Лишенные богов - Лиза Андерсон

Из личного архива Э. Томаса Стэнли (2007 г.)

– По-моему, это просто ужасная идея, – в очередной раз подала голос Вик.

Сара даже не вздрогнула. Ее терпение иссякло еще добрую четверть мили назад, и теперь она просто игнорировала спутницу. Мэй выразительно закатила глаза, продолжая целенаправленно пробираться в глубь леса. Вик прибавила шагу: какой бы раздражающей ни была эта компания, остаться в одиночестве среди деревьев с двумя обученными ведьмами было куда безопаснее, чем без них.

Вик шла напролом, нарочито шумно круша подлесок. Она втаптывала в снег каждую сухую ветку и с хрустом проламывала ледяную корку – отчасти чтобы распугать зверье, отчасти в знак протеста против изнурительного темпа, заданного Сарой.

Прошла неделя после налета Братства на замок, и воздух внутри Ордена, казалось, был наэлектризован до предела. Смерть Рэйчел оплакивали немногие; большинство же было одержимо куда более наглядным символом перемен – самой Вик. Стоило ей покинуть квартиру, как она натыкалась на колючие, полные враждебности взгляды. На тренировках она чувствовала себя насекомым, пришпиленным к доске под увеличительным стеклом: кожа зудела от чужого внимания.

Орден явно соблюдал приказ Макса – физически ее никто не трогал. Но это молчаливое наблюдение давило сильнее открытой угрозы.

Генри оставался верен себе: на любые потрясения он отвечал непробиваемым оптимизмом и какой-то сонной отстраненностью. Вик это бесило. На следующее же утро она буквально прижала его к кухонному столу, решив во что бы то ни стало вытрясти из него правду. Она была уверена: он просто прячет страх поглубже, ведь обстановка в замке накалилась до предела. Но Генри лишь мягко заверил ее, что все в порядке, и преспокойно ушел на тренировку.

Вик старалась не вспоминать их тяжелый разговор после смерти Рэйчел, хотя чувство вины пожирало ее изнутри. Тогда Генри впервые в жизни умолял ее бежать из замка, а она – тоже впервые – предпочла собственное решение его безопасности.

Ксан вернул ее к Стражам, лишь когда убедился, что она восстановила силы. Почти всю неделю Вик пропадала в тренировочном крыле. Навыки бойцов заметно выросли, и ее даже радовала возможность сражаться с профи. Изнурительные спарринги стали ее спасением: по вечерам она падала в постель без сил, засыпая раньше, чем бесконечные «почему» успевали атаковать ее разум.

Мэй Лин теперь постоянно крутилась рядом с ними. Вик это соседство не нравилось – она то и дело бросала на Мэй косые взгляды и, повинуясь инстинкту, старалась никогда не поворачиваться к ней спиной.

– Сегодня вечером, – торжественно объявила Сара за завтраком, – мы куда-нибудь выберемся.

Мэй, сидевшая на другом конце стола, лишь обреченно вздохнула в свою чашку с кофе.

– У вас тут что, намечается какой-то официальный «выход в свет»? – подозрительно прищурилась Вик.

– Нет, – едко отозвалась Мэй. – У нас такого не бывает.

– Это самое близкое к нормальному отдыху, что у нас есть, – отрезала Сара. – И вам обеим понравится.

Подробности Сара раскрывать отказалась, заявив, что это испортит сюрприз. И вот теперь Вик покорно брела через заснеженную чащу вслед за двумя ведьмами, пока за их спинами догорал закат.

– Просто уточняю на берегу: человеческих жертвоприношений не будет? – подала голос Вик, перешагивая через очередной сугроб.

– Не-а! – весело пропела Сара.

– Никаких ритуальных убийств?

– Не сегодня, – буркнула Мэй.

– И никаких танцев нагишом под луной?

– Разумеется, нет, – отозвалась Сара, поплотнее кутаясь в куртку. – На улице вообще-то мороз.

– Мы могли бы развести костер, – вкрадчиво предложила Мэй.

– Замолчи, – скомандовала Сара, не оборачиваясь.

Вик казалось, что она никогда в жизни так не мерзла. Своего зимнего пальто у нее не было, но Сара перед выходом с энтузиазмом взялась за ее экипировку. Она извлекла из недр своего забитого вещами шкафа объемную белую куртку и швырнула ее на кровать, где сидела Вик. Следом приземлились ядовито-розовые перчатки. А вот подходящей обуви у Сары не нашлось, так что теперь Вик была вынуждена месить снег в обычных кроссовках.

В ту секунду, когда ледяной ветер хлестнул ее по лицу, Вик осознала: с того самого дня, как она переступила порог Авалона, она ни разу не покидала его стен. Замок обладал пугающим свойством – он полностью изолировал своих жильцов от внешнего мира. Ни прошлая жизнь, ни время, ни сама реальность не могли дотянуться до нее там, за толстыми камнями.

Холодный воздух, который она попыталась вдохнуть, мгновенно прояснил сознание. Вик с силой потерла лицо перчатками, пытаясь вернуть коже чувствительность, и шумно шмыгнула носом, борясь с предательской влагой, замерзающей прямо на лету. Из окон уютного замка зима выглядела безмятежной сказкой, но здесь, в лесу, она была просто беспощадной.

Вик беззвучно проклинала все на свете: себя – за то, что ввязалась в это, Сару – за идиотскую затею и Мэй – за отсутствие капли здравого смысла, чтобы все прекратить. Когда часть этих проклятий все же сорвалась с ее губ вслух, Вик даже не подумала извиняться.

Мэй, шедшая рядом, коротко хихикнула.

– Смейся-смейся. Тебе-то, спорим, уютно, – огрызнулась Вик, кивнув на ее черный пуховик до колен. – Выглядишь как надувная шина.

– Я не виновата, что ты собирала вещи как полная дура, – парировала Мэй.

Вик искренне не понимала, как Сара умудряется ориентироваться в этой лесной каше без единого луча солнца. Вокруг была непроглядная, вязкая темень. В какой-то момент Мэй бесцеремонно схватила Вик за локоть, уберегая от столкновения с деревом.

– Не трогай меня, – прошипела Вик, вырывая руку.

Мэй лишь картинно закатила глаза:

– Ладно. В следующий раз позволю тебе впечататься в ствол на полном ходу.

Вик продолжала озираться, надеясь увидеть хоть какой-то намек на цивилизацию. Но ни огней, ни дорог, ни жилья – ничего. Авалон действительно был островом, существующим в своем собственном, отрезанном от реальности мире.

– Ты ведь собираешься меня прикончить, да? – Вик прищурилась, не сбавляя шага. – Все это время ты притворялась нормальной, чтобы заманить меня в чащу. Вы – лесные ведьмы-людоедки. Жрете ничего не подозревающих женщин, чтобы вечно оставаться красотками.

– Будь у нас такая цель, мы бы выбрали кого-нибудь помоложе, – парировала Мэй, даже не обернувшись.

– Фу! – вклинилась Сара.

– То есть ты признаешь, что не прочь закусить младенцами? – не унималась Вик.

– Или хотя бы кем-то, в ком побольше мяса, – добавила Мэй, проигнорировав выпад.

– Эй, я вполне себе упитанная! – возмутилась Вик. – Считай, тебе повезло, что я не в твоем меню.

Мэй лишь коротко хмыкнула.

– А может, вам нужна кровь девственницы? – Вик зашла с козырей. –