Оберег от истинности - Катерина Пивоварова

— Конечно мог, хотя часть преподавателей того времени уже ушли, а адепты выпустились. Но ей нужно было додавить меня, лишить твоей поддержки. Своеобразная месть, — Алронд смотрел в одну точку, — Когда я закончил Академию, мэтр по защите собирался уйти на покой. Все ждали, кто займёт его место. В Кадарате ведь своя система — здесь распределяют должности не по силе, а по пониманию магии, по склонности к ней. Ларасса отлично разбиралась в защитной магии и претендовала на эту должность, но ректор выбрал меня. Я был молод, амбициозен, стремился не просто обучать, а заниматься исследованиями. Мой проект был направлен на усиление защиты адептов без дополнительного расхода энергии. Ларасса поддержала меня, предложив использовать артефакты, которые, по её словам, могли раскрыть потенциал учеников.

Он встал и начал ходить по комнате, его шаги были напряжёнными, движения резкими.

— Я был ослеплён жаждой успеха. Мои адепты были увлечены новаторскими идеями не меньше моего. Их было немного, но на эксперименты они соглашались добровольно. Однако работа с артефактами на людях — это не то же самое, что чистая магия. Я не хотел работать с живыми людьми в таких условиях, но Ларасса убеждала, что всё получится. Она давила, и мне не хватило решимости сразу отказаться. Я использовал её артефакты, и только в процессе понял, что они содержат тёмную магию. Тогда всё и вышло из-под контроля.

— Тот всплеск магии…

— Да, — горько произнёс он, — Ректор был вне себя. Он и Ларасса единственные знали об экспериментах. А теперь о них узнала почти все. И многие начали сомневаться и в авторитете самого Каэла… Я подвёл его. Ларасса же сразу открестилась от меня, выкрутив всё так, что это была полностью моя идея и ответственность. И я сам попросил её о помощи. Понимая, что она отчасти права, я не захотел доказывать свою версию остальным. Поэтому ушел. Тогда мне казалось это правильным и благородным, сейчас я вижу, что это было просто глупо. Одно порадовало — Ларасса так и не получила место менталистки, мастер Хойс занял его.

— Но как ты вернулся? — спросила я охрипшим от переживания голосом.

— Ректор, Ирия и ты — единственные, кто знает, что я… могу быть драконом, — Алронд встал и отошёл к окну, силуэт его фигуры резко выделялся на фоне утреннего света, который начал пробиваться сквозь горизонт, — Мэтр Каэл смог сдержать моё превращение после того магического всплеска, когда артефакты Ларассы срезонировали. Он — один из самых сильных магов, которых я знаю. И моя вторая ипостась, вызвала у него не страх, а интерес. Он связался со мной через пару лет после моего ухода. Уже тогда предлагал вернуться — хотя бы в качестве ассистента. Но я отказался. Не хотел встречаться с осуждающими взглядами коллег. Однако в прошлом году ректор засёк сильные волнения тёмной магии. Он понимал, что Академия может быть под угрозой. Само существование Академий для идеологии тёмных — насмешка, ведь мы учим, как контролировать магию.

Алронд повернулся ко мне. Светлячок озарил его хмурое лицо, он впился в меня взглядом.

— А ещё ректор часто говорил о тебе, — продолжил он, — У него большие надежды на тебя, он переживает за тебя, как за родную дочь. Но твоя магия... Она непонятна и неизведанна. А такая магия может стать угрозой, если её не направить правильно. Ректор решил, что Академии нужен сильный защитник. А я, с моей магией дракона, почти живой щит. Дракону тяжело причинить вред магией. Да и физически мы выносливее и сильнее большинства существ.

Он снова сел рядом, совсем близко. Совсем легко коснулся моей руки, поглаживая её большим пальцем. Мурашки побежали у меня по всему телу, а моя магия внутри начала бурлить. Я усилием воли подавила её, но, чтобы не потерять контроль, отодвинулась от Алронда. Он заметил это и помрачнел.

— Но когда я пришёл сюда, то понял, что ты — что-то необычайное. Меня тянет к тебе, а мой дракон внутри сходит с ума. Такого со мной в жизни не происходило. Ларасса, увидев, что я вернулся, да ещё и снова на должность мастера-защитника, не обрадовалась. Но на тебе — артефакт Ларассы, ты невероятно сильна и совершенно нестабильна. И происходят эти всплески, когда мы оказываемся чуть ближе, чем дозволено преподавателю и адептке.

Я с трудом сглотнула, в горле пересохло.

— О магии истинности мне было ничего не известно, но неожиданно в библиотеке нашлась целая монография на эту тему, — он нахмурился, — Эта книжка из нашего измерения, и как она оказалась в Кадарате, я так и не узнал. Но она попалась вовремя — только прочитав её, я сумел понять, что между нами происходит. И что артефакт — твой амулет — блокировал нашу связь. Это нормальная реакция для таких артефактов, они должны защищать хозяев. Но, помимо этого, амулет разучил тебя контролировать свою магию. Без него ты как пороховая бочка, готовая взорваться в любой момент.

— И это влияет на тебя тоже, — прошептала я, чуть подрагивая и запахивая халат потуже, чтобы успокоиться.

— Не тревожься об этом, — мягко улыбнулся он, — Если ты научишься контролировать свою магию без амулета, всплески прекратятся. А чтобы мне навредить, потребуется намного больше усилий, чем ты думаешь. Но меня беспокоит другое — зачем на тебя надели такой артефакт? Что за этим скрывается? И когда я начал сопоставлять странные события в Академии, связанные с артефактами, понял, что они не случайны… Помнишь, когда мы встретились вечером в зоопарке?

Я живо представила сначала разъярённую мантикору, а затем, как я лихо гналась за какой-то неясной тёмной фигурой. Тогда я встретила Алронда и была уверена, что он был в этом всём как-то замешан.

— Возле клетки мантикоры лежал артефакт — маленький камушек с рунами, который затуманивал её сознание. Его цель — увеличить агрессию зверя, чтобы она достигла пика, когда рядом окажется сильный источник магии. Может, рассчитывали на какой-нибудь магический всплеск, но этим источником выступила ты. И как только ты вошла в зоопарк, мантикора взбесилась. Такие камушки лежали возле ещё нескольких вольеров.

Я прикрыла рот в ужасе. Магия внутри меня снова подняла голову, откликаясь на мои сильные эмоции. Я закрыла глаза и сосчитала до десяти, а когда открыла, Алронд смотрел на меня с улыбкой. Он продолжил:

— Но когда я пришёл с этим к ректору, он практически не отреагировал. Я не понял тогда, что он уже был зачарован. Лишь после происшествия с заколкой до меня дошло. Но как снять чары и