Фантастика 2026-158 - Максим Арх

— Я понял.

— Иди. И глаз не спускай с Волкова. Раз уж твой математик выбыл, этот пижон теперь наша единственная надежда. Или главная угроза. Разберись там на месте.

Я развернулся через левое плечо и вышел из кабинета. В приемной секретарь проводил меня взглядом. Теперь в нем читалось не сочувствие, а любопытство: «Вышел живым? Надо же».

Через два часа я сидел в холодном чреве военно-транспортного Ил-76, прижавшись спиной к ящику с маркировкой «Осторожно! Электроника».

Самолет ревел, набирая высоту.

Я закрыл глаза.

Впереди был Урал.

Глава 11

«Быстрые нейтроны»

Свердловск-46. Город-фантом. Город-невидимка. Для картографов здесь была глухая тайга. Для почтовых отделений Союза — абонентский ящик.

Мы въехали в жилую зону, и контраст с «большой землей» ударил по глазам. Широкие проспекты, выметенные до стерильности. В витринах гастронома — пирамиды сгущенки, твердокопченая колбаса, венгерские компоты.

Люди на улицах не бежали, опустив головы, а прогуливались. Здесь не боялись грабителей, хулиганов и дефицита. Здесь боялись только режимного отдела и потери допуска.

Гостиница для командированных располагалась в центре, окнами на площадь с неизменным Лениным. Нам выделили целый этаж.

— Час на устройство, — скомандовал я, глядя на часы. — В 19:00 сбор в номере 305. Совещание.

В 305-м номере пахло мастикой и дорогими сигаретами Волкова. Я повесил на дверь табличку «Не беспокоить» и включил радиоприемник на прикроватной тумбочке, выкрутив громкость так, чтобы музыка создавала ровный звуковой фон — старая оперативная привычка.

Группа сидела за круглым столом.

— Докладывайте, Борис Ефимович.

Профессор Коган разложил перед собой блокнот. Он был спокоен, собран и деловит.

— По технической части идем с опережением, Виктор Сергеевич. Местные специалисты подготовили аппаратную базу идеально. Стойки смонтированы, охлаждение подведено.

Он поправил очки.

— Американский софт… — Коган на секунду замялся, подбирая слово. — Он встал как влитой. Архитектура у них гибкая. Мы протестировали контуры управления на холостом ходу. Конфликтов нет.

— Сроки?

— Если не будет форс-мажоров, через две недели ОГАС возьмет управление энергоресурсами. Система готова к интеграции. Дело за малым.

Коган поднял на меня взгляд.

— Нам нужно то самое «Дополнение», о котором вы говорили в Москве. Прогностический модуль. Без него система — это просто очень быстрый калькулятор. Она реагирует, но не предвидит.

Я кивнул.

— Дополнение будет. Канал доставки работает. Ваша задача — подготовить базу для его установки.

Перевел взгляд на остальных.

— Как настроение в коллективе?

Анна Берг нервно поправила очки и затушила недокуренную сигарету «Космос» в хрустальной пепельнице.

— Виктор Сергеевич, это… грандиозно. — Ее голос дрожал от нервного возбуждения. — Я видела схему разводки, которую они тут сделали. Идеальный порядок. Никаких допусков наугад. Если мы запустим эту штуку… Это же революция в энергетике. Я готова тут ночевать, лишь бы всё работало по протоколу.

Я усмехнулся. Технократ. Ей дай интересную задачу — она и в аду будет работать с энтузиазмом.

— А вы, Валерий Николаевич?

Волков сидел, откинувшись на спинку стула, и крутил в руках зажигалку Ronson.

— Скучно, — лениво протянул он. — Город — тоска смертная. Ни ресторана приличного, ни театра. Одни физики с лицами, как у покойников.

Он поморщился.

— Я, конечно, понимаю — секретность, долг, Родина… Но вдохновение в таких условиях дохнет. Мне бы хоть на денек в Свердловск вырваться? Там оперетта неплохая.

— Оперетту будете слушать по радио, — отрезал я. — Выезд из ЗАТО закрыт до особого распоряжения. Привыкайте, Валерий. Вы теперь не богема, вы — винтик оборонного комплекса.

Волков фыркнул, но спорить не стал. Понимал: здесь мои погоны весят больше, чем его диссертации.

— Виктор Сергеевич, — голос Когана прозвучал неожиданно тревожно.

— Да, Борис Ефимович?

Старый профессор снял очки и начал протирать их платком — верный признак волнения.

— Я хотел спросить… А где Илья Исаакович? Где Нудельман?

В комнате повисла тишина. Даже Волков перестал щелкать зажигалкой.

Все смотрели на пустой стул.

— Мы думали, он приедет следующим рейсом, — продолжил Коган. — Или спецбортом. Но прошло три дня. Работы начинаются, а главного вычислителя нет.

Я знал, что этот вопрос зададут. Готовил ответ.

Но под взглядом умных, проницательных глаз Когана врать было сложнее, чем я думал.

— Нудельман не приедет, — сказал я ровным, металлическим голосом. — В Москве изменились приоритеты.

— То есть как? — Коган даже привстал. — Вы хотите сказать, что мы будем внедрять сложнейший чужеродный код без математического аудита?

— Аудит проведен в Москве. Вы сами видели отчеты.

— Я видел первичные отчеты! — голос профессора сорвался. — Виктор Сергеевич, вы не понимаете! Мы — наладчики. Инженеры. Мы знаем, как соединить провода и как запустить драйвер.

Он ткнул пальцем в сторону Волкова.

— Валера — архитектор, он видит структуру. Жанна — технарь. Но только Нудельман понимал… суть. Он видел гармонию цифр. Он единственный, кто мог по-настоящему выпотрошить это американское нутро и гарантировать, что там нет логической бомбы на уровне философии кода!

— Борис Ефимович прав, — неожиданно поддержал Волков, и в его голосе не было привычного ехидства. — Илья псих, конечно, но он чувствовал код кожей. Без него мы идем по минному полю с завязанными глазами.

Я обвел их тяжелым взглядом.

Включать Черепа на полную мощность не хотелось, но придется. Демократия закончилась.

— Отставить панику.

Я встал и подошел к окну. За стеклом падал мокрый снег, засыпая город, которого нет.

— Решение принято руководством Комитета. Нудельман выполнил свою задачу.

Повернулся к столу.

— Базовый код прошел проверку на заводе «Салют» в Москве. Илья Исаакович и эксперты ВЦ отклонений не выявили. Значит, и от дополнения подвоха ждать не стоит. Мы внедряем чистую архитектуру.

— Вы в этом уверены? — тихо спросил Коган. — Или вы хотите быть уверенными?

Вопрос повис в воздухе.

Коган, старый ученый с опытом работы в «шарашках», видел меня насквозь. Он видел мою самоуверенность, за которой прятался страх.

— Я уверен в приказе, — жестко сказал я. — И я уверен в вас. Вы — лучшие специалисты Союза. Справитесь. Вопрос закрыт.

— Как скажете, — Коган пожал плечами, но в его глазах я прочитал приговор: «авантюра».

— Все свободны. Завтра в 08:00 выезд на объект.

Когда дверь за ними закрылась, я выдохнул и опустился в кресло. Я достал из кармана мятую пачку «Родопи», закурил, глубоко затягиваясь горьким