Пасечник 3 - Дмитрий Николаевич Матвеев

Трижды тренькнула тетива. Три болта ушли по самое оперение в туши Тварей. Те даже не шевельнулись. Следующим лежал изменённый кабан. Повилихина прицелилась, и тут по каменоломне словно прошла невидимая волна Аномалии.

Огонь отреагировал немедленно: окутал своего хозяина облаком пламени, выжигая опасность. У прочих в защитных амулетах зажегся огонёк: работает. А секунду спустя все монстры до единого разом вскочили, бросившись на людей. Правда, трое из них, заранее подстреленные, тут же рухнули обратно, несказанно обрадовав Терентьева.

Маша с испуга, не иначе, пальнула в кабана, в которого целила, и даже попала. В то самое место, в которое собиралась. Кабан оглушительно завизжал и упал на камни, дёргаясь в предсмертных конвульсиях. Теперь каменоломня перестала выглядеть тиром. Все Твари, что ждали под снегом своего часа, кинулись наверх.

Арбалеты были не только у Маши. Но и сам егерь, и дружинники успели выстрелить лишь по разу. Один из волков упал замертво, в его глазнице вместо ярко-желтого зрачка появилось оперение болта. Остальные монстры даже не замедлились. Они неслись вверх по дороге к выходу из каменоломни. К счастью, часть из них, те, что были в самом низу, рванули напрямик, по крутому склону. Прыгали, карабкались вверх, сползали или кувыркались вниз и вновь атаковали гору.

Маша, вынужденная теперь стрелять навскидку, промазала. Болт попал вскользь и, отрикошетив, унесся куда-то в глубину карьера. Магазин опустел. Она принялась лихорадочно перезаряжаться, выдёргивая из подсумков запасной магазин.

Второго кабана удачно приняли на копья дружинники. Достаточно было лишь упереть древки в подходящий уступ, а после отпрыгнуть в сторону, чтобы не снесло. Наконечники копий, как и наконечники болтов, оружейник выковал из бирюзовой стали, и Тварь сама наделась на них, чуть ли не до самых кишок. Захрипела, пытаясь дотянуться до людей, но тут егерь саданул ей ломом в голову, и едва успел выдернуть его обратно, чтобы встретить набегающего волка.

Хряснул наотмашь, как бейсбольной битой. Монстр с расколотым черепом, удобряя мозгами камни карьера, отлетел в сторону, а на его место уже несся следующий. Иван едва успел выставить перед собой лом и ткнуть в раззявленную пасть.

Тварь стиснула челюсти, поперхнулась железом, и упала, выдернув оружие из рук Терентьева. Он мельком порадовался, что взял два лома, и тут же пожалел, что не пять. Поднял запасной лом наподобие двуручного меча и приготовился встретить очередного монстра.

Копейщики совместными усилиями выдернули из подохшего кабана одно копьё. Наконечник сверкал золотом, но задумываться об этом времени у них не оставалось: набегала очередная Тварь.

Маша, наконец, сумела поменять магазин арбалета. Взвела тетиву, подняла голову и увидела прямо перед собой морду волка, выцарапывающегося по склону. Ещё секунда, и он выскочит наверх, а там…

Руки сработали вперёд мозгов. Одновременно с резким щелчком тетивы в глазнице Твари поселился арбалетный болт. Голова зверя исчезла где-то внизу. Девушка снова взвела арбалет и огляделась.

Оба дружинника тыкали копьями в изменённую лисицу. Тварь шустро уклонялась от сверкающих острий, и будь копейщик один, его бы уже схарчили. Вдвоём же им удавалось сдерживать монстра, а время от времени даже ранить. Маша прицелилась и всадила бирюзовую стрелку в загривок монстру.

Иван стоял против очередного кабана. Тот, припадая на переднюю ногу, переломанную удачным ударом, не мог разогнаться для тарана. Но неуклонно хромал вперёд, угрожая противнику здоровенными клыками. Кажется, хромота у него помалу проходила. Вот Иван уклонился от ядовитых клыков и мощным ударом лома перебил вторую ногу. Кабан пробороздил пятачком камни, попытался, вскинувшись, подняться на ноги, но безуспешно. Тут и сам Терентьев не оплошал, пробил Твари башку за ухом своей железной палкой. Даже отскочить в сторону успел. Правда, остался без оружия, схватился за арбалет.

Что было дальше, Маша помнила плохо. Твари всё лезли и лезли, она перезаряжалась, стреляла. Иногда попадала, чаще — нет. В какой-то момент поняла: у неё остался один болт, один выстрел. И тут снизу, с самого дна каменоломни, донёсся трубный рёв. Повилихина видела такого монстра. Один раз, мёртвого. И тогда он впечатлил её до глубины души. Теперь же изменённый лось, этот живой танк, прекратил тщетные штурмы склона и по спирали устремился вверх.

Терентьев увидел лося. Выдернул из пасти волка бирюзовый лом и приготовился к битве. Рядом с ним изготовились копейщики. Упёрли древки копий в каменную ступеньку.

— Не майтесь дурью, — сказал им Иван. — Вас снесёт. Встаньте так, чтобы успеть отскочить.

И сам отошел чуть поодаль, чтобы не затоптали.

Лось вышел на последний вираж. Маша прицелилась, выстрелила. Попала точно туда, куда и хотела. Но болт из бирюзовой стали отскочил от шкуры, по прочности сравнимой с танковой бронёй. Девушка в отчаянии долбанула кулаком по ноге и тут же зашипела от боли.

— Лови! — крикнул ей Иван.

И тут же, не тратя времени зря, швырнул свой арбалет. Повилихина поймала, взглянула: четыре болта, четыре выстрела. Хорошо, главное — не потратить впустую.

— В задницу стреляй! — крикнул ей жених, но его слова заглушил рёв Твари.

— Что? — крикнула в ответ невеста.

Времени на нормальный ответ уже не было. Лось несся уже в десяти метрах.

— В жопу бей! — крикнул егерь и поудобнее перехватил лом.

Два орихалковых наконечника вошли в тушу лося и обломились. Дружинники, сильные, но лёгкие, пластмассовыми кеглями разлетелись в стороны. Монстр снова взревел, но скорости не сбавил. Щелкнул арбалет. Маша всё поняла правильно. Едва тыл Твари открылся для выстрела, как в него сразу же влетел болт. Лось вновь завопил, но на несколько тонов повыше. И тут под ноги зверю попался «Вепрь». Он был слишком велик, чтобы сходу перепрыгнуть. Монстр скинул бы его в сторону рогами, но мешали засевшие в теле куски орихалка. Солнечный металл причинял исчадию Аномалии невообразимую боль. А теперь ещё одна стальная заноза впилась с противоположной стороны. Монстр обезумел от боли, но разойтись, как следует, ему мешала куча мятого железа под больными передними ногами.

Дружинники слегка очухались, похватали свои арбалеты и принялись стрелять по Твари, сколько успеют, пока она более-менее стоит на месте. Стреляли, попадали, но пробить шкуру не могли.

— Прекратить огонь! — крикнул Терентьев и кинулся вперёд, занося над головой лом.

И в тот момент, когда оружие пошло вниз, Еще один пущенный Машей болт вонзился зверю в причинное место.

Лось завизжал и скакнул. Может, в этот раз Терентьеву и не хватило бы сил перебить Твари хребет, но зверь сам помог, подкинув круп навстречу лому. Эффект вышел вполне ожидаемый: задние ноги