Опасный. Волшебный. Кот - Маргарита Ардо

пригвоздят к земле ударом меча, а ковер и нитки сгорят рядом с рекой, я просто бросилась вниз по скалистым выступам с камнем в руке, как неандерталец. Говорун вцепился мне в юбку зубами.

«Стой, глупая!» — гаркнул он мысленно так, что вибрацией ужаса рык прокатился по жилам и венам, как в первый раз. У меня перехватило дыхание, ноги стали ватными. Я собралась с духом, заставляя себя через силу шагнуть вниз.

— Я спасу его.

Слезы градом покатились из моих глаз, потому что ноги не передвигались. Проклятый Говорун зачаровал меня!

Кощей рывком приподнялся и всадил левый меч под ребро Добрыне, который замахнулся было над ним. Богатырь рухнул. Святозар с размаху выбил из одной руки Кощея меч. А второй тот не мог поднять — из-за раны. Кощей отбросил богатырей от себя взрывом голубого купола. Но они снова поднялись.

Щелчок пальцев в костяной перчатке. Кощей издал протяжный крик, как зов хищной птицы. И я увидела летящий к Кощею на крейсерской скорости огонь. Жар-птица! Она подлетела мгновенно с жутким криком выпи и принялась поливать фейерверком искр и пламени из хвоста и крыльев богатырей, не подпуская их к Кощею. А он пытался встать и подхватить хотя бы один меч. Жар-птица летала кругами, окропляя огненным дождем противников и все-таки заставила их отступить.

— Пора! — буркнул Говорун и растворился.

Он материализовался возле раненого Кощея. Схватил его зубами за плащ. И исчез вместе с Кощеем мгновенно. Я обернулась на ковер, чтобы полететь за ними. Но тот уже свернулся в клубок, еще попахивая паленым.

По ту сторону моста показался настоящий дракон, как из «Игр престолов», только с тремя головами. Змей Горыныч?! Волосы мои зашевелились на затылке. Богатыри растерянно начали отступать и перекрикиваться. Жар-птица взмыла в черное, в гари, небо. И вдруг рядом со мной выпал из воздуха Говорун, вся морда в копоти.

— На спину! — рявкнул он, тяжело дыша.

Уговаривать меня было не нужно. Я кинулась на громадную синюю тушу, обхватив за шею руками. И перестала существовать. На секунду. А потом снова включилась, внезапно и полностью, словно меня стерли, а потом снова вернули в существование. Так вот как это — телепортироваться!

Передо мной в темноте ночи шумели дубы, сиял бирюзовыми водами источник с живой водой, окаймленный каменным берегом. В воде, лицом к небу в звездах, головой на камнях лежал Кощей. Сломанные костяные доспехи плавали в воде рядом, рубаха разорвана. Без спецэффектов, без светящегося черепа — просто облепленное черными мокрыми прядями слишком бледное лицо, заострившийся нос и закрытые веки. Кажется, он не мог пошевелиться…

Как же так? Он ведь бессмертный!

Глава 26

Я бросилась к нему. На месте ран на груди и плече крови не было, только зияющие голубые дыры — даже в громадной в районе сердца, словно изнутри Кощей тоже был наполнен магией. Или состоял из нее.

— Стас, милый, ты жив?! — воскликнула я.

— Я Кощей, — хрипло ответил он и закашлялся, будто задохнулся от боли.

Открыл глаза, мутно синие. В растерянности я водила над ним ладонями, стоя на коленях в воде рядом с ним.

— Но как же так, как же… Я думала, ты бессмертный, что тебе не бывает больно…

— Побочки баловства с человеческим телом, — прохрипел он. — Не страшно, пройдет.

— Почему живая вода не действует?! Мне же сразу помогла! — сокрушалась я, глядя на пугающую дыру в груди, которая не собиралась затягиваться.

— Потому что пациент не очень живой, — вставил Говорун и с выдохом облегчения уменьшился в размерах, словно объемы тигра давили ему на поджелудочную, как ожирение на самооценку.

— Ничего. Все хорошо. Мне просто надо немного больше времени, — пробормотал Кощей.

Кажется, он пытался успокаивать меня, хотя помощь требовалась ему! И я решилась. Так или иначе, но для этого я здесь!

— Кощей, ты хочешь вырваться из Нави? Хочешь быть человеком? — спросила я.

В его полных боли глазах вспыхнуло удивление, но он качнул головой.

— Нет, Ева! Я не стану рисковать тобой. Даже не начинай.

Я сощурилась.

— А собой ты готов рискнуть? И мне довериться?

Его лицо снова исказила судорога боли, он зажмурился, потом раскрыл глаза.

— Я не понимаю, о чем ты.

— Ты провел ритуал, разделив душу и лишившись сердца, чтобы стать бессмертным, когда был еще живым, так? — Я нависла над ним.

Он кивнул одними ресницами. Я старалась взять себя в руки, но все равно волновалась безумно. Показала рукой на сундук на дубе.

— И выделенные тобой части хранятся там, да? Как в сказке? Заяц, утка, яйцо и игла?

Кощей снова кивнул.

— Иглу сломать, жизнь Кощея оборвать. Временно, но неприятно, — сиплым басом ответил Кощей и чуть пошевелил пальцем. — Это даже дети знают. Ты решила добить, чтоб не мучился? Ева, это ничего не решает.

— Знаю. Дальше…

— Что дальше, не могу сказать. Это под заклятьем, прости.

Источник в самом деле медленно, но действовал: Кощей начал понемногу шевелиться. Но надо было торопиться. Больше всего я боялась, что светлые богатыри найдут нас прежде, чем я сделаю то, что задумала!

— Твое сердце — это яйцо! — воскликнула я.

У него дернулся глаз.

— Откуда ты знаешь? Никто не смог догадаться…

— Просто я дизайнер, а мне на обработку присылали заказ с медицинского сайта. И я точно знаю, что «яйцо на нитке» описывает рентгенологическую картину сердца при транспозиции крупных артерий. Оно тогда и выглядит полностью как «яйцо», — выпалила я. — Не знаю, что тысячи лет назад ты делал со своим сердцем, но это точно оно!

— Верно… — Кощей облизнул губы.

— Кринж, — ляпнул рядом кот. — И что было в твоей голове две тысячи лет назад?

— Не мешай! — хором сказали мы с Кощеем, и я в волнении продолжила:

— Заяц — связь с потусторонним, подземным миром. Утка по символике древних участвовала в сотворении мира, то есть она — связь с миром людей. Ну а игла — дух твой. Точнее, душа — та часть, что ты отделил.

— Ева… — потрясенно прохрипел Кощей, — ты догадалась или знаешь секреты ритуала? Откуда?!

— Я художку оканчивала, а у нас был целый курс по символизму, — пробормотала я.

— А еще кто-то синий и талантливый впарил дар распознавания сути тому, кому надо, — пробормотал обиженно Говорун. — А они: «Не мешай», как какому-то дворовому оборванцу…

— Прости, Говоруша, — улыбнулась я. — И спасибо!

Кот глянул на нас с прищуром.

— Вы давайте быстрее рассусоливайте, богатыри не идиоты, догадаются, что раненый первым делом захочет в источник.

— Я запутал сюда дороги, — вставил Кощей с кривой ухмылкой. — Заранее. И заговором