Деньги не пахнут 10 - Константин Владимирович Ежов

И в этом спокойствии, в этой избыточной уверенности было что-то настораживающее — словно он говорил не о том, что увидит, а о том, что сам способен заставить случиться.

В тот миг, когда в зале ещё слышалось тяжёлое дыхание кондиционера и слабый запах полированного дерева смешивался с ароматом бумаги и кофе, кто-то из членов совета вдруг вспомнил тихо брошенную фразу Сергея Платонова на прошлом заседании: «Увидимся через три недели». И память, как скрип дверной петли, отозвалась вопросом: а какими оказались эти три недели? Вспышки новостей, гул серверных стоек, горячий воздух от перегруженных дата-центров — стремительное наращивание напряжения между Старком и Губл, похожее на пожар, который кто-то умело подбрасывает сухими ветками.

«Неужели… он действительно мог всё это запустить?» — эта мысль прокатилась по залу, как холодная волна. И в тот же момент Сергей едва заметно приподнял уголки губ, словно почувствовал вкус намечающейся интриги, и заговорил негромко, мягко, но с тихой стальной уверенностью:

— Мой совет прост. Если вы станете ждать доказательств и отреагируете слишком поздно — ситуация только усугубится. Но если поверите мне и начнёте действовать сейчас — кризис может обернуться возможностью.

Слова его будто разошлись по залу сухим шорохом, оставляя после себя ясный смысл, ощутимый почти физически, как вибрация в кончиках пальцев: «Следуйте за мной — вы выживете. Отклонитесь — и вас сметёт».

И тут, словно отдалённое эхо, в сознании членов совета всплыло предупреждение, когда-то брошенное Пирсом. Его голос вспомнился так отчётливо, что казалось — он снова стоит рядом, а в воздухе пахнет сигарным дымом и кожей его старого портфеля:

— Сергей Платонов подобен природной стихии. Чем сильнее пытаешься его остановить — тем мощнее он раскручивает вихрь, выходящий за пределы вашего воображения.

И этот образ оказался пугающе точным. Его невозможно сдержать — проще уступить, позволить течению увлечь себя, подавить внутренний протест, принять риск… и, возможно, однажды получить награду, от которой захватит дух.

Тогда это казалось пустыми словами, странной метафорой. Теперь же смысл внезапно обрёл плоть и вес.

Председатель, чувствуя, как напряжение стягивает воздух, словно плотную ткань, мягко подвёл итог:

— Переходим к голосованию. Кто за то, чтобы сдвинуть график производства Bolt-on в рамки третьего квартала, прошу поднять руку.

По залу прошёл негромкий шелест костюмов и бумаг — рука за рукой поднялись ладони. Все — кроме Якоба Ёнга.

— Один против, одиннадцать — за. Решение принято.

* * *

«Что ж… один ключ у меня в кармане».

С этой мыслью вышел из зала неспешным шагом, чувствуя прохладный металл дверной ручки и слабый запах коридорного ковра, будто сама дорога впереди стала легче. Чтобы открыть хранилище Мило, мне нужны три ключа. GPU, GNN и Ignus.

Первый — самый податливый — уже поддавался. Как только Bolt-on сойдёт с конвейера, первые партии потекут к Старку, а оттуда естественным руслом попадут в Next AI. Одну преграду можно считать снятой. Но впереди оставались ещё две — резкие, как холодная сталь на коже: GNN и Ignus.

GNN для меня — как стетоскоп, который прикасается к сложной, спутанной ткани данных и улавливает скрытую пульсацию связей. Его структура нейронной сети создана для того, чтобы различать тончайшие нити отношений, словно пальцы врача, определяющие биение под кожей. Ignus же — аккуратный пинцет часовщика, инструмент тонкой сборки и настройки. Это среда разработки, позволяющая собирать и обучать модели глубокого обучения, превращая уловленные GNN намёки в живую систему.

Но беда была в том, что мир ещё не знал ни этих названий, ни людей за ними. Они не оставляли следов, словно ходили по мягкому снегу. Однако, чтобы добраться до замка, обязан был отыскать их — во что бы то ни стало.

Метод я выбрал простой, почти грубый — как удар кулаком по столу. Подтолкнуть Старка вперёд.

— Чтобы выиграть войну ресурсов, нужно сначала заполучить главный ресурс, — сказал, чувствуя жар слов на языке.

— Какой ресурс ты имеешь в виду?

— Кадры.

И предложил Старку идею, от которой воздух будто стал живее:

— А что если устроить AI-форум? Площадку, где специалисты смогут собраться, поговорить о будущем, вдохнуть общее пространство идей.

С текущей волной интереса и статусом компании отозвались бы все — от молодых инженеров до опытных учёных. И точно знал: среди них окажутся и те двое, кого именно ищу.

— Отличная мысль, — ответили мне, не раздумывая.

И события закружились. Подготовка шла стремительно: типография пахла свежей краской приглашений, бумага приятно шуршала под пальцами. Участникам писали: «Приглашаем всех, кто интересуется AI». Более того — Старк лично направил приглашения каждому сотруднику Губл.

Это было не просто приглашение. Это было прямое вызов-ухмыляющееся движение: «Я могу забрать у вас любого».

А на лицевой стороне приглашения жирно стояли слова:

«Мы зовём вас туда, где знаними об AI открыто делятся».

Фраза звучала, как тонкий укол — прозрачный намёк на недавнюю кампанию Губл, где они громко говорили о «дележке знаний». Это была провокация, от которой воздух будто приобретал привкус озона перед грозой.

«Ну характер…» — невольно подумал на это и усмехнулся.

Но меня интересовало вовсе не то. Потому что искал своих людей. Неизвестные таланты, тихие умы, которые ещё не осознают, что держат в руках ключ к замку Мило.

Совместно с Next AI мы выстраивали программу форума, слой за слоем, как архитектор поднимает здание. И я задумал две особые сессии — тихие ловушки для тех, кого мне нужно было найти.

Они и задумывались как приманка — тонкая, почти невесомая, но достаточно притягательная, чтобы тем, кто давно варился в этой теме, стало невозможно усидеть на месте.

Первая секция носила название «Graph Thinking: Beyond Sequences, Beyond Grids» — слова, распахнутые, как окна в прохладное утро. В воздухе аудитории стоял запах пластика от ноутбуков, тёплого кофе и свежей краски на стенах; сквозь вентиляцию тянуло холодком, и лёгкий гул проекторов отзывался в груди. Эта программа была брошенной сетью — на неё должны были клюнуть разработчики GNN, люди, мыслящие графами, словно слышащие, как внутри данных бегут токи связей.

Рядом по расписанию стояла другая сессия — «Dynamic Graph Utilization in Deep Learning Frameworks». Её тихий академический тон скрывал острые крючки, рассчитанные на тех, кто уже возился с прототипами Ignus, сжимая зубы над горячими клавиатурами по ночам. Она пахла усталостью лабораторий, перегретым металлом серверов, терпким