согласился – его друг даже не успел закончить рассказ о своей проблеме. «Натаниэль, мой старый добрый мистер Спок, – сказал он, – нам давно пора совершить совместное приключение. Знай, однако, что, если ты облажаешься, это будет стоить мне капитанской лицензии». Он объяснил, что провести кого-то на борт практически невозможно, но у него есть верная команда, которая сделает для него все что угодно и он доверяет ей на сто процентов. И он знал все уловки, способные обмануть технические средства безопасности. «Уж поверь, если принять во внимание все меры предосторожности и проверки, ни один пилот не сможет провести кого-то на борт. Для меня это большой риск, но судя по тому, что ты рассказал мне о девушке, оно того стоит. И вам очень повезло: звезды сошлись так, что я лечу на Марс через четыре дня. Я с радостью возьму с собой тебя, твою девушку и ее сестру. Вы оба абсолютно уверены в том, что хотите этого?»

* * *

Буквально на следующий день Алекса поехала за город, чтобы забрать Алику. Подъезжая к ферме, она увидела полицейский минивэн. Алекса вздрогнула. Она припарковалась перед главным домом. Двери дома были распахнуты. Нигде ни души.

Алекса побежала в комнату сестры. Она была пуста.

– Алика! – позвала она. – Фред? Беверли?

Она пробежала по всему дому и наконец на кухне обнаружила Беверли, которая сидела за столом и плакала.

– Что случилось? Где моя сестра? Эта полицейская машина…

Беверли вытерла слезы фартуком и обняла Алексу.

– Здравствуй, Алекса. Не волнуйся, все в порядке.

– Все в порядке? Тогда почему ты плачешь? И полицейская машина… и я нигде не смогла найти Алику.

Смеясь и плача, Беверли стала рассказывать:

– Ох, вы, городские, не знаете, что, когда режешь лук, выступают слезы. – И она взглядом указала на лежавшую перед ней разделочную доску, на которой мирно покоилась очищенная и частично порезанная белая луковица. Несмотря на последние технологические достижения, эта процедура вызывала слезы точно так же, как и сто лет назад. – А полицейская машина находится здесь потому, что детектив Редфорд всегда покупает у нас перепелиные яйца.

– А где Алика? Ее комната пуста.

Беверли опять вытерла лицо фартуком. Только теперь Алекса осознала, что в кухне стоит едкий запах лука.