Пятое время года - Анюта Соколова

ошибка природы, грязь, в которой не хочет пачкаться ни один добропорядочный мужчина. Всё, на что ты годна, – удовлетворять похоть. Обслужишь меня хорошенько – умрёшь легко.

Его руки начинают расстёгивать пряжку пояса. Двуглавый орёл на пряжке смотрит на меня издевательски. Я – грязь. Что ж Дэмиен пачкался-то столько лет?! А те миллионы злотых, что он получил благодаря богомерзкой ведьме, он что, отдаст нищим?! Кровь наполняет рот, и я сплёвываю. Прямо на светлые брюки и лакированные ботинки мерзавца, вместо которого я в этот миг представляю Дэмиена.

– Дрянь, – почти ласково произносит человек. – Сдохнешь медленно и мучительно. Увести её!

***

– Дея! – Рен испуганно тормошил меня. – Очнись!

Я открыла глаза и сразу ощутила холод. Вода в ванне безнадёжно остыла.

– Ты стонала. Кошмары?

– Скорее, воспоминания. Спасибо, что разбудил.

– Придумала тоже – в ванной спать, – проворчал Рен. – Могла бы утонуть, между прочим. Вылезай и иди в кровать.

– Домоюсь, – упрямо возразила я.

Страх улетучился вместе со сном. Я быстро промыла волосы и последовала совету мужа. Рен, не в пример мне, вымылся очень быстро, встряхнулся, словно пёс, и растянулся на постели.

– Кейв не обманул: условия королевские. Надеюсь, еда здесь тоже не напоминает тюремную баланду.

В ответ на его слова распахнулась дверь, здоровенный молодой человек внёс поднос с ужином, молча поставил его на стол и удалился.

– Свинина! – принюхался Рен.

– С картошечкой! – облизнулась я.

– Морса бы ещё, – мечтательно протянул муж. – Клюквенного или брусничного.

– А в стакане что?

Рен пригубил и заулыбался:

– Клюквенный морс.

– Слушай! – я подалась вперёд. – Если уж вселенная так любезно исполняет твои желания – пожелай, чтобы Дэмиен провалился к чертям в преисподнюю! Кто там следующий в очереди, юный Сверрен? Пусть забирает трон, за него всё равно будут править министры.

– По поводу преисподней я полностью с тобой согласен. Но трон… – Рен хмыкнул. – Ты будешь смеяться, только мне хотелось бы видеть в Шерре нормального короля, а лучше – ограниченную монархию, как в Съере. Чтобы мрази, подобные коронованному палачу, никогда больше не имели власти творить всё, что вздумается.

– Ты вернулся бы домой, появись у нас такая возможность?

– Не знаю, – Рен перестал жевать и задумался. – После смерти мамы моим домом стала школа. Шесть лет, что я бродяжничал, уничтожили остатки патриотизма. С момента разделения Тершена на два самостоятельных государства Шерре не везло с королями. Филипп был слаб, потеряв жену и детей, он отдал страну на откуп местным властям. Каждый градоправитель начал вести себя как маленький царёк, вплоть до того, что общие законы вообще перестали работать. В какой город ни приедешь, везде одно и то же: продажные чиновники, кумовство и взятки. Узурпатору вообще не было дела ни до чего, кроме своих навязчивых идей.

Рен покачал головой:

– Можно рваться хоть в ад, если там твои близкие. Но у меня было всего два родных человека: ты и учитель. Теперь осталась только ты, и ты сейчас со мной. Поэтому мне всё равно, где быть, Дея, пока мы вместе. Яблони везде цветут одинаково.

– Черёмуха, – тихо произнесла я.

– Что?..

– В Тангере есть черёмуха? Я искала, не нашла. Сирень, акация, жасмин, шиповник… Мне часто снилась черёмуха над нашим озером, и даже запах чудился.

– На юге её полно, сразу за Разбойничьей слободой. Ты надеешься, что Кейв найдёт способ оставить нас в столице?

– В отличие от нас с тобой, он истово предан стране. Не королеве, а именно Съеру. Мы приносим пользу – он из кожи вон вылезет, чтобы так было и впредь. Люди, которые постоянно повторяют, что они карьеристы, редко являются ими на самом деле. Из Кейвена Совье выйдет прекрасный министр даже без всяких знатных дочек.

– Дея, – Рен прерывисто вздохнул, – ты ведь понимаешь, что у него есть ещё одна, главная причина. Не нужно быть Пряхой, чтобы это заметить.

– Да, – я смотрела прямо в расширенные точки зрачков. – Но ведьм не хватит на всех. А благородство не зависит от происхождения. Именно поэтому Кейв помогает нам двоим, и я верю ему, как верила бы учителю или Мирен. Как другу.

– Меня ты тоже считала другом.

– Это иное.

Дверь опять отворилась, здоровяк забрал поднос. Я еле успела допить морс и поставить пустой стакан. Светильник под потолком погас, зато матово засияла незаметная раньше лампа над кроватью. Рен присвистнул и полез изучать её устройство, я же просто легла и расслабленно вытянулась. Трудный год изменил меня: теперь я ценила каждую минуту комфорта. Возможно, завтра едва налаженная жизнь окончательно рухнет и нам придётся бежать из столицы, но сейчас мы были в относительной безопасности. Рен тоже лёг, я прижалась к нему и закрыла глаза. Рядом с ним мне не снились кошмары. Спать. Слишком много событий, слишком много сумбура.

Утро почему-то всегда наводит порядок.

Глава 31

– Спят! Чёрт, в следующий раз, Рен, ты будешь бегать всю ночь, а я запрусь в камере и просплю восемь… нет, даже десять часов подряд!

– Уже встаём, – проворчал Рен и зевнул.

Я потянулась и заморгала от яркого света. Занавески были раздвинуты, в окно врывались солнечные лучи, на полу лежала полосатая тень от решётки. Кейв стоял напротив кровати, уперев руки в бока. Он переоделся, свежевымытые волосы блестели, бессонная ночь угадывалась лишь в осунувшемся лице и отсутствии румянца.

– «В следующий раз», – с надеждой повторила я. – Значит, мы остаёмся в Тангере?

– Не просто остаётесь, – Кейв кивнул куда-то вбок.

На стуле лежали пальто Рена и моя шубка, брошенные впопыхах в королевском дворце.

– Одевайтесь, и пошли. Заедем к вам домой, затем сразу в «Столичную». Утром господина Веррена задушили. И, клянусь честью, это не я, хотя руки чесались.

– Однако… – Рен ошалело уставился на меня. – Кажется, впредь нам надо быть поосторожнее со своими желаниями.

Он поймал удивлённый взгляд Кейва и пояснил:

– Мы вчера пожелали Веррену провалиться в преисподнюю.

– А больше вы ничего не пожелали? – хмыкнул Кейв.

– Дея сказала, что из тебя получится прекрасный министр.

– Очень мило… Дея, ты забыла свои серьги в кармане кофты. Хорошо, мои люди имеют привычку проверять вещи перед тем, как пустить что-то в топку.

– Спасибо! – я просияла и тут же вдела топазы в уши.

– Видок у нас, конечно… – Рен скептически осмотрел сочетание тюремной формы, ботинок-тапочек и приличного пальто. – Лишь бы никто знакомый навстречу не попался.

– Не о том думаешь, – Кейв широко распахнул дверь. – Надо найти убийцу Веррена. Сначала я его от души поблагодарю…

– А потом отпустишь?

– Зависит от того, кто он.