Проклятый Лекарь. Том 9 - Виктор Молотов

Он не вмешивался. Почему? Два варианта. Первый: он слаб и использует «младших» как пушечное мясо, экономя собственные силы. Второй: он настолько силён, что считает ниже своего достоинства сражаться с нами лично, пока не убедится, что мы достойные противники.

Судя по его ауре, второй вариант ближе к истине. Этот метаморф был старым. Его энергетическая структура напоминала древний дуб: глубокие корни, мощный ствол, разветвлённая крона.

А потом Хозяин открыл рот. Звук, вырвавшийся из его глотки, не был криком в привычном понимании. Это была волна — чистая кинетическая энергия, сфокусированная в направленный импульс. Инфразвуковая атака. Воздух перед ним пошёл рябью, как поверхность воды от брошенного камня, и эта рябь понеслась к нам со скоростью курьерского поезда.

— В укрытие! — я дёрнул Кирилла за шиворот, бросая нас обоих за ближайшую колонну.

Парень охнул от неожиданности, его щит мигнул и погас — концентрация сбилась. Стрельцов среагировал сам и нырнул за перевёрнутый стол.

Волна прошла мимо, но её края всё равно зацепили нас.

Ощущение было, как будто кто-то ударил меня по всему телу сразу — мягко, но настойчиво. Внутренние органы завибрировали на неправильной частоте, вызывая приступ тошноты. В ушах зазвенело, перед глазами поплыли цветные пятна — фосфены (зрительные галлюцинации, вызванные механическим воздействием на сетчатку).

Дезориентация длилась секунды три. В обычной жизни три секунды — это ничто. Время, чтобы моргнуть. В бою три секунды — это вечность. Достаточно, чтобы умереть несколько раз.

Метаморф с клешнями — тот, которого мы считали выведенным из строя — воспользовался моментом. Оказывается, три пули в шею для него были не смертельным ранением, а лёгким неудобством.

Тварь бросилась на меня, и я едва успел выставить руку, формируя щит из уплотнённой некроэнергии. Не такой красивый, как у Кирилла, а чёрный, с рваными краями. Но достаточно плотный, чтобы принять на себя удар.

Клешня врезалась в преграду. Искры, которых не должно было быть при столкновении нематериальных субстанций, разлетелись во все стороны. Щит затрещал, по нему побежали трещины. Ещё один такой удар — и он рассыплется.

— Стрельцов! Правый! — скомандовал я.

Инквизитор не подвёл. Три выстрела подряд, каждый в уязвимую точку: колено (ограничение подвижности), плечевой сустав (снижение силы удара), основание черепа (попытка поразить нервный центр).

Метаморф взвыл на этот раз по-настоящему с болью и осел на пол, дёргаясь в агонии. Его клешни скребли по камню, оставляя глубокие борозды. Не мёртв, но временно нейтрализован.

— Один готов! — крикнул я. — Осталось трое!

— Двое мелких и один большой, — уточнил Стрельцов, перезаряжая пистолет. Руки у него не дрожали — хороший признак. — Как будем действовать?

Хороший вопрос. Как?

Хозяин снова набирал воздух для атаки. Я видел, как его грудная клетка расширяется — неестественно, слишком сильно, словно там были не лёгкие, а меха кузнечного горна. Резонаторы. Он использует модифицированные голосовые связки и систему резонаторов для усиления звуковой волны.

— Кирилл, можешь держать щит постоянно? — спросил я быстро.

— Д-да, но недолго! — мальчишка тяжело дышал, пот катился по его лицу ручьями. Гипергидроз (повышенное потоотделение) — признак истощения и стресса. — Может, минуту! Максимум полторы!

— Этого хватит, — я надеялся, что хватит. — Держи нас в куполе. Стрельцов — работай по мелким, когда раскроются. Я займусь Хозяином.

— Как? — инквизитор бросил на меня скептический взгляд. — Он слишком далеко для ближнего боя! А на звуковые атаки мы не можем ответить!

— У меня длинные руки.

Стрельцов явно хотел спросить, что это значит, но не успел — Хозяин атаковал снова.

На этот раз я был готов. Схватил Кирилла за локоть, аккуратно, чтобы не сбить его концентрацию, и потянул в сторону, уводя нас с линии удара. Волна прошла мимо, врезалась в стену позади нас. Каменная кладка взорвалась фонтаном осколков. Куски размером с кулак разлетелись по залу.

Если такое попадёт в человека напрямую — множественные переломы, разрыв внутренних органов и летальный исход обеспечены. Баротравма (повреждение тканей, вызванное резким перепадом давления) в чистом виде.

— Кирилл, купол! — снова прокричал я.

Золотистая полусфера снова развернулась над нами. Метаморф с пастью вместо лица — тот, что бился о щит раньше — уже мчался к нам, чуя уязвимость. Третий, «мелкий», обходил с фланга, выбирая момент для атаки.

Координированное нападение. Эти твари были не просто монстрами — они были командой. Работали вместе, прикрывали друг друга, использовали тактику. Кто-то их натаскивал. Кто-то очень опытный.

Хозяин?

Скорее всего, он.

— Стрельцов, по моей команде — огонь по тому, что слева! Кирилл, держи щит, что бы ни случилось! — распорядился я.

— Понял! — отозвался инквизитор.

— Да, учитель! — просипел Кирилл.

Я закрыл глаза на мгновение, концентрируясь. Некро-нити — базовая техника, которую любой уважающий себя некромант осваивает в первые сто лет практики. Звучит долго, но для бессмертного существа это как для человека — первый курс университета.

Но есть разница между тем, чтобы связать ими ноги противника в трёх метрах от себя, и тем, чтобы протянуть их через весь зал — метров двадцать, не меньше — обойдя препятствия и магические завесы, которые окружали Хозяина.

Тысяча лет опыта имеет свои преимущества.

Я выпустил нити, и они скользнули по полу, прячась в тенях, сливаясь с темнотой. Обогнули первую колонну. Вторую. Проскользнули под обломками мебели. Обошли труп — нет, ещё живого, но неподвижного — первого метаморфа.

Хозяин не замечал. Он готовился к очередной звуковой атаке, его внимание было сосредоточено на нашей группе. Грудь раздувалась, глаза прищурились, губы складывались в подобие буквы «О».

Метаморф с пастью врезался в щит Кирилла. Удар был такой силы, что мальчишку отбросило назад — он устоял на ногах, но золотистый купол затрещал, по нему побежали паутинки трещин.

— Держись! — крикнул я.

— Стараюсь! — простонал Кирилл. Его руки дрожали от напряжения, аура мерцала как свеча на ветру.

«Мелкий» метаморф выскочил из-за колонны, нацеливаясь на Стрельцова. Инквизитор развернулся, вскинул пистолет, но тварь была быстрее. Длинная рука, больше похожая на щупальце, чем на конечность, хлестнула его по запястью. Пистолет отлетел в сторону.

Стрельцов, к его чести, не растерялся. Выхватил нож — откуда, я не заметил — и полоснул по щупальцу. Хитин треснул, брызнула чёрная кровь. Метаморф взвизгнул и отпрянул.

— Давай, давай… — прошептал я, направляя нити.

Они добрались до Хозяина как раз в тот момент, когда он набирал воздух для удара. И обвились вокруг его горла.

Эффект был немедленным. Старый метаморф захрипел, схватился руками за невидимую удавку — нити были тонкими, почти неосязаемыми, но прочными, как стальные тросы. Его глаза расширились