Фантастика 2026-32 - Евгений Александрович Белогорский

Всезнающий советник, на вопрос Александра о происхождении этих племен, туманно говорил о легендарной стране Лемурии, которая некогда располагалась в этих широтах и погибла в результате ужасного землетрясения много веков тому назад. Согласно сокровенным мифам передававшихся из уст в уста от одного поколения жрецов другому, на Лемурии обитали темнокожие люди, части из которых удалось спастись. Большинство из них перебралось на континент в частности в Индию, где организовали свои царства.  Другая часть, по-видимому, остались на осколках своей прародины.

  Охваченный былым азартом покорителя, Александр с нетерпением ожидал конца предварительного строительства Александрии, которой предстояло стать главным македонским форпостом на этих землях. Но при этом, царь не торопил понапрасну солдат, давая возможность им прийти в себя после столь долгого пребывания на море и вернуть свою былую форму и боевые навыки. Радостной отдушиной в период ожидания для царя стала разведка, благо македонцы научились вылавливать любопытных туземцев в зеленых джунглях.

  Вскоре Александру стали известны приблизительные сведения об острове Блаженства. Тщательно допрошенные Нефтехом пленные показали, что за проливом находиться могучее царство Шривиджайя, под властью которого имеются еще два больших острова. Допрашиваемые часто путались и сбивались, но одно они называли точно, имя правителя острова Блаженства, царя Шайлендры. В его распоряжении было много воинов и множество быстроходных лодок. Шайлендру очень боялись местные племена, поскольку он часто совершал грабительские набеги через пролив.

  Больше ничего из пленных выудить не удалось, но и этого вполне хватало для первого раза. Александр и Деметрий живо обсуждали вопросы тактики в отношении малайцев, именно та называли себя люди, живущие по обе стороны пролива. Они уже явно знали железо, о чем говорили клинки обнаруженных у некоторых пленных. Качество оставляло желать лучшего, и это несколько радовало македонцев.

  Наконец долгожданный день настал, и корабли Александра покинули Александрию Южную, устремившись к долгожданной цели. О том, что у малайцев имелись быстроходные лодки, мореходы убедились при подходе к острову Блаженства, завидев приближающуюся армаду остроносых кораблей лодки, сначала панически разбежались в разные стороны, но затем стали осторожно приближаться, тщательно выдерживая при этом большую дистанцию.

  Когда же один из дозорных кораблей решил сблизиться с ними, то на него незамедлительно обрушился град стрел, многие из которых долетели до судна и чудно украсили его нос и борт. Обрадованные столь удачным обстрелом, малайцы немедленно произвели повторный залп, а затем третий.

  Македонский корабль продолжал идти на сближение, надежно прикрыв своих гребцов щитами. На палубе матросы спешно наводили катапульту, заряженную  большим бревном. Стремясь попасть наверняка, механики упорно тянули с ответным залпом, порождая в душах малайцев уверенность в своем превосходстве. Они уже собирались дать новый залп, когда что-то огромное и блестящее вылетело с македонского корабля, что бы затем в щепки разнести одну из лодок противника, буквально разломив ее напополам.

  Крик ужаса и скорби многоголосым эхом потряс лодочную флотилию, при виде столь стремительной гибели своих товарищей. Словно расшалившиеся воробьи, спасающиеся от лап кошки, они вновь бросились в россыпную и тем самым спасли себя от нового выстрела с македонского корабля. Выброшенное в их сторону бревно лишь упало возле кормы одной из лодок, окатив мощными брызгами ее гребцов.

  Начало боевым действиям было положено самими малайцами, и поэтому Александр без всякого зазрения совести отдал приказ о преследовании врага. Могучие триеры вместе с царским флагманом немедленно устремились за дозорной биремой, азартно преследовавшей лодки противника.

  Спасаясь от царских моряков, малайцы сначала привели македонскую флотилию в просторный залив, а затем, используя свою малую оснастку, устремились вверх по реке, чьи воды сбегали со склонов далеких гор с голубыми вершинами. Опасаясь засады или других коварных ловушек, Гегелох прекратил преследование и приказал легким кораблям произвести разведку прибрежных вод.

  Александр и Деметрий с большим трудом дождались завершения промеров дна, словно два тигра, энергично передвигались от одного борта к другому, горящими глазами разглядывая наползающее на них зеленое царство. Здесь было все прекрасно, начиная от необычайно сочной травы с чудными цветами и кончая самими джунглями, в которых каждой дерево или побег активно боролись за место под солнцем.

  Первые сюрпризы этого великолепия македонцы ощутили сразу после начала высадки. Оказалось, что место, выбранное разведчиками для десантирования, представляет собой огромное топкое болото, сверху заросшее мощным травянистым ковром. Солдаты сразу проваливались по колено в вонючую жижу и с большим трудом могли выбраться из природной ловушки.

  Второе место высадки, выбранное Аристоником, было более удачным. Не мудрствуя лукаво, македонец направил свои корабли к устью реки и вскоре уже вывел своих солдат на твердый песчаный берег, от которого вглубь острова шла широкая дорога. Прошло более часа пока все царское воинство не выстроилось возле своего вождя, что бы затем в боевом порядке начать продвижение вперед.

  Хорошо протоптанная дорога плавно вилась причудливой змейкой вдоль зеленых джунглей то, проскакивая между тщательно ухоженными полями то, взлетая на вершину небольшого холма. Македонцы шли настороже, готовые в любой момент принять бой или в случаи необходимости отступить под огненное прикрытие своих кораблей. С высоких веток деревьев постоянно кричали птицы, верещали потревоженные обезьяны, а под ногами трещали большие цикады.

  Внезапно раздались громкие воинствующие крики и на гоплитов Александра, сначала обрушился град из стрел и камней, а затем из-за деревьев выскочило множество полуголых людей  вооруженных маленькими деревянными щитами и искривленными мечами. В одно мгновение поблекли красоты местной флоры и фауны еще секунду назад ласкавшие взоры македонских солдат. Едва появился враг как, они моментально преобразились. Начиналось их любимое дело, ради которого они проплыли столько дней и ночей, война.

  Еще воины продолжали держать над головой блестящие щиты, прикрывая свою голову от камней и стрел малайцев, а горластые простаты и гоместы, не дожидаясь команды сверху, уже начали проворно выстраивать ряды своих подопечных для отражения натиска врага. Гоплиты, опустили щиты и, обнажив мечи, привычно сомкнули свой строй единой фаланги, готовясь познакомить малайцев с правилами организованной рукопашной схватки. На левом краю фаланги  встали пельтеки, а укрывшиеся за строем солдат лучники, принялись немедленно обстреливать набегавшего врага.

  Сам Александр вместе с гипаспистами, расположился на правом фланге, отдав центр и левый край под командование Деметрия и Аристоника. В тылу остался небольшой отряд моряков, которых по приказу царя возглавил Нефтех. Советник, облаченный в полотняный панцирь который мог выдержать удар боевого топора, внимательно следил, что бы враг, не ударил в спину фаланги.

  Малайцы подобно своре собак набрасывались на македонского кабана, пытаясь пробить железный