Лишенные богов - Лиза Андерсон

– Раз уж мы оба чертовски хороши в драке, полагаю, эти навыки нам сегодня пригодятся, – добавил Ксан с видом знатока.

Теперь сомнений не осталось: он определенно заигрывал. У Вик внутри все скрутилось в тугой узел. Поддавшись импульсу, она протянула руку и кончиками пальцев коснулась его лба.

– Ты не заболел? – подозрительно спросила она. – Жара вроде нет.

Но его кожа буквально пылала, будто под ней скрывалась раскаленная печь. Вик поспешно сунула руку обратно в карман, чувствуя, как по предплечью разбегаются колючие мурашки. Ксан лишь хмыкнул и остановился у соседнего столика.

Вик затравленно оглянулась на подруг, ожидая увидеть на их лицах порцию ехидства, но те будто выставили невидимый щит. Сара что-то бурно объясняла, размахивая руками, а Мэй впервые на памяти Вик искренне и тепло улыбалась. Они в упор не замечали разыгрывающуюся перед ними сцену.

– О чем вы шептались, когда я вошел? – Голос Ксана снова переключил все внимание Вик на него.

Она нащупала взглядом очередную бутылку вина и щедро плеснула себе в бокал, пытаясь унять дрожь в руках.

– Знаешь, – она сделала глоток, глядя ему прямо в глаза, – я как-то резко все позабыла.

Ксан склонился к ней почти вплотную.

– Я тебя отвлек?

– Не прикидывайся идиотом, – фыркнула Вик. – Конечно, отвлек. Ты ввалился сюда с таким видом, будто только что спешился с адской гончей. Весь из себя мрачный вестник апокалипсиса.

Вик комично свела брови, пародируя его вечно суровое лицо. Музыка здесь не орала, им не приходилось надрывать связки, но они стояли вызывающе близко – так, что по коже Вик то и дело пробегали невидимые разряды тока.

– Хочешь сказать, в комнате, битком набитой ведьмами, именно я выделяюсь своим мрачным видом? – В голосе Ксана проскользнула ироничная нотка.

– Ты на голову выше любого в этом зале. И они, – Вик неопределенно качнула бокалом в сторону ближайшей группы магов, – выглядят относительно адекватными. А ты – нет.

– Многие в нашем мире сочли бы это высшим комплиментом. – Ксан едва заметно усмехнулся.

– Разумеется, сочли бы. Боже упаси, чтобы хоть кто-то в этом проклятом замке вел себя как нормальный человек.

Ксан посмотрел на нее сверху вниз, и в его взгляде вспыхнуло нечто тяжелое и властное.

– Обитателей этого замка не интересуют «нормальные» люди, Вик. Я думал, ты это уже усвоила.

– Ну конечно, куда лучше всегда оставаться отстраненным и высокомерным, – съязвила Вик. – Посмотри на себя, умник.

– Ого, я еще и «умник», – парировал он.

Ксан рассмеялся. Это был глубокий, настоящий смех, от которого у Вик по спине посыпались искры. Он звучал так легко и естественно, будто принадлежал совсем другому человеку – тому, кто не нависает над миром принцем тьмы, не живет в древнем замке и не тратит жизни на охоту за тварями. Вик на мгновение замерла, безотчетно желая, чтобы он рассмеялся снова – просто чтобы понять, почему этот звук так странно отзывается у нее в груди.

Она сглотнула, пытаясь сбросить наваждение и увести разговор подальше от его опасно близкого лица.

– И вообще, что это за имя такое – Ксан? – выпалила она. – Я в жизни не встречала никого с таким именем.

– Это сокращение от греческого Александрос.

– А «Алекс» у тебя отобрали при рождении как слишком человеческое?

На этот раз его смех был коротким и резким, без тени прежней теплоты. Вик тут же пожалела о своем вопросе.

– Для моих родителей имя «Алекс» было слишком заурядным, – отрезал он.

Вик натянуто усмехнулась.

– Ну, Виктория тоже не на каждом углу встречается.

– Еще как встречается, – сухо возразил Ксан. – Это одно из самых заезженных имен в стране.

– Виктория и Генри, – задумчиво протянул Ксан, смакуя имена. – Похоже, у твоей матери была нездоровая тяга к монаршей крови. Дай угадаю, второе имя – Элизабет?

Так оно и было. Вместо ответа Вик резко развернулась к танцполу. Громкая электроника сменилась тягучим, чуть диссонирующим ритмом R&B девяностых. Судя по всему, никакого диджея не существовало – кто-то просто запустил плейлист «для своих». Вик усмехнулась и снова в упор посмотрела на Ксана.

– Я думала, мы здесь, чтобы танцевать, – бросила она с вызовом. – Какое направление предпочитает «принц тьмы»? Можем в два такта, можем вальсировать… А можем тереться друг о друга, как озабоченные школьники на выпускном. Полагаю, в вашей элитной школе для ведьм вас учили манерам на все случаи жизни?

– Кажется, это заведение называется «колледж», – с тонкой улыбкой поправил он.

Вик картинно закатила глаза. В зале с каждой секундой становилось все жарче, и плотный свитер начал немилосердно душить. Одним резким движением она стянула его через голову, даже не задумываясь о том, как это выглядит со стороны. Но когда она опустила руки и тряхнула волосами, то наткнулась на взгляд Ксана.

Он смотрел не в глаза. Его взгляд замер на ее груди, которую тонкая майка прикрывала лишь наполовину. Ксан вскинул голову слишком поздно, чтобы это скрыть. Вик победно улыбнулась: сейчас она чувствовала себя кошкой, которая внезапно загнала в угол очень крупную и опасную мышь.

О да. Как она могла забыть? Ксан мог сколько угодно разыгрывать из себя невозмутимого стратега, которого ничем не проймешь. Но Вик видела этот голодный блеск в его глазах и знала как минимум один верный способ выбить почву у него из-под ног.

Она медленно отступила назад, направляясь к самой гуще танцующих, и дерзко оглянулась через плечо.

– Позволь мне вести, – негромко бросил Ксан, не отрывая от нее тяжелого взгляда.

– Если догонишь, – бросила она в ответ.

А потом она затанцевала. Боже, как же Вик это любила. Ксан оказался чертовски прав: это было похоже на схватку, на секс, на любое первобытное движение. Она почти забыла, каково это – растворяться в ритме, чувствовать пульс толпы и просто двигаться в такт чему-то, что сильнее тебя. Вик запустила пальцы в волосы, откидывая их со лба, и впервые за долгое время почувствовала себя по-настоящему живой.

Она даже не вздрогнула, когда со спины к ней вплотную придвинулась мощная фигура. Ксан перехватил ее ладони и втянул в круговорот движений. Вик подстраивалась, виртуозно смешивая классические па, которым ее когда-то учили, с дикими, рефлекторными жестами, продиктованными музыкой.

Она смеялась, закружившись в очередном повороте, и на мгновение ей показалось, что на лице этого вечно хмурого «принца тьмы», наблюдавшего за ней из-под тяжелых век, промелькнула тень настоящей, искренней улыбки.

Вот переработанная версия, в которой чувственное напряжение достигает своего апогея.

Ксан рывком притянул ее к себе, вжимая спиной в свою грудь, и Вик с готовностью