2075 год. Когда красота стала преступлением - Райнер Цительманн

Алекса так и сделала и нашла в амбаре свою сестру. Теплый земляной запах соломы и животных заполнял обширное пространство. Алика растянулась на соломе, два крошечных котенка устроились у нее на животе. Два или три других котенка пристроились по бокам, а их мать лежала рядом и мурлыкала.

– Алика! – радостно воскликнула Алекса. – Это что, действительно моя сестренка, которая не любит деревенских кошек?!

Алика осторожно отложила котят в сторону, подскочила и обняла старшую сестру.

– Знаешь, в моей жизни столько всего изменилось, что теперь мне можно быть и любительницей кошек!

– Ну, конечно, моя дорогая! – сказала Алекса с любовью – Но жизнь приготовила для тебя еще больше перемен. Мы с Натаниэлем берем тебя на Марс!

* * *

Либертарианский университет предложил Джоффе должность профессора, а Алекса решила на Марсе получать степень по истории и была полна оптимизма от того, что наконец-то попадет на курс терраформинга, о котором всегда мечтала. Они были готовы сорваться и оставить Землю в прошлом. Перевернуть страницу. Конечно, у них были и сомнения. Будут ли они скучать по рекам и полям, свежему воздуху, птицам, бабочкам, лесам, океанам и всему остальному, что делало Землю такой прекрасной? По запаху земли после весеннего дождя, по ярким лугам, по терпкому аромату осенних листьев, покрывающих землю пестрым ковром, по скрипу снега во время веселых зимних прогулок… На соседней планете у них ничего этого не будет. Они оба слышали много интересного о Марсе, но знали и о суровых реалиях жизни там. Даже Антарктика была более гостеприимной.

Для Алексы самым трудным во всем этом было то, что ее мать не могла отправиться с ними. И тут она поняла, что думает и о Даксоне, который часто снился ей и по которому она очень скучала, – это было то, чем она не хотела делиться с Натаниэлем. Она понимала, что после матери больше всего она будет скучать по Даксону.

Алика тоже готовилась к тому, что будет скучать по своей маме. А что до птиц, бабочек и других существ, то она придерживалась более прагматичного подхода:

– По крайней мере, на Марсе не будет ни пауков, ни комаров, ни змей. И я собираюсь пронести в рюкзаке одного из котят.

– Не вздумай! – воскликнула Алекса.

– Не бойся, – со смехом успокоила ее Алика, – я пошутила. – Затем она стала серьезной. – Очень жаль маму. Но ведь на Земле все не будет долго оставаться по-прежнему, правда? Мы уедем, как и многие другие, но в конце концов правительству придется признать, что оно ошиблось, так ведь? Ведь многие люди протестуют. Это же демократия, так? Это то, о чем нам говорили в школе: правительство делает то, что хочет народ, а не наоборот. Так оно и есть, правда? И как только они отменят закон, я прилечу обратно к маме. И к Адриану. И к Бенни».

– Бенни? У тебя есть другой парень?

– О, прости, ты с ним еще не познакомилась. – Алика взяла в руки маленького мяукающего котенка. – Смотри, Бенни. Это Алекса, моя старшая сестра. Я так горжусь ею, она может справиться с кем угодно, даже с правительством! И взгляни на нее, она такая красивая, официально – девяносто девять процентов, но для меня и для всех, у кого есть глаза, ее рейтинг – сто десять процентов!

Алекса и Натаниэль не разделяли детскую веру Алики в то, что правительство будет вынуждено реагировать на многочисленные протесты. Они слишком хорошо понимали, что в обществе всегда существуют движения протеста, участники которых горячо убеждены, что борются за общее благо и что за ними стоит большинство, но на самом деле они представляют собой лишь крикливое меньшинство.

Сколько раз они говорили об этом, спорили, сомневались, разочаровывались и вновь обретали веру в себя и в благополучный исход таких непредсказемых событий на Земле. Особенно сейчас, когда они считали дни, которые им осталось на ней провести. Вот и теперь был один из таких разговоров.

– Мы не должны терять надежду. – сказала Алекса. – В прошлом такие ситуации складывались достаточно часто. В одной книге по истории я читала о «квантовых стикерах», молодых людях, которые тридцать-сорок лет назад приклеивали себя к квантовым компьютерам по всему миру. Они были убеждены, что квантовые вычисления произведут революцию в искусственном интеллекте и люди будут отодвинуты на задний план. Компьютер, который правит миром, Большой брат, тысяча девятьсот восемьдесят четвертый и все такое! Нечто подобное было и в двадцатых годах нашего века, когда активисты климатического движения останавливали движение транспорта в городах Европы, что и привело в результате к появлению аэротакси.

– Да, – согласился профессор, внимательно слушавший свою лучшую студентку и, казалось, на время поменявшийся с ней ролями. – Появление технологических инноваций можно в лучшем случае отсрочить, но их невозможно заблокировать навсегда. Сочетание квантовых компьютеров и искусственного интеллекта привело к значительному сокращению выбросов CO2. Прорывы в области энергоэффективности, термоядерные технологии и производство настоящей говядины и курятины из натуральных стволовых клеток в лабораториях изменили наш мир…

– И несмотря на все проблемы, связанные с искусственным интеллектом, как, например, сокращение рабочих мест, – перебила его Алекса, – теперь-то мы видим, что главная угроза исходит от фанатичных людей с радикальной идеологией, а не от компьютеров или программного обеспечения.

Джоффе кивнул.

– Твоя сестра права, Алекса. Мы не говорим, что уедем навсегда. Мы отправимся в изгнание, а когда жители Земли придут в себя, мы сможем вернуться – если, конечно, еще будем этого хотеть.

И он в который раз принялся рисовать яркую картину их будущей жизни на Марсе, рассказывать о множестве интересных людей, которых они там повстречают, о первопроходцах, о постоянных открытиях и расширении границ – подобно тому, с чем имели дело европейские переселенцы, обосновавшиеся в Северной Америке.

– Но мы должны соблюдать осторожность – никому ни слова, – предостерег девушек Натаниэль.

– Даже Адриану? – встревожилась Алика.

– Даже Адриану, – сказала Алекса. – Но я уже рассказала маме, а ты расскажешь Адриану на следующий день после нашей высадки на Марсе. Только так мы сможем избежать опасности, да и твой Адриан тоже.

Алекса повернулась к Натаниэлю:

– Кроме мамы, знают еще Зорайя и Райвен.

– Зорайя? Подруга Каллора?!

– Это все в прошлом. Она порвала с ним. Ты можешь полностью доверять Зорайе и Райвену.

– Хорошо, раз ты так говоришь. Я сказал своим родителям, но они оба на моей стороне, считают, что правительство сошло с ума, и будут хранить железное молчание.

* * *

«Дорогие пассажиры, прошу внимания! И