Опасный. Волшебный. Кот - Маргарита Ардо

Я залезла на него неэлегантно, попа провисла, так что для верности я легла сверху животом и схватилась за передние кисти. Ковер сорвался с места. Мы полетели. Ветер с силой ударил в лицо, затрепал волосы так, словно собирался снять скальп. Я расставила зачем-то ноги пошире, чувствуя себя безумным парапланеристом. Ковер мчался по-над ущельем, потом полетел над черным лесом и сюрреалистичными малиновыми холмами, срезая углы. Не прошло и пары минут, как мы вылетели к… реке. Огненной…

Здесь было темно и невыносимо жарко. Меж черных берегов текла лава. Бурля и выплевывая жидкое пламя фонтанами, как металл из мартеновских печей, река устремлялась по ущелью и распространяла вокруг себя дикий смрад серы и пепла.

Мы вылетели из голых скал, пронеслись над клочками выжженого леса, и ковер резко снизил скорость. Теперь он будто крался над обугленными, черными скелетами деревьев. Казалось, они никогда и не были живыми, и торчали здесь только, чтобы запугивать всех, кто забредет сюда. Кромсали черно-багряное зарево в небе изогнутыми сучками и корягами, похожими на рога жутких животных. По другую сторону от реки-лавы весь горизонт закрывали низко ползущие облака мрака, которые спорадически пронизывали огненные всполохи, похожие то на молнии, то на морды гигантских чудовищ.

Ковер осторожно приближался к бурунам огненной лавы вдоль обломков закопченной скалы. Дышать стало почти невозможно. Мне в глаза бросилась каменная площадка перед висящим на могучих цепях железным мостом над огненной рекой. Узкий настолько, что по нему можно было пройти только бочком, он был раскален докрасна и, казалось, вот-вот готов был стечь потоком расплавленного металла в лаву под ним. И вдруг черноту над площадкой справа разрезали голубые и белые вспышки магии. Я вздрогнула и присмотрелась.

На Кощея наступали три светлых богатыря еще по эту сторону, не на мосту. Мой самотканный ковёр запах паленой шерстью и застыл на месте, словно снова «потерял связь». Ветер тряхнул нас с такой силой, что мы едва не ушли в пике.

— Туда, как можно ближе к битве! К реке Смородине, к мосту! — скомандовала я, прижимаясь всем телом к вязаному полотну.

Наверняка и Говорун был где-то поблизости. Из реки выплеснулась лава. Иска долетела до нас. Ковер вспыхнул и задымился, но не упал, а со страшной скоростью влетел на каменный выступ под черной корягой, до последнего выполняя мой приказ. Я скатилась на гальку. Вскочила и принялась тушить ковер: притоптывая огонь ногами, забрасывая землю пригоршнями, прихлопывая булыжником. И получилось! Я погладила ковер из волшебных ниток, шепнула благодарность и попросила еще немного потерпеть. А сама ринулась к краю, чтобы увидеть Кощея.

Высунулась, прижимаясь щекой и руками к углу скалы. И столкнулась нос к носу с Говоруном. Желтые глаза синего котища изумленно моргнули.

— Ты здесь как?!

— Магия, — шепнула я и вся устремилась вниманием к Кощею.

Бой шел почти под нами, мы стояли всего в нескольких десятках метров выше, как на угловом балконе без перил. Трое… нет, уже шестеро богатырей теснили Кощея от горы к мосту. Мое сердце сжалось. Кощей едва успевал отбивать удары сверкающих мечей, которые сыпались один за другим.

Как остальные прорвались сюда?! И тут я вспомнила, что в приказе ниткам звучало: «чтобы они не погнались за мной!» Да, «за мной», а не вообще — в Навь. В следующий раз надо быть предельно точной!

Кощей взлетел над богатырями и резко отпрыгнул в сторону.

— Сдавайся, Кощей! Ты не сможешь сопротивляться вечно! — выкрикнул один из богатырей, окруженный сияющим белым облаком.

— Говори о себе, Добрыня, — басом усмехнулся Кощей, восстанавливая вокруг себя только что разбитую вдребезги сферу из голубой, пронизанной молниями, магии, служившую ему щитом. — Я-то бессмертный. И домой на пирожки меня никто не ждет!

— Перейди через мост добровольно! — крикнул русый «княжич» с длинной косой и широченными плечами. — Твоя участь уже решена, не делай ее хуже!

— Лучше повеселюсь напоследок! — басом гаркнул Кощей, выставляя наизготовку оба меча.

И светлые, со сверкающими куполами защиты, бросились на Кощея. С двумя мечами в руках, он отбивался и наносил удары так быстро, что у меня в глазах зарябило. Отбросил одного. Другого. Добрыня упал, покатившись к черному остову дерева. Трое наседали. Кощей отступал, опасно приближаясь к мосту. И вдруг сделал сальто, пролетев метрах в трех над их головами. Приземлился на ноги ближе к подобию дороги, гравием и ломаными плитами уходящей под природную арку в скале, похожую на врата. Почти под нами.

Кощей щелкнул пальцами, словно давая кому-то за плечом приказ. Бесчисленная орда ворон и гигантских летучих мышей вылетела прямо из-за его спины и бросилась в атаку на богатырей.

Вспышки от ударов волшебных мечей. Крик воронья. Хаос и свалка. Светлым пришлось нелегко, но это дало мгновение передышки Кощею.

— Кощей… — тихонько позвала я, он не услышал. Я пнула Говоруна: — Забери его, нам надо к живому источнику!

— Выжидаю, — противным голосом управдома заявил кот и нервно дернул хвостом, словно знал, что в «ворота» из-за горы уже выскочил седьмой богатырь, Святозар.

С сияющим мечом, пронизанным магией, он бросился на Кощея.

— Сзади! — крикнула я.

Кощей успел отскочить, но Святозар все же задел его. Я увидела, как луч от меча пронзает костяные доспехи. Черт! Мне самой стало больно за него! А Кощей вступил в схватку. Другие богатыри, расправившись с вороньем, тоже бросились в атаку.

Говорун следил за ними, едва успевая вертеть головой: богатыри разлетались в стороны от Кощея. И снова атаковали. Он без устали работал обоими мечами. Голубые и белые вспышки слепили глаза. Мешали соображать, но я следила, затаив дыхание и отчаянно пытаясь придумать выход.

— Иди, помоги ему! — Я снова пнула кота.

— Ну вот еще! Там опасно, меня убьют! — фыркнул тот.

— Предатель! — Я подхватила с земли увесистый камень.

— Дура! — взвизгнул кот. — Сказал: выжидаю!

Мечи рубили воздух, магия взрывалась. Кощей смог призвать чудище из леса, похожее на пса с тремя головами. Рыжий и Добрыня скосили его с дух сторон. Кощей ударил мечом о камень. Валуны вспенились вверх, выстроились башнями. И обрушились на богатырей. Но светлых было слишком много на него одного! И они был чертовски ловкими!

Я закусила до боли губу.

И вдруг Кощей пошатнулся: лучом белой магии Добрыня пронзил ему грудь, как копьем. Кощея понесло назад, как пьяного. Он упал навзничь. До моста оставалось каких-то три метра…

Понимая, что его вот-вот