Судьба, начертанная кровью - Даниэль Л. Дженсен

class="p1">Его ладонь толкнула меня в грудь. Я пролетела сквозь преграду, чары вырвали оружие у меня из руки, и я шлепнулась на задницу рядом со столпившимися годи. Бьорн пнул мой меч в сторону и заорал им:

– Держите ее!

– Идиот! – вопила я, пока меня хватали и волокли назад. – Дурак ты проклятый!

Если Бьорн и услышал, то не подал вида.

Стен и остальные уже перешли мост и, сомкнув щиты стеной с торчащими сквозь щели копьями, двинулись на Бьорна.

– Сдавайся, Огнерукий! – крикнул ярл. – Сдавайся, и мы оставим тебя в живых!

– А с чего бы, когда я побеждаю? – Бьорн попинал умирающего носком ботинка. – Это ты и твои люди должны сдаться. Убраться отсюда и сохранить жизнь, если не честь.

– Нет, пока дева щита жива, – прорычал Стен. – Без нее Снорри – ничто. Без нее грядущее, которое предвидела Сага, не сбудется.

– Изменить ее судьбу не в твоей власти, – рассмеялся Бьорн и метнул топор в один из щитов. Державший его воин, отшатнувшись, врезался в стоящих сзади, горящие щепки брызнули во все стороны.

– В атаку! – взревел Стен.

Строй ринулся вперед. Топор так и остался торчать из щита, почти объятого пламенем.

Бьорн нагнулся поднять мой меч, и враг попытался ткнуть его в лицо копьем. Бьорн лишь уклонился и вонзил меч в ту же щель. Клинок вошел мужчине в грудь, и тот вскрикнул.

Топор Бьорна снова возник в его руке, когда он увернулся от очередного копья. Бьорн зацепил щит женщины и рванул его на себя. Она запнулась и взмахнула топором, метя в голову, но Бьорн пригнулся и ударил ее в бок. Пылающий клинок прорезал кольчугу и торс, и женщина взвыла.

Брызнула кровь, Бьорн перешагнул тело и вклинился в брешь, которую умершая оставила в стене щитов. Он врубился во врагов, они падали, сраженные его ударами, но затем он отступил, и лицо его было заляпано алым.

– Держать строй! – заорал Стен, занимая место женщины, и щиты снова сомкнулись.

В глазах воинов Стена читался явный страх, но они стояли. Один метнул копье, и я ахнула, однако Бьорн отбил его в полете топором. Другие последовали примеру, и на Бьорна посыпались копья.

Я закричала, пытаясь вырваться из рук шести годи, которые не давали мне броситься на помощь Бьорну, когда он упал и ударился спиной в невидимую преграду святилища.

– Нет! – взвыла я, уверенная, что он смертельно ранен. Уверенная, что вот-вот его потеряю.

Но Бьорн не рухнул замертво, а подтянул к себе упавший щит.

Мгновение спустя двое врагов с криком повалились на землю, сраженные стрелами в спину.

Что это?!

Пригнувшись пониже, я выглянула из-за Бьорна, всмотрелась сквозь ноги сгрудившихся воинов. На дальнем конце моста виднелся отряд с луками в руках.

Во главе них стоял Снорри.

– Давай! – взревел он, и на Стена с его людьми обрушился град стрел.

И отступать им было некуда.

Некоторые попытались вбежать в ворота, но лишь отскочили от невидимой преграды и получили стрелы в спину. Другие, поняв, что выхода нет, в отчаянии бросились на Бьорна, чтобы использовать его как живой щит.

Первого Бьорн рубанул топором. Мужчина взвыл, хватаясь за обугленную рану, но остальные вцепились в щит и вырвали его из рук Бьорна. Снова посыпались стрелы, одна просвистела так близко у его плеча, что я ахнула, и разбилась о невидимую стену.

Ринувшись прочь от годи, я бросилась вперед, но кто-то поймал меня за ноги. Я свалилась на Бьорна и, понимая, что дальше не дотянусь, обвила его руками. Пламя топора опалило мой рукав, но я впилась ногтями в руку Бьорна, чтобы удержаться.

– Хлин! – прошипела я. – Защити меня!

Защити его.

Чары хлынули из моих ладоней, окутывая Бьорна серебристым сиянием, как раз когда враг занес над ним меч. Я вскрикнула, но Бьорн лишь спокойно поднял руку.

Клинок отскочил с такой силой, что пронесся над головой воина и улетел в пропасть. Вокруг нас падали стрелы, и пока я готовилась к неизбежной жгучей боли, если хоть одна попадет в цель, Бьорн даже не вздрогнул. Повсюду валились на землю враги, наполняя воздух воплями боли и предсмертными булькающими вздохами.

А потом воцарилась тишина.

Я втягивала воздух судорожными глотками. Я все так же впивалась ногтями в ладонь Бьорна, обнимая второй рукой его за пояс и вжимаясь лицом ему в бедро. Годи бросили попытки втянуть меня обратно. Там, где меня держали их пальцы, ноги горели – завтра кожа покроется синяками. Если я доживу до завтра.

– Все кончено, – тихо произнес Бьорн. – Они мертвы.

Я ему верила, но все равно не могла отпустить чары. Не могла ослабить защиту, когда кровь неистово бурлила в венах, подпитываясь злостью и страхом. Не могла отпустить Бьорна, когда чуть не потеряла его навсегда.

– Фрея, мой отец идет.

Его отец. Мой муж.

Снорри спас нас, но я почти предпочла бы столкнуться с еще одним кланом, жаждущим моей смерти, чем с ним.

– Фрея, – прорезал тишину глубокий голос Снорри. – Опусти щит.

Во мне вспыхнула горькая досада, но я повиновалась и сбросила чары, а потом отпустила руку Бьорна. На его коже остались пять багровых полумесяцев, один даже сочился кровью. По спине пробежала дрожь, но я села и встретилась со Снорри взглядом.

Рядом с ним стояла Ильва, позади толпились воины.

– Ты одолела драугов и прошла испытание. – Снорри широко улыбнулся. – Я знал, что так будет. У богов на тебя великие планы.

Не знаю почему, но его слова вызвали во мне волну гнева. Он рисковал моей жизнью и жизнью Бьорна, слепо уверовав в загадки, которые нашептал дух, а теперь делал вид, будто все шло по его тщательно продуманному плану.

– Постоянно это слышу. – Мой голос звучал хрипло, что было хорошо, не так явно проступал в тоне лед. – Вы, похоже, поднялись на гору невредимыми.

Снорри пожал плечами:

– Потребовалось немного хитрости, но боги вознаграждают хитроумных, и принесенные жертвы стоили того, чтобы мы добрались до тебя вовремя.

Я снова окинула взглядом воинов. Все на месте, никто не казался потрепанным.

– Какие жертвы?

Ярл и бровью не повел.

– Рабыни. Мы выдавали их за тебя. Сработало трижды, и те, кто поджидал нас в засаде, бросались преследовать белокурую женщину в доспехе, которая от нас якобы сбежала.

Мертвы. Все три рабыни мертвы.

Желудок сжался, и я резко отвернулась. Меня вырвало его скудным содержимым на землю, потому что «жертва» подразумевала, что у женщин был выбор. Подразумевала, что они избрали смерть добровольно, тогда как на деле Снорри наверняка попросту пригрозил им куда