Мир Хамулов. Том 1 - Алексей Анатольевич Рудаков

План, повторюсь, был хорош. Заслуженные штабисты, проработав его до мельчайших деталей, учтя все возможные варианты, упустили только один момент – характер капитана Свистка. Вернее будет сказать не так.

Зная капитана только по бумагам, где он представал высоко дисциплинированным отличником боевой подготовки, высоко сидящие офицеры, ни разу не сталкивавшиеся с ним вживую, просто не могли представить себе его истинное лицо.

Да, Саркал Рен, так звали капитана СБ–07, был первоклассным офицером.

Да, он содержал свой дирижабль в идеальном порядке, сумев добиться преданности всего экипажа, но…

Но скорость была его стихией и единственной любовью.

Тугой напор ветра, бьющего в лицо, лихие манёвры с опасным креном, наскок на противника, когда борта расходятся в считанных сантиметрах – в этом была его жизнь, и знай о подобном штабисты, Свисток никогда б не был отправлен на подобное задание.

Они, к сожалению, не знали.

Они даже не догадывались, что Саркал, едва ознакомившись с приказом, запустил бумаги в дальний угол каюты, не утруждая себя изучением тщательно прописанных процедур. Для него всё было ясно – где-то там, в районе Проклятого Архипелага, ждала Загадка, наконец-то достойная как его корабля, так и его самого.

Возможно, появись хоть кто-то из штабных на пирсе, от которого отваливал Свисток, то такой бы наблюдатель немедленно потребовал вернуть корабль назад, увидев лихой и совсем неуставной манёвр дирижабля, только чудом не приведший к аварии. Но увы – в тот день штабные предпочитали заниматься более важными делами, а что до местных, обслуживавших номерной пирс, то им подобные манёвры Свистка в диковинку не были и работяги, отпустив несколько нелицеприятных выражений в адрес СБ–07, вернулись к своим привычным обязанностям.

План Саркала был прост. Идти полным ходом к ближайшему хамулу Тропы, далее, не снижая скорости, приблизиться к Проклятому архипелагу и пролететь над ним. Подобного ни делал никто прежде – прямого запрета, конечно, не было, но архипелаг был, считался, тем местом куда лезть не стоит, представляя собой, в общественном мнении, нечто навроде зачумлённых хамулов, на которые, во время эпидемий, свозили умирать неизлечимо больных людей.

Саркалу же, на подобные предрассудки было плевать. Свисток – лучший, экипаж – отличный, так к чему древние страхи, рождённые на замшелых легендах? Пройти, нанести на карты до сих пор необследованные земли – вот он шанс запечатлеть своё имя в истории! Шанс, доступный смелому, свободному от заскорузлых страхов, сковывающих руки обществу! И без разницы, что накажут – потомки, благодарные отважному исследователю, оценят! Так к чему сомненья? Вперёд! Самым полным! Вперёд – к славе!

И Свисток нёсся вперёд.

Нёсся, перекрывая собственные рекорды скорости.

Нёсся так, что воздух, рассекаемый растяжками лееров, не свистел, оправдывая прозвище корабля, а плакал от боли, вспарываемый и разрываемый на части.

Зато Саркал, с трудом удерживавшийся на ногах, был счастлив. Это была его стихия, в которой он гнал корабль вперёд, гнал, выживая из турбин невозможное, не обращая внимание на жалобы механиков. Гнал до тех пор, пока пунктир хамулов Тропы не разросся до приличных размеров, а наблюдатель, спрятанный от ветра носовым иллюминатором, не подал сигнал об обнаружении дирижабля, неспешно двигавшегося над одним, ничем не примечательным, хамулом.

Не надо думать, что Сардак, получив сигнал, полез искать приказ, где детально, пошагово, были расписаны его действия в подобной ситуации. Нет, тот пакет так и остался валяться в углу каюты, а Свисток, заложив крутой вираж, рванул на встречу дирижаблю, не утруждая себя такими формальностями, как дымовые сигналы, или нечто подобное. Забыто было всё – даже художники, притащившие свои мольберты в рубку, как то предписывали выданные им на этот случай инструкции, были выгнаны взашей вахтенным, оказавшимся совершенно чуждым высоким материями мира прекрасного.

Прибежище им дал вперёдсмотрящий, маявшийся от безделья палубой выше. Его задача была исполнена и матрос, уже получивший личную благодарность капитана, сейчас был полон благодушия, что и позволило художникам, всё ещё пребывавшим в шоке от посещения рубки, наконец-то заняться работой.

Поначалу рисовать было нечего – точка другого корабля, зависшая над лепёшкой хамула росла медленно, но уже спустя минут пять, когда она превратилась в короткую чёрточку, художник, прежде прилипший к оптической трубе, резко отскочил от неё к мольберту, принявшись быстрыми взмахами карандаша переносить на бумагу увиденное. Довести рисунок до конца ему не удалось – матрос, прежде наблюдавший за ним, и не скрывавший своего превосходства над гражданскими, охнув метнулся к трубе, оттолкнув ещё одного мастера, а затем, сорвав с мольберта незаконченный набросок, скатился по трапу, спеша представить капитану подтверждение увиденного.

И глаз, и рука не подвели мастера – набросок изображал странную конструкцию из двух дирижаблей, соединённых между собой короткой перемычкой.

Рубка «Красного Солнца»

– Пеленг тридцать! Не меняется!

– Возвышение плюс семнадцать! Снижение градус в минуту!

– Вектор движения на нас!

– Цель опознана! Класс СБ!

Доклады, сыпавшиеся от вахтенных, меня радовали. Не буду скрывать – я ожидал какого-то разнобоя, анархии, если хотите, всё же это был пират. А как я ещё мог считать после того нападения на деревню? Но всё происходящее уверяло меня в обратном – передо мной был слаженный военный механизм, все шестерёнки которого были смазаны, находились на своих местах и общим дружным вращением приводили в ход боевую машину, полностью подчинённую воле своего капитана.

– СБ? – Возглас Сержа привлёк моё внимание: – Это интересно. Что тут забыл Перенец?

Вопрос, не адресованный кому-то из команды конкретно, повис в воздухе, отчего я решил привлечь к себе внимание.

– А что такого? – Встав с диванчика пожимаю плечами:

– Перен и Т'чан союзники. Почему бы и…

– Вы только что подтвердили, – повернувшись ко мне, расплылся в улыбке Серж:

– Что вы не наш. Тропа Крови – сакральная территория Т'чан и никто, понимаете, – покачал он поднятым вверх пальцем:

– Никто, кроме Священной Стражи, не имеет права и близко подлетать к этим хамулам. Исключение сделано только для терпящих бедствие. Понимаете?

– Не знал, – развожу руками.

– Я уже понял, – отмахивается он, собираясь продолжить, но новый доклад заставляет его поморщиться.

– Цель! Смена курса!

– Вектор движения… Вектор… – Офицер, ответственный за этот участок, что-то лихорадочно чертит на листе бумаги, быстро и беззвучно шевеля губами.

– Есть! Вектор движения на ноль!

Ага… Это мне понятно – курс нашего гостя пересечётся с нашим под прямым углом, и именно это сейчас докладывает офицер, закончив свои тригонометрические упражнения.

– Хочет с носа зайти? Хм, смело, – Серж, поблагодарив вахтенного кивком, поднимает руку:

– Внимание пилотам! Взлёт проводим