Злодейка и князь, который ее убил - Юлия Андреевна Архарова

– Может, тогда доверить мою охрану кому-то другому? – спросила я.

– Нет! – одновременно ответили регент и кузен.

А потом Шэнь Лун добавил:

– Лань Вэй – моя правая рука, лишь ему я могу поручить такое важное дело. А кроме того, сейчас уже все согласовано и нельзя ничего изменить.

– А что будет… если заподозрят, что я неверна императору?.. – сглотнула я. – Свадьбу отменят?

Не то чтобы я собиралась изменять Ли Фэну с Лань Вэем, мне даже от мыслей, что кузен снова может прикоснуться ко мне, становилось дурно, но…

Между бровей регента пролегла складка, он поджал губы, а потом снисходительно, будто вынужден объяснять прописные истины неразумному ребенку, произнес:

– Лин-эр, неужели ты забыла, что измена императору – это государственное преступление, и оно карается смертью. Если тебя, дочь моя, действительно уличат в неверности, то в лучшем случае в качестве великой милости преподнесут чашу с ядом, а в худшем – казнь может быть публичной. И, разумеется, тяжесть твоего преступления падет на весь род.

Значит, и любовника должны казнить, притом наверняка самым изощренным и мучительным способом.

Кто в здравом уме, осознавая последствия, подойдет к невесте императора, не говоря уже об императрице? Разве что кузен, которому статус родственника и доверенного лица регента даровал некоторую свободу. Лань Вэй сильно рисковал, но, видимо, надеялся, что в будущем станет отцом наследника престола и фаворитом вдовствующей императрицы.

Как же я была наивна, когда думала, что если на моей репутации появится пятно, то свадьбы удастся избежать… Когда несколько дней назад Ян Нин спас меня, а после воины регента попытались его убить, я посчитала это дикостью и чудовищной неблагодарностью. Но теперь я понимала, что так они защищали меня. Понимала, почему Ян Нин никому не обмолвился об инциденте – он был не готов справиться с политическими последствиями. Понимала, почему, узнав о моих особых отношениях с Лань Вэем, он возжаждал меня убить.

– О времена, о нравы… – пробормотала я.

– Что ты там шепчешь? – нахмурился регент.

– Ничего, отец, – заставила себя улыбнуться я, – размышляю о грядущих днях.

– Это хорошо, – кивнул он, а затем вдруг посмотрел за мое плечо и сказал: – Минхао, с завтрашнего дня ты уходишь в уединение, чтобы подготовиться к церемонии совершеннолетия.

Услышав имя брата, я вздрогнула. Признаться, я и забыла, что он тоже находился в кабинете. Минхао никакого участия в разговоре не принимал и все это время тихо стоял в углу. Он заслуженно стал лучшим на поэтическом вечере, но успеха сына и наследника регент будто не заметил.

– Да, отец, – отозвался брат.

– Ладно, дети, уже поздно, идите отдыхать… Племянник, а ты останься.

Первым, быстрым шагом, словно хотел сбежать, к выходу направился Минхао. Я направилась за ним, но потом обернулась и задала вопрос, который весь вечер крутился на языке:

– Отец, Волчью маску правда поймали?

– А ты как думаешь? – Регент посмотрел на Лань Вэя.

– Я еще не видел тела, – осторожно отозвался кузен. – Но что-то в этой истории не сходится…

– Вот и мне кажутся некоторые детали подозрительными, – склонил голову регент. – Правда ли Волчьей маской покончено или нет, скоро узнаем. Но если министр наказаний посмел меня обмануть, то я не посмотрю на старые заслуги – он потеряет не только должность, но и голову. – Шэнь Лун криво улыбнулся, а его взгляд был красноречивее любых слов.

* * *

Заснуть не получалось – слишком много мыслей роилось в голове.

Мертв Волчья маска или скрывается где-то в темноте? Как мне отменить свадьбу, избежать навязчивого внимания кузена и не навлечь на себя гнев регента?..

Если уличенной в неверности невесте грозила смерть, то страшно представить, чтобы ждало бы императрицу. Может ли быть так, что в будущем весь клан Шэнь казнили, потому что император узнал об измене Тяньлин?..

Мне было жарко. Душно. Тошно. Да что там, я банально задыхалась… и скидывала с себя одеяло, чтобы через мгновение закутаться в него с головой, потому что начинала дрожать от ледяного озноба.

Ночной разговор в кабинете оказался наглядным уроком для меня и Минхао, а еще демонстрацией власти регента – он специально отчитал и наказал Лань Вэя у нас на глазах. Сказанное сегодня прояснило картину мира, позволило на многое взглянуть иначе… и сильнее осознать ужас своего положения.

Каждый раз, когда я закрывала глаза, передо мной всплывало изображение бледной испуганной Суань – и я вздрагивала, подскакивала на постели. Думать о том, что сейчас регент и Лань Вэй хладнокровно планировали убийство, было невыносимо. Всего несколько часов назад эта девушка неловко интриговала, мило улыбалась и смущенно краснела под взглядом императора, но уже в ближайшие дни ее жизнь должна оборваться…

Или же я видела Ян Нина. Его мрачное скульптурно-красивое лицо, глаза, в которых плескались ненависть и презрение. А потом эта напряженная маска вдруг расползалась в гротескной, почти безумной усмешке, чтобы мгновение спустя снова взглянуть на меня с холодной ненавистью. И я не могла понять, какое из этих лиц было настоящим…

Глава 22

Мерно покачивался экипаж. Я сидела, прислонившись к шелковым подушкам, и чувствовала себя фарфоровой куклой в коробке. А ведь это еще не свадебный паланкин, а всего лишь паломничество…

Несколько часов дороги утомили. За все время была лишь одна короткая, чисто бытовая остановка на постоялом дворе. Даже ноги толком размять не получилось, а потом мы снова двинулись в путь.

Рядом со мной на подушках лежали несколько свитков. Я думала, что в дороге удастся почитать, но при тусклом, периодически мерцающем свете фонаря это оказалось сделать невозможно. Я даже нормально поговорить с Даи не могла, ибо не знала, кто может нас услышать. По бокам от экипажа следовали пешие стражники и слуги. И оставалось только гадать, все ли они в действительности мне верны…

Шторы на всем протяжении пути были плотно задернуты, так что я оказалась лишена и естественного источника освещения, и возможности любоваться окрестностями.

Лань Вэй перед отбытием из поместья тщательно проинструктировал меня и напомнил, чтобы я лишний раз носа из экипажа не показывала. И мне пришлось с ним согласиться. Как бы ни хотелось лучше узнать столицу и мир за пределами городских стен, но удовлетворять любопытство – сейчас не время.

Я знала, сегодня или завтра меня обязательно попытаются убить.

Быть может, даже не один раз…

И теперь нервно крутила в руках веер, борясь с желанием дотронуться до шпильки в волосах – моего оружия последнего шанса.

Увы, отравленную шпильку, которую пыталась вонзить