Сага о кораблях - Энн Маккефри

закоротило несколько панелей на главном пульте, и на лежащие в беспамятстве тела посыпался дождь ослепительных искр. Хельва поспешно включила все прерыватели, чтобы спасти от замыкания доступный ей куцый контур. Даже она сама почувствовала ответный удар сверхзвукового взрыва – в «ушах» звенело, нервные окончания болезненно напряглись, ее охватила внезапная слабость.

«Даю голову на отсечение, моя питательная среда чуть не скисла», – мрачно пошутила она.

В огромной пещере стояла тишина, которую нарушало только хриплое дыхание и потрескивание проводов.

– Делия, ответь! Это Хельва.

– Хельва? Кто такая Хельва? У меня нет доступа к банкам памяти.

– Таги? Ты меня слышишь?

– Да, – безжизненный механический голос.

– Мерль, ты меня слышишь?

– Не так громко.

Хельва бросила взгляд на труп человека, который подверг их таким жестоким мучениям. Ох, ей бы сейчас пару рук… Но мстить мертвой оболочке – разве это разумно?

«Что же теперь делать?» – размышляла она. И вдруг вспомнила, что решила расстаться с Тероном. И оставила канал экстренной связи открытым! А Паролан не тот человек, который будет сидеть сложа руки. ГДЕ ЖЕ ОН?!!!

* * *

– Ну вот, Хельва, ты снова дома, – капитан СТ-1 отечески похлопал по ее пилону. – Отключающая система настроена на новые ритмические слоги, и знает их только шеф Рейли.

– А вы не забыли присоединить к свободным синапсам автономные акустические и зрительные подсистемы?

– Отличная идея, Хельва. Было бы неплохо ввести это в правило.

– Так вы уверены, что подключение сделано?

– Да, абсолютно. Напоминает ситуацию, когда разрешение на взлет запрашивают, когда корабль уже улетел. Такая вот запоздалая предосторожность…

– Скажите, капитан, вас когда-нибудь подвергали сенсорной депривации?

Он содрогнулся, глаза потемнели от боли. Вряд ли кто-нибудь из сотрудников службы сектора умных кораблей забудет плачевную картину, которая предстала перед ними в логове Зиксона на безымянном астероиде: капсульники, дотоле считавшиеся неуязвимыми, оказались на грани гибели.

– Таги, Мерль и Делия оправятся. Делия через годик-другой сможет вернуться на службу, – тихо проговорил капитан.

Потом вздохнул и помолчал: он тоже не мог заставить себя произнести имя Форо.

– Ты же знаешь, вы незаменимы.

Он так резко подался вперед, к ее защитной панели, что Хельва судорожно вздохнула.

– Спокойно, Хельва. – Он провел рукой по пилону. – Все в порядке, даже я не могу найти шва. Ты в полной безопасности.

Он бережно собрал свои хрупкие инструменты, тщательно переложив их мягкими прокладками из синтетической пены.

– А как «мускулы»? – рассеянно спросила она, опробуя свои только что присоединенные системы, будто примеряла новое платье.

– Райф, напарник Делии, должен скоро оправиться от наркотиков: ему ввели всего одну дозу. С другими двумя кораблями дело обстоит похуже, но можно надеяться, что оба «мускула» выживут.

Внезапно на лице капитана появилось странное выражение, как будто он почуял неприятный запах.

– Скажи, Хельва, почему ты тогда оставила экстренную связь включенной? Когда мы извлекли твоего напарника из камеры, он пришел в бешенство, узнав, что ты допустила такое серьезное нарушение инструкций. – Капитан явно передразнивал Терона. – Будто он не понимал, что если бы ты этого не сделала и Ценком не услышал, что за чертовщина с вами стряслась… И все же, как вышло, что ты не выключила связь?

– Мне не хотелось бы об этом говорить. Но если вы встречались с Тероном, попробуйте догадаться.

– Гм… Ладно, как бы там ни было, это спасло тебе жизнь.

– Правда, спасение заставило себя ждать довольно долго.

