Земля: Выживание. Том V - Михаил Ран

Поляков громко расхохотался, и его люди поддержали этот гогот короткими смешками.

— Маркову? Да он по любому спит и видит, как бы приструнить таких, как ты и твой братец Артем. Но знаешь что… У меня есть предложение гораздо лучше. Зачем нам эти формальности? Мы ведь с тобой давно знакомы и столько вместе пережили.

Он понизил голос, и в его тоне появилось нечто грязное, что Алису рефлекторно передернуло от отвращения и накатывающих вместе с ним мыслей.

— Ты ведь у нас девочка умная. Твой братец вечно шляется черт знает где, а ты здесь с матерью совсем одни… беззащитные. Будь со мной ласковой, Алиса, и я забуду про этого пацана, про все наши недомолвки. Да и вообще. — развел он руки в стороны. — Обещаю, вы ни в чем не будете нуждаться. А лично ты будешь жить как королева, даже здесь. У меня есть доступ к таким вещам, которые тебе и не снились… Сладости, чистое белье, настоящее вино…

Он снова потянулся к ней, на этот раз более уверенно, пытаясь схватить за предплечье.

— Пошел… вон… — Алиса не кричала. Наоборот, её голос был неожиданно тихим, вибрирующим от сдерживаемой силы.

В ту же секунду, когда его пальцы нелепым образом все ж таки сомкнулись на её руке, девушка сработала на одних рефлексах. Как не крути, но в последние дни она много времени проводила на тренировочной площадке вместе с группой её старшего брата. А сколько она уже успела тренировочных боев провести с Аней и Вербой — проблемно сосчитать.

Помимо того, она задумалась о том, что за то время, сколько они не виделись с Сашей, он каким-то образом смог стать по-настоящему чудовищем, как его иногда за глаза называли военные.

Алиса перехватила запястье Полякова. Движение было таким быстрым, что лейтенант не успел моргнуть своими маленькими глазенками. Используя инерцию и вес оппонента, она резко выкрутила его руку вниз и за спину, одновременно с этим делая шаг в сторону и блокируя его корпус собственным коленом.

Раздался сочный хруст выкрученных и треснувших костей, следом за чем разразился вопль боли. Поляков, согнувшись в три погибели, уткнулся лицом в грязную стену туннеля.

Обычный человек едва ли мог стать для девушки противником. После того как брат провел над ними процесс «Инициации», как он его называл, первые дни ей вообще приходилось учиться контролировать возросшую физическую силу.

— Ты… ты что творишь, сука⁈ — взвыл он, пытаясь вырваться, но Алиса лишь сильнее надавила на сустав, заставляя его визжать еще громче.

— Я предупреждала тебя. — процедила она сквозь зубы. — Никогда. Не смей. Меня. Касаться.

Подручные Полякова на мгновение оцепенели от такой наглости. Никто не ожидал, что простая соплячка сможет с такой легкостью уложить кадрового офицера. Но это оцепенение длилось недолго.

Щелчки затворов прозвучали в окружающей тишине туннеля, как оглашение приговора.

Два автомата были наставлены прямо на Алису. Стволы смотрели ей в грудь и в лицо. Солдаты, ранее подчинявшиеся Егорову, а сейчас общему командованию — явно не шутили. В их глазах не было ни капли сомнения, только тупая готовность выполнить любой приказ, даже самый преступный.

— А ну, отпусти командира, дрянь! — рявкнул один из них, прикладываясь к прикладу. — Отпусти, или я превращу твою смазливую мордашку в дуршлаг!

Алиса замерла, не выпуская руку стонущего Полякова. Она чувствовала, как адреналин пульсирует в висках, а энергия внутри неё протестующе вибрирует, откликаясь на её гнев и страх. Воздух, вдыхаемый ей, словно становился гуще.

Поляков, прижатый к стене, злобно оскалился, несмотря на всю боль, которая сковывала внутри его органы и тело.

— Ну что, смелая? Да? — прохрипел он в грязный бетон. — Теперь ты видишь, как решаются вопросы на самом деле? — подернув окровавленной щекой, молодой парень добавил. — Ребят, если она дернется — стреляйте. А потом мы уже разберемся и решим кто тут на самом деле главный.

Алиса стояла под прицелом, пока её взгляд метался между солдатами. Она понимала, что одно резкое движение, и эти идиоты действительно выстрелят. Ладно бы задели только её, но тут ещё полно гражданских, попрятавшихся сразу, как началась словесная перепалка.

Глава 21

Туннель замер в звенящем, и почти физически осязаемом напряжении. Это было результатом короткой стычки четверки силуэтов, пляшущих тенями на изгибах стен. Большинство же из тех, кто наблюдал за противостоянием, хоть и попрятались, но все равно опасливо продолжали выглядывать из собственных укрытий.

В то же время, тяжелый и спертый воздух, искрами разлетающийся от людей, то и дело становился все более и более громоздким, наэлектризованным, вибрируя в такт бешеному ритму сердца Алисы. Девушка чувствовала, как под поверхностью кожи, где-то гораздо глубже тугих канатов мышц, перекатывается дикая и невероятно плотная сила.

Вот только у неё до сих пор не получалось правильно ей пользоваться, и это несмотря на обилие тренировок с братом. Но с другой стороны, у кого вообще хватит навыков использовать хвост, который только-только отрос? Правильно, ни у кого. Но даже тот уровень, на который она была способна, давал ей определенную степень уверенности в собственных силах.

Она больше не была той испуганной девчонкой, что пряталась за спинами мужчин из семьи Вишневских. Можно сказать, что в придачу к венам, по которым текла кровь, у неё ещё сформировались каналы, целиком наполненные пси, прирученной и жаждущей действий.

— Отпусти командира, мразь! — снова выкрикнул один из солдат. Можно было заметить, как его указательный палец начал белеть над спусковым крючком автомата, а глубина глаз отражала тусклый свет ламп, делая его лицо похожим на восковую маску.

Алиса не стала ничего отвечать на этот выкрик.

Во-первых, она не знала что вообще можно сказать. А во-вторых, что-то ей подсказывало, что сдайся она сейчас, и гарантированно потеряет нечто важное для себя. Поэтому девушка глубоко вдохнула, набирая полную грудь воздуха, и прикрыла глаза на какую-то долю секунды, от чего мир вокруг как будто перевернулся, полностью преобразовываясь.

Это было похоже на то, как если бы кто-то сорвал с реальности тусклую и шершавую вуаль. Следом за чем её зрение перестало фиксировать обычные, привычные восприятию образы. Теперь она с уверенностью могла сказать, что «чувствует» окружающий мир.

В пространстве, пронзая пыльный полумрак, проросли тонкие, светящиеся серебром нити. Она не понимала, что отражают эти линии, но было ясно как день — они манили и притягивали девушку