Магазин волшебных питомцев 4 - Сергей Шиленко

равно черно. А ночью барьер тоньше, вход мягче идёт, меньше отдачи по каналам. Днём в такой сунешься — расшибёшься о стенку и будешь потом неделю кровью из носа умываться.

Тёмный данж.

Замечательно. Просто праздник какой-то. Если верить «Лиге легенд и лузеров», то больше всего новичков гибнет именно в таких местах. Там фауна ночная, адаптированная к мраку. Там можно наткнуться на споры, токсины, грибницы, паразитов. Там тебя жрут из темноты, и ты даже не успеваешь понять, откуда прилетело. Весёлая прогулка.

С другой стороны… это именно тот тип локации, где растут теневые ингредиенты. Всё, что нужно Алисе для её составов и чего в легальной продаже днём с огнём не сыщешь. Один поход — и квест колдуньи закрыт. Умею я находить светлые стороны в непроглядной тьме.

Дзынь! Сгенерирован квест!

«Ночной рейд»

Задание: Войти в неучтённый Тёмный Разлом и вернуться оттуда живым. Желательно с добычей.

Награда: Зависит от глубины проникновения и собранного лута, но 500 очков опыта прилагаются просто за факт выживания.

Штраф за провал: Навечно остаться частью экосистемы. В качестве удобрения.

Время: Начало в полночь. Опоздавших ждать никто не будет. Подумайте хорошо, точно ли оно вам надо.

Рекомендация: Возьмите фонарик. И запасной фонарик к фонарику.

— Стр-р-рашно зыть! — жизнерадостно сообщил Архимед, читая сообщение. — В темноту полезем! Птичка боится!

— Птичка останется дома, — сказал я.

— Птичка — с хозяином! — Архимед выпятил грудку. — Птичка — бр-р-ронебойная!

Я проигнорировал его и взглянул на Грача.

— Последний вопрос. Зачем вообще лезть в такое место без разведки? Без пробного захода, без карты, без замеров. Это же не прогулка по парку, Гена. Это способ красиво похоронить команду.

Молчал он долго, секунд десять, катая слова во рту и выбирая те, что можно выпустить наружу. Балаболка вцепилась в газетный лист. Клюв рвал бумагу с сухим треском. Цепкие лапки прижимали добычу к столу, хвост ходил ходуном. Она с торжествующим видом вырвала длинную полосу и умчалась на верхнюю полку.

— Не знаю, — сказал Грач наконец. — Рейд оплачен не нашими деньгами.

Вот так.

«Не наши деньги» — ещё одна обтекаемая формулировка. Значит, финансирование пришло со стороны, мимо Базара, мимо синдикатов, мимо всей привычной пищевой цепочки. У похода есть заказчик, и заказчик этот сидит достаточно высоко, чтобы «Река» не вмешивалась, а данж-рейдеры просто исполняли без лишних вопросов.

Кто-то очень торопится вынуть что-то из этой дыры раньше государства.

Любопытно. Очень любопытно.

Я аккуратно уложил мысль в дальний угол сознания, к прочим неоплаченным счетам, и вернулся к насущному.

— Гена, мне нужно снаряжение. Если я лезу в тёмный данж через шесть часов, мне нужна защита, свет, медикаменты и расходники. У тебя есть, я знаю.

Он подумал. Прикинул. Мёртвый исполнитель — это тоже репутационные потери, а объяснять заказчику, почему группа развалилась на входе, ему совсем не улыбалось.

— Перстень у тебя на пальце, — он кивнул на мою руку. — Пространственный?

— Именно так.

— Всё туда грузи. — Грач поднялся. — Чтобы из моих дверей ты вышел с пустыми руками. Ну… в смысле… тебе же так гораздо удобнее будет. Чтоб не таскаться с тяжестями.

Разумеется. Дело даже не в товаре — дело в картинке. Человек, вышедший от Грача с двумя баулами через час после того, как ему официально отказали в поставках, — это готовый донос. Хорошо, что вместимость Инвентаря расширилась до ста килограммов, а занято от силы двадцать.

Грач ссадил Фарта на диван. Кролик недовольно дёрнул задней лапкой, но тут же устроился на тёплом месте, где только что сидел хозяин, и прижал уши к спине. Балаболка с верхней полки немедленно спланировала вниз и села рядом с кроликом — сорока давно пыталась подобраться к мерцающей метке на его лбу.

Фарт открыл глаза, посмотрел на чёрный клюв, нависший над его ухом, и закрыл обратно. Видимо, развил в себе здоровый пофигизм. С учётом особенностей его магии, это не удивительно. Причинить вред существу, генерирующему удачу, очень сложно.

— Пошли, — буркнул Грач и направился к двери.

Коридор оказался узким, тёмным и пах сыростью, пылью и чем-то химическим — то ли растворитель, то ли дешёвый антигрибковый состав. Под ногами скрипел линолеум, местами вспученный пузырями. Грач шёл впереди, гремя связкой ключей, и бормотал что-то себе под нос. Три двери слева, две справа, все закрыты.

Он остановился у последней — стальной, с двумя замками. Ключ повернулся в верхнем замке, потом в нижнем. Грач толкнул дверь плечом. Она пошла тяжело, со скрежетом, и распахнулась в темноту, из которой пахнуло складской затхлостью.

Щёлкнул выключатель. Люминесцентная лампа под потолком загудела, мигнула трижды и залила помещение бледным мертвенным светом. Склад оказался длинным, метров пятнадцать, до потолка забитым стеллажами.

— Бер-р-рлога! — Архимед вытянул шею, обозревая стеллажи. — Пещера Али-Бабы! Сорок разбойников!

Грач полез между стеллажами, сдвигая упаковки и ругаясь вполголоса.

— Вот паразит, куда он опять… Говорил же Серому, сортируй по номерам, а он сваливает всё в кучу, как дрова…

Я осмотрелся. На верхней полке лежали свёрнутые рулоны сетки, ниже — ящики с трафаретной надписью, замазанной краской. У стены стояли три манекена в разномастной броне, безголовые и запылённые. С крюка свисала связка карабинов.

Грач вернулся, волоча две коробки, поставил их на пол, сходил ещё за тремя. Отряхнул руки о джинсы.

— Смотри быстро, — сказал он, глянув на часы. — А то я это… к стоматологу опаздываю.

— Здоровье зубов — дело серьёзное, — кивнул я. — Хорошо, когда все на месте.

Мы смотрели друг на друга ровно секунду. Оба всё поняли, оба остались довольны формулировкой. Я присел на корточки и открыл первую картонку.

Товар был обезличенный до стерильности. Бронежилет — потёртый, с вытертым до белизны кантом, клеймо производителя спилено начисто, номер выведен кислотой. Внутри, под чехлом, прощупывалась рунная подкладка: ровные строчки нити, складывающиеся в символы. Наверное, должны отгонять от меня пули и когти. Я оценил швы, надавил на пластины.

К нему нашлась стёганка с влажным запахом стирального порошка. Кто-то прогнал его через машинку. Возможно, чтобы вывести кровь предыдущего владельца, вон пятна характерные. Хозяйственный человек.

— Тряпочки! — сообщил Архимед, спикировав на край коробки. — Ношеные! Чужая спина!

— С чужого плеча, — согласился я, примеряя жилет по фигуре.

Краги на предплечья — толстая кожа с нашитыми пластинами. Они сели чуть свободно, но ремни позволяли