Опасный. Волшебный. Кот - Маргарита Ардо

только ни заниматься, в том числе не очень приличным и почаще… Но я все никак не решалась ответить: программки в голове и советы из женских журналов утверждали, что так нельзя. А Стас смотрел на меня и ждал.

Пауза между нами была короткой, но она уж слишком звенела комарами и чем-то неправильным. Глядя в его влюбленные глаза, готовые на что угодно, я подумала и решила не лишать себя радости, но тут он сказал:

— Давай поженимся?

— Чтобы ты снова сбежал, как две тысячи лет назад? — Губы мои сами собой разъезжались в улыбку, а надо было бы выглядеть построже, вот только счастье уже лезло наружу из всех пор.

— Я успел побегать достаточно. И знаю, что по сравнению с вечностью, эта жизнь будет очень короткой. Но я хочу провести ее с тобой. Хочу просто завтракать и просыпаться рядом, ходить в походы и в рестораны, придумывать что-нибудь забавное и, может быть, вместе творить, ты ведь дизайнер, а я архитектор; если получатся дети, нарожать детей. Вместе чувствовать, вместе жить. Вместе заниматься любовью…

Я покраснела.

— Вместе плакать, вместе радоваться, спорить, находить решения. Ты знаешь, все, что мы делали вместе, мне понравилось. И еще ты очень красивая. Я хочу смотреть на тебя.

— Ты не видел меня утром и в гриппе.

— Хочу увидеть. Позволишь?

В голове завертелись мамины придирчивые вопросы, но я смахнула их поганой метлой, как советовала Яга на сессиях. И просто сделала, что хотела: притянула его за шею и поцеловала. Потому что рядом с ним сейчас я чувствовала себя счастливой. И я всегда хотела почувствовать именно это. Родное. Любимое. Даже если иногда бесит… Потому я сказала:

— Да!

Вместо эпилога

Прямо перед свадьбой, когда мы ждали выездного специалиста из ЗАГСа, родственники, друзья и коллеги, многие недоумевающие скорости принятого нами решения, рассаживались по белым скамеечкам на стриженом газоне, скрипачи подергивали инструменты за струны и прилаживали смычки, а я, подбирая пышные юбки, искала Стаса. И нашла, красивого, как Бог, в белом костюме, отвела в сторонку от богатырей, с которыми у него в последнее время часто какие-то разговоры, и спросила:

— И все-таки почему ты захотел выбраться из Нави и стать человеком? Там ты был почти всесильным, хозяином. А человек — это же так просто! Мне важно знать это до свадьбы!

— Просто, говоришь? — усмехнулся Стас. — Это с какой стороны посмотреть. Пока я не стал вечным Кощеем, тоже не понимал. Но в царстве живых человек единственный, кто способен осознать себя, испытывать эмоции и осознавать их и выбирать, создавать дистанцию между собой и своим умом и расширять сознание. Только в царстве мертвых я понял: меняться, развиваться и быть архитектором своей реальности может только человек. Всё остальное — иллюзия.

— Разве я могу? — удивилась я.

— Посмотри вокруг, — сказал Стас.

Я оглянулась. Наша свадьба была, как из Пинтреста, мой жених был прекрасен, и он меня любил, а я любила его и не сомневалась в нем. Вопрос сердечной близости был снят, теперь я чувствовала это точно. Я сама спасла его из страшной сказки и оживила, а он спас меня. И нам было хорошо вместе, но мы тоже меняемся. Это правда.

На скамейки для гостей рассаживались богатыри, по другую сторону сидели Яга, Берегиня и голубой кот, которому очень трудно было сдерживаться, чтобы не сболтнуть что-нибудь на людях. Особенно рядом с моей мамой. Впрочем, она улыбалась и вела себя до волшебного дружелюбно — наверное, Говорун воздействовал на нее гипнотически. И на тетю. Странно, но пока она не сказала ни единой гадости. И подруги мои красавицы были счастливы, и безумные братья… Если б не их крики и спор из-за конфет, и если б не опаздывала дама из ЗАГСа, было бы совсем идеально…

— Все это спроектировала и создала ты, — сказал Стас. — И я. Мы творим свои жизни. И наше воображение — что-то из замечательно паранормального, мы можем практически все, хоть и реализуется тут, конечно, все довольно медленно. Но это большое счастье — родиться человеком, редкая удача. Просто не все понимают.

Я поцеловала Стаса и ему поверила. В конце концов, мудрости ему не занимать, и он настоящий волшебник, а рядом с ним и я немножко. Хотя мне кажется, я не до конца разобралась, кто я. Но некоторые, говорят, задают себе этот вопрос из жизни в жизнь, а ответ того стоит.

Только интересно, чем я спроектировала братьев? Они опять орали и бегали друг за другом, сбивая людей и столики на высоких ножках. Кто-то взвизгнул. Я обернулась. К нам по полянке неуклюже на каблуках торопилась работница ЗАГСа. Наконец-то! Из любопытства я активировала свой дар и слегка оторопела: расписывать нас пришла толстая бородавчатая лягушка в костюме цвета топленого молока. Я отключила дар и расслабилась: подумаешь, лягушка? Возможно, в прошлом она была царевной, а теперь с энергией плоховато…

Мы встали со Стасом перед алтарем, украшенным белыми лилиями и пионами, «лягушка» произнесла приветственные слова и пошел дождь. Все спрятались под зонтами, Говоруна спрятала под зонтик мама, и выглядел он совсем не опасным.

А я смотрела в любимые глаза напротив под настоящим ливнем и повторяла слова о любви, о том, что мы клянемся быть вместе и в горе, и радости. И я знала, что так и будет. Мое свадебное платье скоро прилипло к телу, Стаса облепил костюм, но все смеялись. Лягушки из реки позади квакали вместо скрипачей. Свадьба выходила чудесно неидеальной.

И хорошо, потому что счастье отшлифованным не бывает. Все хорошее должно быть слегка несовершенным. Как и мы, удивительные, волшебные и такие обычные — просто люди…

— К О Н Е Ц —

Дорогие читатели! Спасибо, что были со мной во время написания этой сказки!

Подписывайтесь на меня в VK и в Телеграм, чтобы всегда быть в курсе новинок!

Всех вам благ и любви!