Тень - Мо Ленкор

— Она такой силы, что ещё ни одна душа не смогла перенести эту боль и остаться в Иривуре. В этом случае хранитель всегда перерождается и вновь становится человеком.

— То есть если умрёт подопечный, умрёт и хранитель? — уточняет Доблестный.

— Душа хранителя не может умереть, но, чтобы вновь попасть в Иривур, ей придётся пройти весь путь от рождения до смерти.

С другого конца стола доносятся шепотки и охи Воодушевлённой. Мне этот вариант не кажется таким уж страшным, и в моём мозгу пролетает около десяти способов гибели человека в собственной постели. А к концу нашего собрания я с лёгкостью назову все пятьдесят.

— А если у хранителя несколько подопечных, какая участь постигнет остальных? — Воздушный ждёт ответа с приоткрытым ртом.

— Камни с их душами поглотит Обитель, и они вернутся в Реку времени.

Прошлый хранитель моего человека что, отправился на Вур?

Скорее всего, другим хранителям везло, и никто из них до меня не вытянул камень с этим экспертом по ничегонеделанию.

— Так вот зачем нужен закон про родственные души! — У Воздушного такие глаза, словно ему сейчас открылся смысл жизни. — Если подопечный умрёт неестественной смертью, хранитель вернётся на Вур, и души не встретятся ни в одном из миров до следующего воплощения!

— Правильно, Воздушный, а теперь всё. Идите работать.

Я жду, пока ребята выйдут из кабинета. Рори переводит на меня взгляд и приподнимает бровь:

— Кажется, совсем недавно я ответил на все твои вопросы.

Далеко не на все, но я осталась не поэтому.

— Я не про закон, мне нужен совет. Мой подопечный он… — Как помягче сказать, что мне достался чемпион по валянию на кровати? — Не очень подвижный.

— И? — Рори постукивает пальцами по столу.

— Что можно сделать, чтобы его хоть немного расшевелить?

— А что ты пробовала?

— Да проблема в том, что он вообще никуда не выходит. Пробовала посылать знаки, но он на них даже не смотрит. — Я даже пыталась тенями на потолке изобразить дорогу, а на стене — дверь, но без толку. Он лишь переводил взгляд в другую сторону или вообще закрывал глаза.

— Попробуй заказать ему кошмар, иногда это помогает.

— Что заказать? — уточняю я, на случай если у меня слуховые галлюцинации.

— Кошмар, — Рори устало проводит рукой по лицу. — Спустись в Канцелярию. Второй этаж.

Только не очередная лестница!

— Лифт по коридору направо. — Рори будто читает мои мысли.

— Лифт? Серьёзно?

То есть всё это время тут был лифт?!

— К Реке времени на нём не спуститься, так что выдыхай и дай уже поработать. — Рори провожает меня до выхода и закрывает дверь. Снаружи на ней нет ручки, поэтому без приглашения внутрь не войти.

Я жду, что лифт окажется обычной металлической коробкой, но вместо этого захожу в прозрачную капсулу. Полностью прозрачную. Пока она спускается до второго этажа, у меня подгибаются колени, и это не от скорости. Сквозь прозрачный пол темнеет Река времени, и кажется, что я лечу прямо в неё. Поднимаю взгляд и прислоняюсь лбом к стеклу. Впереди ошеломляющий вид на Розовое озеро. На его берегу разноцветные домики зажаты между тёмным лесом и нависающим поодаль готическим замком — Мрачным домом, — от этого контраста пейзаж ещё более запоминающийся. Я впитываю в себя каждый оттенок.

Лифт зависает будто над самой водой, хотя можно спуститься ещё на этаж ниже. Двери открываются, и я уже хочу нажать любую кнопку и прокатиться ещё раз. Или не раз. Но в коридоре нетерпеливо цокают, и мне приходится отлепиться от стекла и пройти на выход.

На этом этаже не менее шумно, чем в Рабочем зале хранителей, но кажется, что время течёт более размеренно. Весь периметр зала окольцовывает зеркальная перегородка с небольшими окошками, к которым то и дело подходят души. В нескольких я сразу узнаю хранителей. В центре зала расставлены мягкие тёмно-зелёные диваны, их едва видно из-за количества ожидающих, а прямо передо мной с дружелюбным лицом за стойкой стоит темноволосая девушка с чёлкой. Её жакет словно сшили из того, что осталось после обивки диванов.

— Добро пожаловать в Канцелярию! — улыбается она. — Вы по какому вопросу?

— Здравствуйте, мне нужно заказать кошмар, — отвечаю я не менее дружелюбно.

— О, конечно-конечно! — Тут из-под стойки показывается ещё одна пара рук, и девушка всеми своими конечностями что-то нажимает на панели перед собой.

Я чувствую, как моё приветливое выражение съезжает с лица, оставляя после себя кривоватую нелепую улыбку, которую я изо всех сил пытаюсь удержать.

Всё в порядке! Это всего лишь руки!

— Номер один один пять девять пять четыре семь шесть восемь, — произносит девушка после звукового сигнала.

Не дождавшись внятного ответа, она добавляет:

— Ваш номер. — Она показывает куда-то мне за спину.

Я оборачиваюсь и вижу над входом в зал странные картинки, рядом с каждой из них периодически меняются цифры. Кручу головой и замечаю над отверстиями в зеркальной панели, к которым подходят души с диванчиков, такие же изображения. Похоже, тут очередь.

Я благодарю девушку, стараясь смотреть куда угодно, кроме её рук. Нахожу свободное место на диванчике и жду. Я не успеваю толком устроиться, как мой номер появляется рядом с изображением осьминога. Нахожу нужное окно, в нём меня ждёт женщина с полным лицом и собранными в хвост волосами.

А потом я вижу в стеклянной перегородке своё отражение. Так вот за что Прямой наградил меня этим приставучим прозвищем. Тот, кто раздавал обитателям Иривура веснушки, видимо, решил не тратить время и высыпал весь запас на моё лицо.

А мои глаза такие необычные… словно они сами не определились, какого цвета хотят быть, и решили впитать в себя сразу все. Жаль, стекло не точно передаёт оттенки.

Но как же мне нравится…

— Долго будешь любоваться? — доносится из окна скрипучий неприятный голос.

Когда женщина взмахивает руками, демонстрируя, как сильно я успела ей надоесть за последние несколько секунд, я вспоминаю, что видела её в Зале измерения.

— Здрасьте, — пытаюсь немного смягчить ситуацию я.

— Чего тебе? — от каждого нового звука всё больше хочется убавить громкость или вообще закрыть руками уши.

— Нужно заказать кошмар для моего подопечного, — перехожу к делу я, чтобы как можно быстрее уйти отсюда.

— Руку, — командует она. — И где вас таких понабрали?! Хранители они, ой какие важные…

— Что руку? — пытаюсь остановить это брюзжание я.

— Свою руку давай, — снисходительно смотрит она, — с браслетом!

До меня наконец доходит, и я просовываю в окошко руку. Истеричная сотрудница Канцелярии подносит к моему запястью какой-то