Фантастика 2026-107 - Наиль Эдуардович Выборнов

Сначала вроде бы ничего, а потом, когда зрение немножко привыкло ко тьме, нам навстречу выплыл Ректор. Не очень у него довольный вид был, если честно. Пару мгновений он постоял, посмотрел на нас, изучил лица, потом вздохнул и заключил:

— Если кто и мог справиться, то только начальник Стражей и двое первокурсников.

Мы стояли ровно как истуканы и даже не знали, как реагировать. Ректор тоже стоял и смотрел на нас. Мы на него. Он на нас. Мы на него… так могло бы длиться вечность, если бы Черныш внезапно не чихнул.

— Простите, — извинился он, шмыгнув носом, — не выношу колдовскую пыль.

Медленным шагом мы пошли с Ректором, словно под конвоем. Он все молчал, мы не понимали, в какую сторону думать. То ли он сильно нами недоволен, то ли это его высшая форма одобрения.

В конечном итоге не выдержал тот, кто знал лучше.

— Простите, Ректор, — извинился Броня, уже став пунцовее некуда. Или это магические всполохи так отдавались на его лице? — Я спасовал.

Ректор сверкнул своими хищными глазами в отблесках магических огней, что освещали нам путь.

— Да уж, дотерпел ты до последнего, — с неудовольствием заметил Ректор, а мы с иль Каном в ужасе переглянулись. — Но правда в том, что доверить столь важное дело я мог только тебе.

Ректор остановился, Броня замер не сразу, притормозил и испуганно взглянул на своего начальника, словно на палача.

— Еще вначале осени мне стало известно о том, что замышлял Гимин, — стал рассказывать Ректор, сцепив руки за спиной. Этот жест показался мне столь знакомым. Он возобновил ход. Броня пропустил Ректора вперед и, как и мы с иль Каном, смиренно семенил следом. — К сожалению, Гимин об этом знал, поэтому позаботился о том, чтобы предотвратить угрозу.

— Я понял, что он что-то замышляет, но о ловушке узнал слишком поздно. Тем более о том, что Гимин — мастер теней, — продолжал Ректор. Такое чувство, что мы на пешей лекции. — К тому моменту, когда догадался о типе ловушки, я уже ожидал приговора в своем кабинете. Но я знал наверняка только одно: я никогда не выбираю на высокую должность бездумно, поэтому свое спасение я доверил тебе намеренно.

Ректор снова остановился и в пол оборота взглянул на Броню.

— Все, что мне удалось сделать, это вычленить едва заметную нить времени и вложить в нее главную информацию, чтобы ты обо всем догадался. Если бы ее нашел Гимин, то ему бы все равно было невдомек, что это все означает.

— Но Гимин знал о духе времени, — тихо заметил Броня.

— Верно, — мягкий кивок, мы снова идем на выход. — Но он также знал, что предпринял все необходимые меры безопасности. Он действовал мудро, использовал тени, так что был уверен в том, что о нем никто не узнает. Что же до подсказки — вообще-то здесь я несколько просчитался. Видишь ли, я рассчитывал передать нить времени вместе с духом тебе, но промахнулся и угодил в юную адептку.

Беглый взгляд в мою сторону — мурашки пробежались по всему моему телу.

— Так вот, почему я, — тихо шепнула я, но меня все услышали.

Не удивительно, мы шли вообще-то одинокими казематами, тут нужно сильно оглохнуть, чтобы не услышать.

— Какая ирония: и цель, и подсказка в одном лице, — ухмыльнулся Ректор. — Но я не сомневался, что рано или поздно Броня найдет ключ.

— Однако…  — Ректор снова остановился и в этот раз замер напротив Стража, нависая над ним, словно тень, — кое-кому не помешает более подробно и углубленно изучить все возможные ловушки этого мира.

То, что Броня задрожал, можно было отнести к нервному смеху. Ну бывает, что и поделать? Я бы тоже нервно хохотала, если бы надо мной Ректор так навис.

— Но все же — ты единственный, кто искал меня до последнего, в то время когда Гимин убедил всех в том, что я не пропадал, а уехал по делам. Ты не сдавался и именно за это я ценю тебя. Молодец.

— Благодарю, — поклонился Броня.

А потом темные, горящие тысячью огнями, глаза сверкнули в нашу сторону. Мы с иль Каном на всякий случай замерли.

— В этом году хороший набор, — лишь заметил Ректор, и мы продолжили путь наверх.

Похвала? Глянула на иль Кана — улыбается — похвала. Вот и замечательно. Главное, что успели вовремя. Еще бы чуть-чуть и… но не будем о грустном. Как хорошо, что все удачно разрешилось.

Броня, и правда, гений.

ГЛАВА 21

После того, как мы вызволили Ректора, многие всерьез удивились, что он действительно пропадал, а не уехал в какие-нибудь командировки или вроде того. Многие до последнего в это верили, потому удивления было не скрыть.

На самом деле, не хотелось мне, конечно, сильно вдаваться в подробности заточения Ректора, но у меня невольно возник один вопрос: как он там вообще выжил? И Броня дал мне исчерпывающий ответ. Оказывается я многого не знаю о колдовстве, и какие-то сложные формулы (Броня если что перешел на кантонский китайский при объяснении всяких там магических процессов), которые знал Ректор, помогли восполнять необходимые запасы пищи и воды в течении целого года. Я ничего не поняла, но Броня лучше знал.

Кстати, о начальнике Стражей.

За острый ум и смекалку Броню наградили каким-то почетным званием, которое ни о чем мне лично не говорило, да и сам Броня не важничал, он вплотную подошел к проверке всех Стражей на вшивость. После случившегося у тех заметно поменялось мнение об их лидере, и когда я случайно застала местную пятиминутку, то заметила только благоговение и уважение в глазах других.

Броня лично пришел ко мне после проверки и сообщил, что все в порядке, врагов больше нет. Это заметно расслабило, но все же общего впечатления от всех этих нападений и покушений не скрасило.

Последний месяц учебы прошел без происшествий. Да если бы и хотелось во что-нибудь ввязаться, на это просто не было времени. Нужно же было как следует подготовиться к выпускным экзаменам, одним из важных условий которых была метла. Да, она самая, родненькая.

Из того метелкина места она вернулась несколько… видоизмененная. Не поверила, если бы лично этого не увидела, но — метла шевелилась. Да. Страшный страх. И не только у меня. Ви Трина наказала притащить свои метла на занятие и продемонстрировать, что там с ними стало. Стало. И на подергивания ви Трина даже сказала: "отлично". Но когда у тебя метла подергивается, это совершенно