Деньги не пахнут 10 - Константин Владимирович Ежов

тот миг сама ткань противостояния словно поменяла плотность — воздух стал вязким, пахнущим нагретым пластиком серверных стоек и сухим озоном, как перед грозой. Слова перестали работать, они рассыпались на поверхности дискуссий, как стеклянные осколки, и стало ясно: когда разговоры упираются в тупик, рано или поздно кто-то делает первый рывок, будто сжимает кулак и прорывает тонкую оболочку тишины. И этот момент настал.

Гул социальных сетей будто усилился — пальцы по клавиатуре отбивали нервный ритм, экраны вспыхивали сообщениями, а в воздухе висел терпкий запах кофе и напряжения. Старк ударил в ответ, почти насмешливо, но с металлической прохладой в словах:

— Да, LLM порой ошибаются. Но не рановато ли хоронить их только из-за этого, когда с момента релиза прошло едва ли сто дней? Особенно на фоне тех, кто много лет трудился ради победы… в настольной игре?

Но даже он понимал — одной иронией тут не отделаться. Его следующая реплика стала суше, резче, серьёзнее, словно голос перешёл на нижний регистр:

— Проблема галлюцинаций решаема. Больше данных, тщательнее фильтрация, крепче архитектура обучения — это вопрос масштаба и времени.

И вот настал миг действий. Слова вдруг обрели вес, как металлические пластины, и Старк сделал ход, который пахнул холодной сталью стратегического расчёта:

— И чтобы достичь этого масштаба, мы решились на смелый шаг. Мы выходим в партнёрство с… AWSS.

Война любит союзников. А уж лучший союзник на поле боя — тот, кто сам давно стоит напротив твоего врага. AWSS подходила идеально: гигант облачных вычислений, прямой соперник Gooble в инфраструктуре.

— Мы будем использовать глобальные GPU-мощности AWSS для обучения моделей в невиданном масштабе. Это резко снизит количество ошибок. Совместив это с мировой инфраструктурой AWSS, мы поднимем практичность LLM и зададим новый стандарт облачных AI-сервисов…

Запах расплавленного кремния будто витал в этих строках. Ход был не просто дерзким — он снимал главный камень с ноги Старака. Его слабым местом всегда была инфраструктура, тяжёлая, шумная, пахнущая пылью серверных залов и горячим металлом блоков питания. Теперь же, заключив союз, он не просто получил устойчивые вычислительные ресурсы — вместе с ними пришла широкая сеть корпоративных клиентов AWSS, огромная экосистема, гулкая, словно гигантский механический улей.

Это был удар стратегический — глубокий, выверенный. А ещё и психологический: союз с главным противником Gooble почти звенел злорадством.

Но на этом Старк не остановился. Заголовки новостных лент вспыхнули, как прожекторы:

— Старак заключает крупную сделку на поставку HBM следующего поколения с HyNixon.

В воздухе отрасли будто разнёсся запах раскалённого кремния и фабричных смазок: он подписал долгосрочный контракт на высокоскоростную память — не просто на текущие партии, а с правами на будущие линейки. Для новичка это звучало почти неправдоподобно. Такие соглашения обычно доставались тяжеловесам — Intil, Envid, Gooble. Но Старк сумел зайти в этот закрытый круг, опираясь на крепкие финансы и цепочки поставок, выстроенные ещё в прежних проектах вроде Teslan.

И всё же у сделки был побочный эффект — ощутимый, как удар по рельсу. Производство HBM всегда было малосерийным, сосредоточенным у нескольких поставщиков. Рынок, начиная с 2016 года, жил в состоянии хронической нехватки высокопроизводительной памяти, а этот упреждающий манёвр только усиливал разбалансировку. Когда крупный игрок скупает львиную долю поставок, результат очевиден: цены ползут вверх, нехватка расползается волнами по всей индустрии.

Заголовки стали тяжёлыми, тревожными:

— Sonia откладывает запуск консоли MSS… проблемы с поставками памяти неизбежны.

— Syscon и другие серверные производители вступают в ожесточённую борьбу за HBM.

В кулуарах инженеры говорили вполголоса, и в этих шёпотах был привкус горечи: одна единственная компания сместила дорожную карту целой отрасли.

И память — была ещё не предел. Главным ресурсом новой войны было другое — GPUs.

«Старак монополизирует GPU? Отрасль на взводе из-за всплеска спроса на вычислительную мощность».

«Гигантский заказ в первую же неделю после релиза… Старак делает первый выстрел в войне ИИ».

Складские помещения пустели, по серверным эхом отскакивали шаги логистических команд. И, конечно, Gooble не могла остаться в стороне — им тоже нужны были эти тяжёлые, холодные платы, пахнущие металлом и флюсом.

«Битва за вычислительные мощности накаляется… Gooble размещает предзаказы на десятки тысяч GPU».

«Gooble отстаёт в заказах по архитектуре Parser и лихорадочно укрепляет инфраструктуру».

Так началась полномасштабная ресурсная гонка — гулкая, как заводской цех на пределе мощности. И как раз в этот период пришло сообщение — сухое, официальное, но от него почему-то стало прохладнее в комнате:

«Совет директоров собирается в понедельник».

Уведомление от совета Envid мигало на экране. Даже сверился с календарём, чувствуя, как тихо потрескивает корпус ноутбука под ладонью.

«Рановато…», — проскользнула мысль.

Не прошло и трёх недель с того дня, как обозначил свои сроки.

Глава 12

За три долгие недели в зале совета директоров Envid воздух словно пропитался тревогой — тяжелой, густой, с нотками холодного металла кондиционеров и едва уловимым запахом бумаги старых отчётов. С тех самых пор, как Сергей Платонов спокойно, почти буднично предупредил об «усилении войны», члены совета жили в состоянии странного, липкого напряжения: каждый новый день приносил новости, напоминавшие гул далёкой грозы.

Сначала всё выглядело безобидно — на экранах вспыхивали заголовки в духе «LLM Старка… не начинает ли шататься экосистема Gooble?». Многие тогда лишь тихо переглянулись, кто-то хмыкнул, поправляя очки, кто-то постукивал ногтем по столешнице. В головах звучала одна и та же мысль: «Ну конечно… Сергей Платонов заранее знал». Это казалось всего лишь признаком хорошей осведомлённости — не более.

Потом на рынок уверенно шагнул AlphaGo от Gooble, и строки в новостях заполнились восторженными комментариями об «искусственном интеллекте, способном превзойти человека». Члены совета слушали, ощущая, как в помещении теплеет от работающих проекторов и как тихо шелестят костюмы при каждом повороте кресла. Они понимали — Gooble обязана ответить резко. Это была обычная рыночная возня, привычная, как глухое гудение серверных залов.

Но вскоре воздух изменился.

В новостных лентах замелькали сообщения, от которых пальцы сами сильнее сжимали папки: «Старк заключает партнёрство с AWSS — война за облачные ресурсы выходит на новый уровень». «Старк подписывает многомиллиардный контракт на HBM с Hynixen — над рынком памяти сгущаются тучи». В словах сквозили холодные искры смелости. Старк начал сотрудничать с конкурентами Gooble и за считаные дни сгрёб огромные объёмы памяти, будто запасаясь на зиму.

«Это как-то… чересчур энергично?» — кто-то тогда пробормотал, чувствуя сухость во рту и неприятную тяжесть в груди.

Но всё стало ешё страннее.