Пятнистый - Валерий Камнев

— Слушай, друг! Мы ищем женщину, а она у нас под носом! Слышащий обойдётся. У него есть Лёгкая. Забирай Лисицу, пока он к ней не пошёл!

— Может, он и не пойдёт! — подозрительно щурится охотник.

— Ну, если не хочешь, то не забирай! — изображаю удивление. — Я думал, тебе женщина нужна больше, чем ему. А Лисица — хорошая женщина.

— Она вдова… — вздыхает Камень. — У неё наверняка дети…

— Но у вдовы и должны быть дети! Если у неё нет детей, то это плохо. Тогда она может их и не родить.

Камень задумчиво смотрит вдаль, о чём-то размышляя.

— Я бы сам взял её, — говорю. — но не хочу вторую. Хотя Лисица мне понравилась! С ней можно говорить об охоте. Это хорошо. Она не похожа на других.

— Да, — соглашается Камень. — Она хорошо говорит.

— Мы сейчас с тобой всё прозеваем! — к великой радости я вижу Лёгкую, которая подошла к женщинам и спрашивает о какой-то ерунде. — Видишь, я говорил! Пойдём быстрее, Камень, а то потом ты будешь жалеть!

— Думаешь, её стоит взять?

— Конечно! Я бы на твоём месте взял. Лисица храбрая и ты храбрый! Значит не разбавит кровь и родит таких же сыновей! И она добрая. Лисица не станет обижать Хвоста и научит его смелости! Возьми её, Камень. Мне кажется, она тебе подходит.

— Не знаю…

— Ну, тогда не бери. Но я бы взял. Тем более, выкуп у тебя останется. Найдёшь красивую девушку — возьмёшь второй.

— Нет. Тогда Лисица обидится. Если брать, то одну.

— Тогда бери эту и не ломай себе голову! Она красивая, весёлая и ты ей понравился. Чего тебе ещё надо?

— Понравился? — с сомнением произносит Камень.

— Понравился! Только если и она тебе понравилась, то надо спешить! Иначе Лисица подумает, что ты нерешительный и начнёт сомневаться! Не тяни! Не надо давать ей много времени. А то ей скажет кто-нибудь, что ты убил двоих женщин, и Лисица испугается. Пошли скорее!

— Надо надеть вышитую рубаху.

— Тогда надевай и пойдём.

— За вдову полагается дать вождю какой-то выкуп.

— Потом принесём. Может, она ещё откажется.

Пока Камень переодевался, я был неподалёку. Мне хотелось не допустить его разговора с Женщиной-Облаком. Охотник наконец решил, что выглядит достойно. Прихватил самое устрашающее копьё и неизменную палицу, и мы зашагали к стоянке Живущих на Равнине.

Второе сватовство за пару дней привлекло не меньше внимания. Но по любопытному женскому населению был нанесён жестокий удар. Они ожидали, что я всё же решился расстаться со шкурой, и наверное, уже гадали, кому она достанется. Но того, что Камень всерьёз решил забрать Лисицу, судя по всему, не ожидали. Мне кажется, даже Лисица не могла поверить до самого последнего момента, когда Камень, ещё более хмурый, чем обычно, захотел с ней поговорить.

Разговора я не слышал, но сразу догадался о результатах, когда увидел довольное лицо Камня, и хитрый взгляд его новой избранницы. Без сомнения, всё удалось. Я едва не рассмеялся от удовольствия. Моя комбинация сработала.

Потом мы отправились к вождю. Вчера я не видел его. Это был крепкий, но не слишком рослый мужчина лет сорока, по имени Кричащий Гусь. Он очень удивился при виде Камня, который веско заявил, что пришёл забрать вдову.

Когда договариваются о выкупе, женщина не присутствует, потому Лисица осталась снаружи, окружённая соплеменницами, а я стал свидетелем торга.

— Лисица — хорошая женщина, — заявил вождь. — Мне жаль отпускать её.

— Я даю тебе две медвежьих шкуры! — хмыкает Камень. — За вдову!

— У неё двое сыновей! Через несколько зим они станут охотниками! Принеси шесть шкур и я отпущу Лисицу вместе с ними!

— Вдова с двумя детьми! — возмущается Камень. — Где это видано, чтобы за неё платили, как за девушку! Три шкуры ещё куда ни шло…

— Пять! — торгуется вождь. — У неё хорошие сыновья!

— Я бы оставил их тебе! Мне они не нужны! Но мать не захочет расставаться. Потому три шкуры. Это справедливо! Никто не платит за детей! Вот ты, Пятнистый, слышал когда-нибудь, чтобы платили за детей?

— Нет, — делаю удивлённое лицо. — Дети это обуза. Наоборот, за них должны платить, чтобы ты забрал.

От такого закидона Кричащий Гусь теряет дар речи, а Камень одобрительно кивает.

— Верно. Они обуза. Но сегодня хороший день, и только потому я дам четыре шкуры.

— Хорошо, — соглашается вождь. — Четыре — это справедливо.

В отличие от Твёрдой Руки, Камень не собирается откладывать свадебный обряд. Сегодня, разумеется, охотник уже не станет забирать Лисицу, потому как оленя для полноценного обряда не раздобыть. Мы переглядываемся с Тынгом, и я говорю:

— На рассвете пойдём за зверем.

— Да, — кивает охотник. — Пойдём. Только не опять в горы.

— Тогда вдоль реки, но придётся уйти далеко. Сам знаешь — тут распугали всю дичь.

— Нам нужен олень, — Тынг загибает палец. — И бык. Нет — два быка!

— Хотя бы одного найти!

— Найдём!

Камень прощается с Лисицей. Они договариваются, что завтра утром женщина перенесёт вещи к моему шатру, и станет дожидаться нашего возвращения. Мы с Камнем уходим из лагеря Кричащего Гуся, и охотник хмуро смотрит на небо — солнце уже близится к закату.

— Сегодня не успеем, — говорю. — Оленя ещё можно попробовать найти, а вот быка вряд ли.

— Да, — нехотя соглашается Камень. — Скоро стемнеет.

— Не переживай! Это только один закат. Завтра возьмёшь Лисицу в свой шатёр. Чего ты так волнуешься?

— Она может передумать, если ей скажут, что я убил двоих женщин.

— Не передумает. Ты ей понравился.

— Она пока не боится меня. Я не хочу, чтобы боялась.

— Лисица храбрая. Она не станет бояться.

— Ха! — вдруг произносит охотник, толкая меня в плечо громадным кулаком. — Я понял — это ты отыскал её! Откуда твоя женщина могла знать Лисицу? Искра никогда не была на наших землях.

— Ты прав. Я нашёл её.

— Ты хороший друг, Красный Топор.

— Ты тоже, Камень. Но нам надо забыть моё прежнее имя. А то ты когда-нибудь оговоришься при Слышащем. Я теперь — Пятнистый. И знаешь, это имя мне тоже нравится.