Оккультриелтор - Цзян Тай-Юй

протянул ему камень мертвых. Ши-чун посмотрел на него и сказал, чтобы я не волновался: он только что видел, как Паиньку отшвырнуло ударом, а это значит, что его точно не расплющило. И мы замолчали, думая о том, что случилось с Фэй Луном.

Толстый Чу отнес меня туда, где мы только что находились, положил, а потом обернулся и настороженно посмотрел в сторону Мертвеца Тала. Тот вертелся на некотором расстоянии от нас, его омерзительные руки болтались, свисая липкими языками. Едва выговаривая слова – столь нестерпимо болела спина, – я спросил:

– Толстый Чу, а где подмога?

Подмога? Хрен тебе, а не подмога!

Толстый Чу рассказал, что добежал до того места, где появился сигнал, стал звонить старику-свинорезу, но никто не ответил, и тогда он отправил ему сообщение.

Толстый Чу показал мне мобильник, и я, с трудом повернув голову, посмотрел. Телефон почти разрядился, осталось одно деление, сигнала не было, а на экране – всего два слова:

Деньги переведены.

Что за?..

Зачем Бу вообще связалась с этим свинорезом?

В последнем своем сообщении Толстый Чу сказал, что мы в беде, написал, как называется гора, а потом, не проверив, ушло ли оно, сразу побежал обратно.

Ши-чун притянул меня к себе, чтобы нас не заметил Мертвец Тала, рыскавший в поисках неизвестно чего, и прошептал:

– Куда запропастилась Бу?

В тот момент она оставалась нашей последней соломинкой. Ши-чун взял камень мертвых и положил его перед нами, на виду.

Толстый Чу мгновенно схватил его, чтобы спрятать у себя, но Ши-чун пнул приятеля и забрал камень:

– Здесь оставаться нельзя, но путь нам преградил Мертвец Тала. Хватит, брат Чу, дурью маяться. Похоже, этот камень мертвых – последняя деталь в замысле Бу, и нам нужно просто побыть в стороне. Вдруг громила ищет Паиньку, и это наш шанс выбраться отсюда?

Договорив, Ши-чун поинтересовался, могу ли я бежать. Умирая от боли, я поднялся. Поясница и живот точно огнем горели, и я не чувствовал собственных ног. Только что меня и швыряли, и топтали. В кино герои и вниз головой падают, и через стены летают – хоть бы что. А меня почти в лепешку размазали.

– Едва передвигаюсь, а куда идти? – спросил я.

Из этого угла дальше вдоль стены было не пройти – навалено всякой дряни. Ши-чун сделал знак, чтобы мы приготовились, взял свой рюкзак и изо всех сил швырнул вправо.

– Бежим!

Рюкзак грохнулся наземь. Мы даже не пытались узнать, как на это отреагировал Мертвец Тала. Я бросился вслед за Ши-чуном, но всего через пару шагов понял, что больше не могу идти. Тогда Ши-чун потащил меня за собой, и я кое-как, спотыкаясь, поплелся следом. Я толкнул его, чтобы он шел вперед, а я за ним. Ши-чун посмотрел на меня и вдруг улыбнулся:

– Ян Шу, ты мой лучший друг.

– Кончай шутить, лучше иди давай, обещаю не отставать.

– Только вперед – и выйдешь. Мы с Толстым Чу решили, что ты точно сможешь отсюда выйти.

Толстый Чу обернулся, обменялся взглядами с Ши-чуном. Тут я занервничал:

– В смысле «решили»?

Одним ловким движением Толстый Чу подхватил меня и взвалил на спину. У меня не было никаких сил сопротивляться.

– Давай, по плану!

Ши-чун рванул в сторону Мертвеца Тала.

Толстый Чу почти в тот же самый момент бросился в другую сторону. Я напрягся и заорал, чтобы он оставил меня. Но Толстый Чу не слушал, и у меня перед глазами возникла картина, как Фэй Лун заслоняет меня от Мертвеца Тала, а тот отшвыривает Паиньку, и все ради меня. И вот теперь Ши-чун ради меня побежал куда-то.

Зачем они так поступают?!

– Не двигайся! – приказал Толстый Чу.

Он опустил меня на землю и остановился. Мы так и не выбрались наружу, но теперь сидели на корточках за деревянным ящиком. Ши-чун вытащил пачку денег загробного банка – непонятно, когда он ее достал, – и поджег зажигалкой.

– Сжечь хочет? – спросил я.

– А что еще нам делать? Если этого гребаного дохляка не спалим, так хотя бы бытовку. Сожжем все к чертям! Если уж гореть, так всем, и посмотрим, кто кого боится.

– И это ваш план? – Я чуть не отключился.

– Ну и какого хрена ты геройствовал, не убежал? Или думаешь, мне хотелось сюда возвращаться? Там снаружи воздух обалденный, а еще меня красотки ждут, две бывшие жены, дочурка! И какого черта я тут с вами жизнью рискую?!

Ши-чун щелкнул зажигалкой, поджег деньги и бросил их в сторону, а потом достал еще две пачки, сложил вместе, поджег и запустил в Мертвеца Тала.

– Пора, уходим!

Я снова не сказать чтобы бежал, скорее ковылял, плетясь за спиной Толстого Чу. Краем глаза увидел, что Ши-чун приближается к нам. Вот только Мертвец Тала его нагонял, и, судя по скорости, Ши-чун не успевал добежать до нас.

Скорее же!

Скорее, Ши-чун, скорее!

Понимая, что над ним нависла опасность, он обернулся и бросил что-то назад.

Камень мертвых.

Удивительно, но, когда камень угодил в Мертвеца Тала, тот и правда остановился.

Ши-чун рванул быстрее, но прямо в шаге от меня затормозил, точь-в-точь как конькобежец.

– Ну давай же!

– Преклоняюсь пред изначально чистым сердцем владыки великого милосердия, хранящим несметные сокровища будд, в южных краях струятся облака благовоний, дождем осыпаются ароматные цветы, сверкают дожди самоцветами, клубятся драгоценные облака знамением благого, предвестием счастья, повсюду украшая мир…

Голос Бу Синь-тоу.

Толстый Чу оттащил нас подальше, пока ногами мы не уперлись в самую дальнюю кучу мусора.

Оттуда было видно, как Бу распустила волосы и двинулась к Мертвецу Тала. Сделав пару шагов, она вдруг отпрыгнула в сторону, освобождая кому-то путь.

Тьма, армия тьмы.

Толстый Чу с перепугу засучил ногами, пытаясь отодвинуться как можно дальше.

На то место, где только что была Бу, вышли солдаты армии тьмы, совсем не похожие на тех, которых я видел прежде. Раньше они были вроде как в масках и плащах, невероятно высокие, их руки резко раскачивались при каждом шаге, придавая им свирепый вид. Но те, что стояли передо мной… это были всего лишь тени, тоже высокие, но их облик оставался неясным.

– Это что еще за нечисть? – вырвалось у Толстого Чу.

Я быстро стукнул его по носу, лишь бы он заткнулся. Бу читала мантры, и эти почти прозрачные тени двигались в сторону Мертвеца Тала. Все объяла тишина, нарушаемая только шумным дыханием Толстого Чу. И все же в ушах отдавались читаемые Бу мантры.

Мертвец Тала замер, смахивающая на тени армия тьмы приближалась к нему, а Бу отходила потихоньку к нам, продолжая читать мантры, до тех пор пока солдаты армии тьмы не оказались прямо рядом с ним и не врезались в него – тут