В ответ на ее недовольное замечание капитан рассмеялся.

– Не забывай: вам уже дали старт, поэтому угонщикам удалось покинуть Даррел прежде, чем твой инспектор попытался их остановить. Но Паролан послал за вами в погоню все корабли Флота, которые смог достать, от диспетчеров только пар валил. Пришлось прочесать весь сектор: кто же мог предположить, что захватчики сделали своим пристанищем астероид вблизи Таниа Бореалис? На поиски ушло немало времени.

– А этот Зиксон хоть и психопат, а хитер: ловко придумал – прятаться под самым носом у всех.

– Да, у него был высокий показатель интеллекта, – согласился капитан. – Не зря он прошел пилотскую подготовку лет двадцать тому назад.

«Малоутешительное открытие, – размышляла Хельва. – Значит, он получил диплом, а потом у него развилось психическое отклонение… А большие дозы туканита привели к разрушению запрограммированных запретов – вот еще одна проблема, которую Центральным мирам придется пересмотреть в результате этого происшествия. Потом ему удалось проникнуть в эксплуатационную бригаду базы Регул. Там он подготовил почву для своих последующих операций, приохотив к наркотикам нужных ему специалистов. А дальше, имея в своем распоряжении умные корабли с одурманенными „мускулами“, он мог совершить посадку где угодно, вплоть до базы Регул».

– Ну, я пошел, – сказал капитан, учтиво отсалютовав Хельве. – Пусть твой напарник принимается за дело.

– Другого выхода пока нет, – ответила Хельва.

Вся лояльность, которую она когда-то питала к Терону, исчезла вместе с чувством безопасности, которого ее так внезапно и грубо лишили. Итак, ее дражайший напарник решил, что сопротивление бесполезно, и со спокойным достоинством приготовился ждать худшего… как, по его мнению, и подобало поступить каждому разумному человеку.

Вот только, по мнению всех остальных – включая и капитана, если судить по выражению его лица, – такое достоинство равнозначно трусости. Сама Хельва была в этом твердо убеждена. А от Терона она другого поведения и не ожидала: он просто не мог поступить иначе.

Зато Райф, напарник Делии, боролся до конца. Он в кровь изодрал руки, но умудрился проделать в плотной обивке своей камеры ступеньки и добраться до люка в потолке. Одурманенный менкалитом, ослабевший от голода – он отказался от пищи, чтобы скорее вывести наркотик из организма, – Райф дополз до воздушного шлюза, где его и нашли подоспевшие спасатели.

Хельва подождала, пока капитан СТ-1 спустится на лифте, а потом провела быструю, но полную проверку всех наружных и внутренних камер, сенсорных датчиков, реакторной установки, бортовых запасов. У нее было чувство, будто она перебирает вновь обретенные волшебные сокровища. Наверное, раньше она просто не умела ценить все разнообразие инженерной мысли, вложенной в ее создание, всю техническую мощь, которая была ей подвластна, всю изобретательность своих творцов. Как же это все-таки здорово – снова стать цельной!

– Хельва, – раздался из приемника экстренной связи чей-то тихий, настороженный голос. – Ты одна?

– Да, капитан Си-Ти-один только что ушел. Но я думаю, его еще можно вернуть…

– Пусть катится на все четыре стороны.

Только теперь Хельва поняла, что этот хриплый голос принадлежит Найлу Паролану.

– Я просто хотел убедиться, что ты вернулась на свое законное место. С тобой все в порядке, Хельва?

Что это – неужто Найл Паролан охрип от волнения? Хельва была польщена и приятно удивлена, особенно если вспомнить те нелицеприятные эпитеты, которыми он наградил ее при последнем расставании.

– Я снова цела и невредима, если вас интересует это, инспектор, – чуть насмешливо, но вполне добродушно ответила она.

И могла бы поклясться, что из приемника донесся вздох облегчения.

– Вот и умница, моя девочка, – рассмеялся Паролан.

Значит, она не ошиблась: он