Белая птица судного дня - Екатерина Витальевна Белецкая

— И проверь, пожалуйста, свою защиту, — попросил Ит. — Убедись лишний раз, что локация действительно полностью изолирована.

— Локация изолирована надежно, и я не понимаю, о чём вы говорите, — сказала Авис.

— Посмотришь считки, поймешь, — пообещал Скрипач. — И, думаю, захочешь проверить всё ещё раз сама.

— Ну, хорошо, — в голосе Авис появилась легкая неуверенность. — Сделаю.

— Сделай, сделай, — покивал Скрипач. — Поверь, оно того стоит. Ещё как стоит.

Глава 11

Проба пера

— Купаться? — с удивлением просил Илюха. — А чего это ты купаться-то вздумал?

— Лето же, — напомнил Авдей. — Не всё же время под землей сидеть? Осточертел уже завал этот. Айда на реку, поплаваем, и всё такое. Мне мамка с собой хвороста дала, а ещё можно газировки или сока купить, получится этот, как его, пикник.

— Пикник? — Илюха нахмурился. — А, точно, помню. Это когда типа отдыхают на природе, да?

— Угу, — кивнул Авдей. — Ну, так что? Пойдём?

— Пойдем, — согласился Илья. — Плавки только возьму, давай ко мне сперва.

— Давай, — обрадовался Адвей. — Вот только куда лучше пойти, как думаешь?

— К мосту, — предложил Илья. — Там глубоко, понырять можно с быка, который ближний.

— Неее, не хочу, — помотал головой Авдей. — Грязища у моста, с машин пыль летит, бензином воняет. Давай, может, там же, у Большого дома, поплаваем? Народу поменьше, и вода почище.

— Мелко, — тут же возразил Илюха. — И прыгать с не чего. Давай тогда к повороту. Там, где причал разрушенный, на плиты. И вода чистая, и попрыгать можно.

— О, давай, — тут же согласился Адвей. — В самый раз. И чего я про это не подумал?

— Потому что ты тютя и дурак, — хохотнул Илья. — Ладно, ладно, забей. Забыл ты, наверно. Бывает.

— Ну, типа да, бывает, — покивал Авдей.

* * *

Этот план Авдей обдумывал сутки, и успел обсудить с Тёткой-шепотухой. План был правильный. Разведка. Как в детском радиоспектакле про войнушку. Там, в спектакле этом, дети были как раз этими самыми разведчиками, и Авдею мысль пришлась по душе. Вот вроде бы он Илью знает, да? Но именно что вроде. А на деле… он как те парни, что на машине едут куда-то, а Илья — как злой волшебник, который всем пакостит. Илья, между прочим, с каждым днём всё злее, и пакостит всё больше. Как с цепи сорвался. Ну, похоже вроде. Парни про волшебника ничего не знают, поэтому они, по словам тётки, пока в пролёте. А чтобы быть не в пролёте, надо набраться знаний про того, против кого воюешь. Как тётка сказала? Предупрежден — значит, вооружен. Вот и будем вооружаться, и не ножиком пока что, а кое-чем посерьезнее. Авдей вспомнил свой последний разговор с тёткой, и усмехнулся. Всё, вот буквально всё получалось сейчас так, как она сказала. Например, про место. Или про пикник. Ты, Авдюша, учила тётка, должен ему сказать так, чтобы он думал, что сам всё решил. По-хитрому выверни. Вот, например, место, где вы кушать будете, и купаться. Он одно предложит, ты возрази, и он тогда сам нужное место назовет. А если нет, снова плохое предложи, и тихонько его туда направь, куда тебе надо, а нему. Тут главное не спорить и не настаивать, понял? Соглашайся, поддакивай, а сам втихушок подводи к тому, чего хочешь. Чтобы он тоже захотел. Или вот еда, которую ты с собой потащишь. Ты же учился с ним, значит, знаешь, чего он любит. Сладкое? Попроси у мамки, чтобы сделала, что недорого, но вкусно. Хворост, сахаром посыпанный? Вообще отлично. Дешево и сердито, как говорится. Лимонада ещё прихвати, или чего вы там пьёте. Пиво? Не, это не надо. Тебе, Авдюша, голова нужна ясная, чистая, не замутнённая. Он любит? Это хорошо. Но в этот раз не надо. Потом, может, это и пригодится, но не сейчас. А делать на месте что… сам решишь. Помозговать, конечно, придётся, не без того. Но это полезно, Авдюш, мозгами шевелить. Ум, он как мышцы, его тренировать постоянно надо, он от этого гибким делается, и большую пользу своему владельцу приносит. Ладно, согласился тогда Авдей, буду, значит, себе пользу приносить. Вот и славно, закончила тётка.

* * *

— Илюх, тебе какой лимонад? — спросил Авдей. — Грушевый или лимонный?

— Лимонный давай, — приказал Илья. — Люблю я, понимаешь, всё, что по-настоящему хорошее. Чего мне эти груши…

Авдей согласно покивал. Да, лимонный — это действительно считалось шиком, потому что груши, они здесь росли, даже на районе, а вот лимоны — штука нездешняя, что настоящие, которые только в праздники продавали, что искусственные, которые Эра привозила. Лимоны признак шика и богатства, и даже лимонад, если он лимонный, всегда будет круче, чем грушевый, или там яблочный, к примеру. Яблочный вообще дрянь приторная. Говорят, что существует ещё и апельсиновый лимонад, оранжевый, но, наверное, это сказки, потому что никто в глаза такого лимонада не видел. Авдей в мелком детстве во дворе наслушался сказок про этот лимонад, и попросил мамку сделать. И чего? Сам делай, сказала. Мамка отдала ему корки с апельсина из новогоднего набора, сахару отсыпала, и бутылкой пустой снабдила. Авдей напихал в бутылку корок, насыпал сахару, воды налил из-под крана, и неделю ждал, слюни пускал, дурень. Когда бутылку открыл, из неё шибануло бражным кислым запахом, а жидкость, которую он нацедил в стакан, оказалась горькая, вонючая, и совсем не оранжевая. Так, чуть-чуть. Папашка зато ржал, говорил, что чегой-то рано Авдюха брагу ставить учится, куда тебе в семь лет такими делами заниматься. Жидкость в результате слили в унитаз, а Авдей получил жизненный урок: не надо слушать, чего разные дурни во дворе говорят. Потому что врут.

— Я тоже хорошее люблю, — поддержал Авдей. — Хорошее — это хорошо, это ты правильно сказал.

— Ну а то, — покровительственно усмехнулся Илья. — Чего у тебя там, в бумаге? Хворост, что ли?

— Ну, — кивнул Авдей. — Сладкий, с сахаром.

— Под лимонад пойдет, — согласился Илья. — А под пиво его лучше солью посыпать. Знаешь, как круто получается? Зашибительно!

— А ты