Фантастика 2026-99 - Алексей Викторович Широков

Извернувшись в полёте, я даже в замедленном ощущении времени едва-едва разминулся с брошенным мне прямо в спину коротким копьём, состоявшим из чистейшей воды. После чего, поймав момент инерции, кувыркнулся через голову, успешно приземлившись прямо на ноги лицом к своей противнице, и тут же отбил предплечьем почти догнавший меня нож, левой рукой не глядя метнув в ответ два своих. После чего сразу же сорвался в бег.

Маневрировать, а тем более бежать «змейкой» на чародейских скоростях — задача непростая, но вообще подобный навык очень полезен, особенно когда тебя безостановочно бомбардируют ударными чарами. А конкретно, небольшими водными снарядами размером с девичий кулачок, которые Уткина на бешеной скорости выдувала через поднесённую к лицу неизвестную мне ручную печать в виде сложенных треугольником ладоней.

Поймав момент, когда девушка отменила свои чары, а в руках у неё сформировался тяжёлый водный бердыш, которым она явно намеревалась меня встретить, я сделал ход конём и «Рывком» выдернул себя вначале в сторону, а затем и вовсе вверх, прямо на лету складывая цепочки печатей «Огненного шара». Вот теперь уже Уткиной пришлось поскакать по всей тренировочной площадке, избегая мощных зелёных огненных взрывов.

Я давно уже заметил, что действительно люблю разбрасываться этим заклинанием, которое, с одной стороны, было довольно простым и считалось слабым для бьющих по площади огненных чар, а с другой — отжирало у меня очень мало живицы. Приятным бонусом шла своеобразная «отдача». На земле это практически не чувствовалось, а вот в воздухе каждое использование этих чар пусть чуть-чуть, но замедляло падение. Поэтому я от всей широты своей души успел угостить свою противницу, которая только что гоняла меня водными снарядами, как минимум шестью огненными шарами, прежде чем наконец упал прямо на землю и сам тут же сорвался в бег.

Мгновение, и мы вновь столкнулись в вооружённой рукопашной. Клинки водных сабель так и мелькали, а я, отбивая их зажатыми обратным хватом ножами, прорывался в близкую зону. Когда же Алиса сбросила своё водное оружие, явно принимая близкий бой, я наконец использовал свою сегодняшнюю домашнюю заготовку.

Полыхнув между нами огнём, «Рывком» сдвинулся чуть левее, а затем за воображаемую верёвку выдернул себя прямо за спину девушки и, тут же прорычав «Мисахика», хлопнул Уткину ладонью прямо между лопаток.

Мир на мгновение будто застыл. Только где-то внизу, за укреплённым стеклом этого огромного балкона, всё так же шумела Москва. Да беспокойно журчал искусственный водопад, который мои родичи так и не демонтировали, когда превращали этот то ли пятый, то ли десятый зимний сад Шнуровски в очередную тренировочную зону. Я же, в свою очередь, прямо-таки всем телом почувствовал, как вначале резко напряглась, а затем расслабилась под моей рукой спина застывшей Уткиной.

— Дурак, — выдавила наконец из себя девушка. — Я из-за тебя сейчас чуть не описалась!

— М-м-м… Прости! — хмыкнув, ответил я, чувствуя, как уходит боевое напряжение, а лицо начинает слегка гореть от непроизвольного румянца.

Алиса медленно повернулась, хмуро посмотрела на меня, а затем, тяжело вздохнув, зарядила мне лёгкую, но очень хлёсткую и болезненную пощёчину.

— Прощаю, — сообщила девушка, чуть усмехнувшись. — Но на секунду я действительно поверила, что ты применил эту свою клановую гадость, и я сейчас умру.

— Ну, знаешь! — фыркнул я, потирая горящую щёку. — Я всё же не настолько отмороженный, чтобы убивать в тренировочном спарринге своих бывших одноклассниц…

— Ага, — Алиса по-княжески вздёрнула носик. — Тебе, как я вижу, больше нравится пугать их до мокрых трусиков! В любом случае мне нужно в ванну. Ты мене все волосы своим огнём прокоптил!

— А я вообще хотел об этом знать? — буркнул я, провожая взглядом стройную фигурку девушки, целенаправленно зашагавшей прочь с тренировочной площадки.

Одно можно было сказать наверняка… В то время как на людях женщины-Уткины поголовно вели себя как настоящие княгини, в более-менее домашней обстановке они порой могли ляпнуть такое, что любая порядочная барышня сгорела бы со стыда. А всё потому, что в сломанных предками мозгах этих натуральных блондинок удерживалось от силы две модели поведения: накрепко вбитый образ благородной дамы в обществе, в котором той же Алисе было совершенно плевать, окружают ли её выходцы из высшего света, школьные товарищи или полупьяные артельщики со дна полиса. А также некий более «домашний» режим, в котором девушка могла расслабиться, и пусть она всё равно неукоснительно соблюдала нормы приличия, но вот представителей противоположенного пола совершенно не стеснялась и, как произошло только что, могла прямо высказать всё, что думала.

В общем-то, в этом не было ничего страшного. С другой стороны, заяви что-либо подобное парень, всё было бы нормально, но вот из уст красавицы Уткиной подобные откровения порой звучали шокирующе.

Вздохнув, я, потирая предплечья, на которых Алиса явно оставила приличного размера синяки, медленно подошёл к балконному ограждению и в который уже раз залюбовался панорамой Москвы, раскинувшейся под всё ещё безымянным бажовским небоскрёбом. В последнее время мне очень нравилось любоваться этой картиной, и я даже пару раз медитировал на когда-то личном балконе бывшего главы Шнуровски, глядя, как закатное солнце опускается за громаду Кремля.

Наше возвращение в крепостицу Дубну после выполнения поисковой миссии оказалось небыстрым и растянулось практически на неделю, в первую очередь, из-за плохого состояния спасённой Надежды Игоревны. Впрочем, как таковых приключений и разнообразных неожиданных встреч с кровожадными монстрами нам удалось избежать благодаря умелым действиям чародеев Василия Антоновича, которые провели нас пусть долгой но наиболее безопасной дорогой.

Кстати, саму Уткину-старшую весь этот путь тащить пришлось именно мне, как наименее ценному члену боевой группы. Специально для этого мужики-поисковики, за каких-то пару часов фактически на коленке смастерили этакое кресло-сидушку с рюкзачными лямками, прикреплёнными к обратной стороне спинки. На него, собственно, и усадили истощённую женщину, после чего, недолго думая, надели всю эту конструкцию уже на меня.

Не сказать, чтобы всё это было шибко удобно, но и двигаться мне Надежда Игоревна не мешала. Потому, обходными путями и безопасными тропами мы добрались до Дубны, где нас дожидался Буян Петрович вместе со своей командой.

Раненый и отравленный Пётр к тому времени уже вполне поправился и даже начал ходить, но вот к самостоятельным путешествиям он был ещё совершенно не готов. Да и гарнизонный чаровник строго-настрого запретил ему пользоваться живицей.

Впрочем, тётка Марфа на это и не рассчитывала. В любом случае с той