Ло. Подарок для принцессы - Лолита Моро

— Не торопись. Здесь всегда всем хватало места, — мягко перебила меня женщина.

Она так и стояла сзади, не спеша выходить вперед. Словно ей было дело до того, что мне неприятно видеть Сестер Всеблагой Защитницы.

— Эту ужасную башню пытались снести лет сто. Или даже больше. Всегда она притягивала чудовищ, как вселенский колдовской магнит. Кто там только не поселялся или прятался, страшно вспомнить! Спасибо, Ло, что избавила нас от этого кошмара.

Я кивнула. Настоятельница уже благодарила меня за взрыв Башни. Повторяется. Зачем?

— Баронесса Кей-Мерер подала прошение о венчании своего сына в нашем храме. — спокойно сообщила монахиня.

Я обернулась раньше, чем подумала:

— Зачем?

— Она хочет счастья своему сыну. Монастырь всегда был на попечении семьи Кей-Мерер. Очень, очень много лет скрепить брак в нашем храме считается большой удачей, — не меняя мягкого тона, рассказала настоятельница.

— Мне зачем вы про это рассказываете? — прокаркала я, словно серая ворона на старом тополе.

Я не смогла, как не стремилась, удержать резких нот. Вот куда лезут эти мерзкие бабы? Мамаша и святоша! Кто их спрашивает⁈ Это наши с Максом дела!

— Затем, Ло, что если ты хочешь счастья себе и любимому, то поторопись. Я с радостью буду ждать вас обоих в ближайшую субботу.

Я пробурчала благодарность и нагнула голову в коротком светском поклоне.

Глава 25

Красные мундиры

Кей-Мерер размеренно шел по зеленой траве. Она хрустела сочно под его начищенными до зеркального блеска сапогами. Саблю барон держал в вытянутой руке, на отлете. Время от времени делал короткое движение кистью, словно мечтал стряхнуть кровь с клинка. На левой стороне красного мундира расплывалось темное теплое пятно. Я учуяла запах свежей крови. Узкие черные рейтузы мужчины светили порезами в нескольких местах на стройных бедрах. Из рощи слева бежали военные в гвардейской форме. Эспозито и Преображенский.

Я успела домчаться до Макса первой.

— Я соскучился, — улыбнулся он. Раскрыл объятия, — откуда ты такая?

Я сбросила на траву теплую куртку, шапку, кофту. Вцепилась в пуговицы его мундира. Хотела рассмотреть рану.

— Погоди, — отвел мои руки от себя барон.

Выпрямился и с силой вогнал саблю в землю.

— Это кровь принца Аслана. Я бросил ему вызов и заставил кровью смыть нанесенное мне оскорбление. Больше он никого не убьет.

— Макс, ты ранен!

— Принц был сильный боец, зацепил меня несколько раз.

Барон заметно бледнел. Я обхватила его за талию. Подоспели Эспо с Ваней.

— Мы в консульство? Или сразу к Неназываемому? — на полном серьезе спросил Эспозито.

— Только не к маме, — вдруг сказал барон. И с силой оперся о мое плечо.

— Может, на Прощальную махнем? — предложил Иван.

— Ребята, — взмолилась я, — ведь я же не такси. И мне желательно бы дверь. Любую, самую захудалую.

— А вон, гляди, Ло, — показал рукой господин консул.

Я наконец-то узнала место. Это было имение принца Аслана в Бохоро. Калитка в белом заборе буквально в трех шагах. Я собрала свои теплые вещи. Эспо с заметным усилием вытащил из земли оружие сиятельного дуэлянта, протер и убрал в ножны. Мы отправились на выход. Кей-Мерер в центре, справа я и Эспозито, слева Иван. Мы поддерживали теряющего силы барона. Надо спешить.

Согнутый в земном поклоне человек распахнул перед нами дверь в дувале. Узкие его глаза отлично рассмотрели нас четверых, минующих, согнувшись в три погибели, низкий проход в камне. Словно сфотографировали.

— Как бы убийцу тайного не подослали к тебе в замок, Кей. Восток — дело тонкое, брат, — высказался Иван, вынося на себе барона, огляделся: — Это что за место? Холодрыга-то такая почему?

— Да уж, Ло, ты точно не такси! — поддержал товарища южанин Эспозито, машинально накрывая ладонями уши, — Ваше сиятельство, ты как?

— Хорошо! — мечтательно проговорил Макс, поднимая лицо к белому снежному небу и вдыхая воздух полной грудью, — как дышится свежо! Не люблю жару и пустыню.

Он сжал ладонь на моем плече и притянул к себе:

— Как я соскучился, Ло! Хочу домой, к Кацману. Разожжем камин, закажем ужин в Моцарте, отметим окончание этой чертовой эпопеи!

И он попытался меня поцеловать. Но я увернулась. Не все дела еще закончены у меня.

— Я страшно польщен, Макс, что ты приглашаешь нас в свою малую резиденцию… — начал издалека куртуазный советник Эспозито.

— А у меня научный вопрос, — перебил его Ваня, — почему у Кея не только раны залечились, но и дыры в мундире? И штаны целехоньки? Выходит, что классовые привилегии и в Кольцах перехода действуют? Где справедливость?

Барон действительно выглядел, как всегда: весь с иголочки. И пытался меня обнять. Эспо решил закончить мысль насчет консульства. Ваня не оставлял темы социального неравенства. Мужики стояли посреди заснеженной дороги и спорили. Видимо, дуэль — вещь не простая и не проходит бесследно для государственных деятелей, отважных пограничников и рассудительных дипломатов. Спорили они громко и о ерунде.

Снежинки кружились. Белокаменная цитадель монастыря Всеблагой Защитницы возвышалась впереди. Тяжелые ворота показались мне приоткрытыми.

Я надела полюбившийся мне крестьянский наряд. Мои драгоценные воины замолчали.

— Здесь у нас осталось небольшое дело, ребята, — улыбнулась я, завязывая красные тесемки с кисточками под подбородком, — как кстати, что вы все при параде!

Что и говорить смотрелись все трое сумасшедше-прекрасно! Красные мундиры идут мужчинам. Из любого замухрышки сделают красавца хоть куда. А если изначально бравые офицеры нацепили на себя сабли с темляками, облегающие штаны, сапоги чистый хром, и алые со знаками отличия кители, то пиши пропало женское слабое сердце!

Мы шли по широкому монастырскому коридору. Редкие женщины, попадавшиеся навстречу, испуганно открывали рот, жались к стенам и кланялись безошибочно Кей-Мереру. Дверь, откуда я вышла совсем недавно, нашлась быстро.

— Господа, — я задержалась перед входом, — все вы помните, как Иван сосватал меня за Макса. Пришло время барону отдать долг. Ты как, Ваня, готов?

Доходило до Преображенского какое-то время. Он медленно краснел снизу-вверх.

— Она там? — спросил он хрипло.

— Привет тебе сердечный посылала. И прощения просила, — ответила я парню на ухо. Подмигнула остальным.

Барон хранил молчание. На лице Эспозито неуверенно заиграла улыбка, брови поползли вверх.

— Я ж с пустыми руками, — растерянно прогудел пограничник, — как сватать без подарка?

— Эт-то дело поправимое, — засмеялся консул Империи. И вытащил из внутреннего кармана тончайшую, узорчатую с золотом, халифатскую шаль, — купил по случаю, пригодилась.

Тут барон удивил. Достал из нагрудного кармана коробочку, протянул ее Ивану. Смотрел при этом на меня. Я кивнула чуть-чуть. Что бы там ни было, для брата мне