Жизнь на Севере - Тао Вонг

— Ладно, заставлять не будем. Но может, с друзьями посоветуешься? — продолжал Ричард, и я мысленно вздохнул. Это был не первый сопротивленец, с которым мы столкнулись. Многие были слишком недоверчивы, слишком боялись, чтобы идти с нами. Заставлять их мы не могли, хотя временами, может, и надо было.

— Нет тут больше никого. И вы проваливайте! Шуму от вас много, — неприветливо отозвался тот.

— Джон, он не один. С ним две женщины и двое детей. Лучше бы тебе вмешаться, — отчитался мне по внутренней связи Али, и я нахмурился под шлемом.

Я шагнул вперёд, подняв руки с открытыми ладонями.

— Хорошо, мы поняли. Но у нас тут, понимаешь, лишняя еда пропадает. Разреши, я тебе переброшу, и мы пойдём? Тут готовые пайки, тебе пригодятся, и даже шоколадка есть.

Я заметил, как Микито при этом оцепенела, пригнувшись ещё ниже. Взгляд её стал острым как бритва. Ричард молча смотрел, как я иду вперёд, шаг за шагом, пока не бахнуло ружьё. Рядом со мной осколками брызнул камень.

— Сказал, стоять! — голос сорвался на визг, в нём сквозила паника.

— Да, прости-прости. Я просто хочу облегчить тебе жизнь, — я нагнулся, достав из Инвентаря несколько готовых пайков и выкладывая их на землю. — Сейчас, только шоколадку достану… — пообещал я и, заметив, что он слегка расслабился, сделал рывок.

До прихода Системы я ненавидел бег. Никогда толком не умел бегать, да и колено начинало болеть, стоило пробежаться по асфальту. Я был слишком низким, слишком медленным и слишком неподготовленным для того, чтобы добиться каких-то реальных результатов. Но уж теперь-то я двигаться научился. Он и глазом моргнуть не успел, как я пролетел разделявшие нас тридцать метров. Он рефлекторно нажал на спуск, разумеется, ни в кого не попав. А больше времени у него не было — потому что одной рукой я за ствол вырвал у него ружьё, а другой схватил за ворот и поднял в воздух, оттаскивая от замаскированного входа. Я поднял его повыше, он захрипел и попытался лягнуть. Вместо того чтобы блокировать удар, я попросту вжал его в скалу, призывая меч в одну руку, а другой прижимая его за шею к камню.

— Микито, Ричард, он не один. Проверьте пещеру, — выкрикнул я, уставившись своему пленнику в глаза. Он потянулся за ножом на поясе, я попросту отмёл его руку в сторону. — Прекрати уже.

Оглядел пленника и окрестности, а заодно вслушался в звуки, доносившиеся из пещеры. Через минуту Ричард принялся ругаться, и вдруг связь с ним прервалась. Я моргнул и нахмурился. Али подлетел поближе.

— Что там происходит? — спросил я Духа.

— Да этот гоблинского говна кусок решил поиграть в царя горы, только местное население отчего-то выступило против, так что пришлось ему, так сказать, воцариться силой, — Али сплюнул, рассматривая пленника. Тот в свою очередь наблюдал, как я беседую с невидимым собеседником, и глаза у него становились всё шире.

— Детали мне обязательно знать? — тихо поинтересовался я, заранее ощущая, как сжимается желудок.

— Нет, — ответил Дух. Я кивнул, снова оглядывая свою жертву и соображая, прикончить его прямо сейчас, или разобраться с этим после…

Подошла Микито. Взглянула на меня, а потом, не говоря ни слова, одним движением полоснула его нагинатой. Остриё мелькнуло прямо над моей рукой, отсёкши нижнюю часть челюсти. Я рефлекторно дёрнулся, отшвырнул безжизненное тело и гневно воззрился на девушку, пытаясь стряхнуть брызги крови. Впрочем, она этого не заметила, ибо уже повернулась и пошла прочь.

— Гадство… — проворчал я, раздумывая, лезть ли в пещеру, или всё-таки нет, но в этот момент оттуда выбрался Ричард и отрицательно покачал головой. Верно. Не наше это место, по крайней мере пока. Поглядев на всё ещё подёргивающееся тело и искренне захотел, чтобы он сейчас был жив. А впрочем, нет. Так лучше. Глубоко вздохнув, я пошёл прочь от входа в пещеру, продолжая пристально поглядывать по сторонам. Чёрт возьми! Конец света уже наступил, а люди пытаются играть в Повелителя мух.

У Микито ушло несколько часов на то, чтобы вывести оставшихся выживших из пещеры, и ещё несколько часов мы потратили на возвращение к грузовику. То и дело появлялись хищники, привлечённые запахом крови, и Ричарду приходилось отправлять нас с собаками в разведку, чтобы исключить неожиданности на обратном пути. Микито держалась рядом с женщинами, помогая при необходимости. Ричард караулил, не отходя далеко.

Несколько часов ушло на дорогу до Уайтхорса — на протяжении всего пути никто из детей не проронил ни слова. Когда я предложил им по шоколадке, они отвернулись. В глазах у них было такое выражение… какого не должно было там оказаться никогда. Я кривился, чувствуя, как кипит во мне поднявшаяся злоба.

Вернувшись в город, мы сплавили выживших Совету. Ричард объяснял ситуацию, Микито держалась рядом со спасёнными женщинами, которые явно были не готовы пока её отпустить. А я смотрел на всё это, сидя на мотоцикле, и чувствовал себя совершенно бесполезным.

Спасение выживших должно было стать добрым делом, настоящей победой. Но я не чувствовал себя победителем…

— Вы моя группа? — я окинул взглядом небольшую компанию ребят с близкими к боевым классами, которые должны были сегодня работать со мной в команде. Я присмотрелся к каждому: к низкорослому филиппинцу, к паре качков, в прежней жизни не вылезавших из тренажёрки, но, несмотря на внушительный вид, не прокачавшихся до второго уровня, и на единственную в группе даму — коротко стриженную блондинку в футболке с котом. Они все закивали, и я принялся осматривать оружие в их руках. Были тут и одолженные ружья, и честно награбленные биты, и топоры.

— Ну ладно. Обращаюсь к тем, у кого ружья. Все знают, как стрелять? — для уверенности я всё-таки дождался согласных кивков от качков и девушки. Филиппинец же покачал головой, и я скривился. — Ты, — я указал на него, — убери палец с курка. Ружьё не поднимать, пока не будет возможности выстрелить наверняка. В твоём случае это значит вообще ружьё не поднимать. — Потом я повернулся к девчонке, снял с плеча собственное ружьё и протянул ей, — Стреляет без отдачи. Но после битвы вернёшь.

Она благодарно кивнула, однако я заметил, что один из парней подхватился на ноги, и открыл было рот, чтобы что-то сказать… но не сказал. Вот и славно.

— Правила просты. Я иду впереди, вы, ребята,