Завещание беглеца - Андрей Геннадьевич Лазарчук

     - Я хотел предупредить вас: я не хочу никого убивать. Объясните им,  на меня нельзя нападать. Я отдам все свои знания в обмен на одно - свободу.

     - Ты не можешь быть свободным среди людей, Тим.  Я  где-то  ошибся.  Ты обречен. И моя работа, по-видимому, тоже. Мне нечего добавить.

     - Я подумаю. Я еще свяжусь с вами... Кройф остановил машину у обочины и остался неподвижно сидеть, уставив невидящий взгляд в темнеющую пустыню.

     47

  За час до описанного разговора Николай входил в кабинет  сэра  Монтегю, где его ждали инспектор Флойд и немолодой человек в форме полковника ВВС.

     - Полковнику Коллинзу поручено  найти  и  обезвредить  Тима,  -  сказал Флойд.

     - Обезвредить - значит уничтожить?

     - Да, уничтожить, - сказал Коллинз без  признаков  волнения.  -  И  мне понадобится ваша помощь, сэр. Наши  средства  радиоэлектронного  обнаружения уже развертываются. Мне  нужно  знать  о  возможностях  сбежавшего  автомата противодействовать этим средствам.

     - А почему вы не обратились к доктору Кройфу? - спросил Николай.

     - Кройф исчез. Он уехал, оставив это, - сэр  Монтегю  протянул  Николаю листок.

     Николай  развернул  записку:  "Прошу  считать,  что  я  исчерпал   свои возможности сотрудничать с вами во всем, что касается действий против  Тима, высказав свое мнение о необходимости его уничтожения. Кройф".

     - Видите ли, полковник, - сказал Николай после  минутного  раздумья,  - лично я - противник уничтожения Тима. Это бессмысленно и  безнравственно.  У нас нет никаких доказательств, что Тим - убийца. Нет  достаточных  оснований думать, что он представляет опасность.

     - То есть как? - вскинул голову Бодкин. - А кто же убил Шеннона?

     - Не знаю, - сказал Николай. - Я убежден,  что  Тим  в  будущем  сможет принести огромную пользу людям. Я верю в работу доктора Кройфа и считаю, что она приведет к конечному успеху. Еще никому и никогда не  удавалось  создать столь совершенный аппарат мышления.

     - Кроме природы, - вяло улыбнулся сэр Монтегю.

     - Разумеется. Но, похоже, что доктор Кройф бросил вызов самой  природе. И  вот  из-за  одного  срыва,  из-за  трагического   и   нелепого   стечения обстоятельств люди, весьма... скажем, весьма  далекие  от  науки,  а  потому склонные к технофобии и панике, решаются на непоправимый шаг  -  уничтожение уникального носителя искусственного интеллекта. Это -  варварство.  Еще  раз повторяю: я против.

     - К сожалению, поздно дискутировать на эту тему. Дело не только в  том, что сам мистер Кройф считает уничтожение аппарата желательным - а вы ведь не назовете доктора Кройфа далеким от науки  человеком,  мистер  Добринский?  - сказал Коллинз.- Но дело, повторяю,  не  только  в  мнении  мистера  Кройфа. Ситуация обсуждалась на различных уровнях вплоть до президента.  В  итоге  я получил недвусмысленный приказ, и я его выполню. Прошу вас,  однако,  помочь мне в этом. Не буду утверждать, что это дело мне по сердцу, но  приказ  есть приказ. К тому же вы не станете отрицать, что опасность существует.

     - Теоретически - да. Но вся эта суета бесполезна. Все ваше оружие,  все средства обнаружения и доставки, вся электроника, скорее  всего,  бессильны. Тим, похоже, неуязвим. Если, конечно, вы не примените против  него  тактику, которую в середине двадцатого века называли тактикой выжженной земли.

     - Мы применим любую необходимую тактику, - сказал Коллинз.

     - Но для этого вам надо найти хотя бы приблизительно район,  в  котором он находится, и иметь представление о скорости его передвижения.

     - Вот здесь-то вы нам и можете помочь. Кройф  говорил,  что  Тим  хотел связаться с вами, - вмешался до той поры молчавший инспектор Флойд. -  Когда он вступит с вами в контакт, люди Коллинза попытаются зафиксировать источник излучения.

     - Значит, я буду чем-то вроде наживки?

     - Можете называть это как угодно. Слишком много поставлено на карту,  - хмуро сказал полковник.

     - С этой ролью я решительно не согласен.

     - Что ж, мы все равно будем действовать.

     - Я это знаю. И сожалею, что не в силах помешать вам.

     - Мистер  Добринский,  вы  действительно  уверены,  что  Лэрри  Шеннона умертвил не Тим?  -  глазки  Флойда  буравили  Николая.  -  Вы  располагаете какой-либо информацией?

     Николай слегка растерялся от этого колючего взгляда.

     - Нет, - сказал он, - я не располагаю никакой информацией, инспектор.

     - Скажите, - обратился к Николаю полковник, - если вы уверены, что  Тим неуязвим, почему вы боитесь с ним связаться?

     - Я не боюсь, - ответил Николай, - я не хочу этого делать из  этических соображений.

     Связываться с Тимом Николаю не пришлось. Едва они вошли в  лабораторию, пульт заговорил сам.

     - Я давно жду тебя, Коля.

     - Тимоша! - закричал Николай. - Это ты?

     - Я, Коля.

     - Ты знаешь, что тебя пеленгуют?

     - Знаю.

     - Беги, спасайся!

     - Спасибо, в этом нет необходимости.  Я  хотел  попросить  тебя:  когда вернется мистер Кройф...

     - Тебе известно, что он уехал?

     - Да, я знаю, где он. Он скоро вернется, скорее всего утром.  Он  будет нуждаться в помощи. Я бы даже сказал - заботе, а еще точнее - опеке. Дело  в том, что ему предстоит пережить  потерю,  которую  он  воспримет  как  очень тяжелый удар. Пожалуй, самый тяжелый с тех пор, как он потерял сына.

     - У него был сын? Я не знал этого.

     - Да, художник и альпинист. Он погиб в Гималаях тринадцать  лет  назад. Его звали Тимоти Кройф.

     - Тимоти?

     - Да, Тимоти. Тим.

     Николай оглянулся. Полковник Коллинз застыл у двери.

     - Что ты собираешься делать? - спросил Николай тихо.

     - Я думал, вы поможете мне отговорить их - ты понимаешь, кого я имею  в виду, - от агрессивных  действий.  Они  бесполезны,  эти  действия.  Я  могу создать вокруг себя энергетический щит,  преодолеть  который  людям  не  под силу. Но я не вижу больше смысла в защите. Я потерял что-то очень важное для меня, когда Кройф...

     - Что Кройф?

     - Он усомнился в моей невиновности. Он не верит мне.

     Николай ответил не сразу.

     - Увы, Тимоша, все не так просто. Не  суди  Кройфа  строго.  Бен  знает