Око Индры - Рафаэль Миргалиевич Тимошев

– Решили, что этот Михалыч и есть убийца? Потому и взялись караулить его? – невесело усмехнулся Галев, переглянувшись с Майдановым.

– Я подумал, что если «Михалыч», как помощник, сопровождавший Хагерта во Францию… В общем, если он знал о дневнике, то, быть может, именно дневник стал причиной их смерти… Когда же майор Галев сообщил, что коллекция Данилина находится в офисе и, возможно в тайнике… Короче, в столовой я объявил, что часы вскроют сегодня…

– Какие часы? – спросил Майданов.

– Эти… – Зеленин мотнул было головой в сторону часов, но вдруг пронзившая боль не позволила это сделать. – Я был уверен, что тайник именно в часах и что именно в них – если он вообще существует – только и может находиться дневник.… А значит, скрывающийся в отеле «Михалыч» обязательно постарается опередить вас, если узнает, что часы будут вскрывать. Конечно, если они им уже не вскрыты…

– И все-таки, отчего вы так решили, с часами-то? – буркнул Галев.

Зеленин болезненно взглянул на майора.

– Когда мы вошли с вами в кабинет, стрелки часов были в ином положении, нежели в день нашей беседы с Хагертом… Это мог сделать убийца, и тогда именно часы могли быть причиной ссоры. А теперь, после случившегося со мной… Я уверен, что вскрыть их не успели!

Галев нахмурился.

– Вы настолько наблюдательны? Стрелки могли быть переведены и при осмотре места преступления, и самим Хагертом… И странно, что вы все перевели на часы. Я действительно хотел, чтобы в отеле знали о коллекции Данилина и тайнике Хагерта, но… – Майор, посмотрев на Майданова, помедлил. – Только по другой причине…

Он помолчал, словно соображая, стоит ли продолжать.

– Дело в том, Владимир Иванович, что когда вы сообщили о найденном телефоне, нам уже было известно, кто в отеле является «Михалычем»… Да, профессор, известно, и помогли в этом именно вы. Ваше упоминание о поездке Хагерта за границу натолкнуло на мысль пройтись по визам. И, знаете, неожиданно выяснилось, что одновременно с ним оформила документы и Михайлова Вера Ивановна! Наши коллеги навели о ней справки, и тогда-то и всплыла эта странная история «любви»… Выходило, что и о французском дневнике, о котором вы говорили, ей также известно. А тут выясняется, что Хагерт вместе с коллекцией Данилина присвоил себе и некий сейф с его родовой ценностью…

– Но… – попытался было возразить Зеленин, однако майор перебил, несколько повысив голос:

– …И тогда, как и вы, мы подумали – вероятнее всего, именно сейф и является подлинным мотивом преступления! Для чего-то ведь он Хагерту был нужен. Иначе не проще ли было забрать у Данилина только ценности? Тем более о сейфе мог знать и подозреваемый «помощник» Хагерта…

Михайлова при этих словах подняла голову.

– …Но вот какой сейф? К тому, что стоит у Хагерта в соседней комнате, убийца не притрагивался – факт. Значит, есть другой. Возможно, в другом месте… А что если где-то рядом, в отеле? Убийство-то произошло именно здесь. – Галев помедлил. – А тут еще в «Дельфине» подозрительно вышла из строя система видеонаблюдения, словно убийца, еще не добравшись до ценностей, готовился к новой попытке… Мы и решили – чем черт не шутит? Может, он сам и укажет на тайник? Тогда и возьмем с поличным…

Галев внимательно посмотрел на Зеленина.

– Признаться, потому и намекнул вам на коллекцию с тайником, чтобы о том знали в отеле. Правда, не предполагал, что вы, Владимир Иванович, проявите столь безрассудный героизм. Это нам едва не помешало, а вам могло стоить головы!

– Но часы, возможно, также из коллекции Данилина! Он их приобрел недавно! – не выдержав, воскликнул Зеленин.

Майданов посмотрел на Галева, затем на Зеленина.

– Откуда известно?

– Со слов Хагерта…

Майор покачал головой:

– А если соврал?.. Ну, да бог с ними, с часами! Ясно одно, сейф-тайник где-то здесь, в кабинете. Иначе, зачем было Вере Ивановне являться сюда в столь раннюю пору. А, Вера Ивановна, может, все-таки, поделитесь?

– Не имею никакого касательства! – впервые подала голос заведующая и брезгливо отвернулась.

– Что ж, тогда осветим эту «историю» подробней. А продолжение такое… Думаю, вы быстро освоились с новой жизнью «Михалыча» в отеле. И все было бы хорошо, если бы не Данилин Вячеслав Владимирович… Неожиданно старый учитель попросил Хагерта об одной услуге – помочь раздобыть дневник экспедиции столетней давности. Хагерта это явно заинтересовало – проснулось, так сказать, старое пристрастие… С помощью своего приятеля Фральцева он разыскивает владельца документа, отправляется в Ниццу – вместе с вами, знающей еще с парижского детства французский, встречается там с дальней родственницей некоего Володина и, передав – по совету Фральцева – от него привет, получает взамен всеми забытый дневник их общего предка. Я все правильно излагаю, Вера Ивановна?

– Понятия не имею! – буркнула сидящая перед ними женщина и протянула руку. – Дайте сигарету!

– Имеете, имеете… – покачал головой следователь, оставив просьбу без внимания.

– Но позвольте… – растерянно пробормотал Зеленин. – О Володине Фральцев узнал от Хагерта, после его встречи с француженкой. Точнее, тот передал эту новость Данилину, а уж Данилин – Фральцеву. Так они мне говорили сами – и Хагерт, и Михаил Михайлович…

– Это не так, Владимир Иванович, – покачал головой Галев. – Мы связались с Марианной Бош… Фральцев, видимо, и раньше знал об их родственных связях, поскольку бывал у нее… Так вот. Прочитав дневник, Хагерт, как я полагаю, догадывается, для чего Данилину понадобилась эта рукопись: в ней, вероятно, речь шла о некой «фамильной» ценности, судя по показаниям дочери профессора… Правда, пока мы не знаем о какой. Так или иначе, парочка приступает к делу…

И тут Галев смолк, искоса поглядывая на профессора.

– Владимир Иванович, ваши сведения о пропавшем Володине вывели на еще одно неприятное для вас обстоятельство… Как было установлено, Володин накануне своего исчезновения неожиданно стал встречаться с женщиной. Соседи по фотографии опознали ее – это была все та же Михайлова Вера Ивановна. И это не все! Позже нам сообщили, что нашли останки Володина, а на месте преступления обнаружили отпечатки пальцев, принадлежащие Янковскому…

Останки?! Янковский?!

Комната качнулась в глазах Владимира Ивановича – боже! мертв! И в том повинен и он, Зеленин!

Галев, по-своему расценив реакцию профессора, медленно кивнул:

– К сожалению, Владимир Иванович… Именно Вера Ивановна принялась «обрабатывать» Володина. Вероятно, узнав от родственницы, а может, из того же дневника, что и у русского наследника имеется нечто ценное. Обещает, судя по всему, хорошие деньги и добивается своего – Володин едет на сделку с Янковским. Доподлинно установлено, что на месте