Бесконечность - Марцин Подлевский

Вопрос повис в воздухе, но никто не спешил отвечать. Один из инвигиляторов дрогнул, но в последний момент сдержался и не пожал плечами.

— Благородный цензор… — через некоторое время сказала контролер Мичиру Сати — эти глубинные эхо не затихают… Что-то следует за этими единицами.

Генерал Юсаку Годай ответил не сразу. А потом повернулся к неостеклу в инвигиллятории «Мстителя».

— Возобновить отсчет, — бросил он сухим тоном, скрывая растущую неуверенность. — Войти в стазис. И взять курс на дыру Хало. Немедленно.

***

Стигмат, часовня Единства, вынырнул из дыры Немезиды, как город, плывущий по Небесам.

Можно было бы спорить, но Стигмат до некоторой степени напоминал грима. Улетая, он унес с собой значительную часть Святилища — города Машин. Теперь, однако, его машинные конструкции были выключены, а те из зданий, которые не были приспособлены к пустоте, выглядели не столько поврежденными, сколько мертвыми. Мертвыми, как сектор Трех Планет в скоплении NGC 6530 в туманности Лагуна. Система, которая, казалось бы, не должна была ничем выделяться после того, как возвращение Антената лишило ее спектральной структуры.

О том, что это предположение было ошибочным, быстро убедился Научный Клан.

Сразу после загадочного взрыва на поверхности планеты Клан отправил специальный отряд, чтобы разобраться в ситуации. Дело было не из легких. Не хватало ресурсов. С началом Войны Натиска Старший Советник Научного Клана Ибериус Матимус перенаправил самые ценные подразделения на работу в клановую Ксеноразведку. Это решение было не столько логичным, сколько выгодным. Разведка могла рассчитывать на значительную прибыль в виде ксеноартефактов, кораблей и даже самих Чужаков, добытых на войне.

Прибыль от КР потекла широкой рекой — достаточно большой, чтобы снова возродить забытую экспериментальную планетарную станцию возле сверхгиганта HD 179821 в Рукаве Креста.

Осиротевшая планета Сократ, бомбардируемая вредным светом сверхгиганта, вынуждающим персональ проводить автоматическую генетическую адаптацию, была одной из самых тщательно скрываемых тайн Клана. Именно на ней был создан Лазарет — крупнейшая ксенотюрьма для инопланетных существ с разрешением на проведение инвазивных экспериментов. Туда были направлены самые большие кредитные ресурсы. Таким образом, такие вопросы, как исчезновение призрачной структуры B612, потеряли свое значение, тем более что, казалось бы, там уже нечего было открывать.

Конечно, до тех пор, пока не заметили поглощающую сверхгигант Стрелец-9 глубинную дыру.

Единицы Клана, стоящие в системе, начали строить теории о ее происхождении. Не указывало ли ее существование на связь дыр с сверхгигантами? Не была ли каждая дыра когда-то звездой? Не противоречило ли это спорной теории о том, что глубинные дыры были искусственного происхождения? И могло ли излучение зарождающегося перехода повлиять на — уже давние, хотя и зафиксированные в регистрах — непонятные программные повреждения кораблей Клана? Эти и другие теории начали мучить клановцев, тем более что зонды и корабли, отправленные в дыру, не возвращались и не присылали никакой информации, даже с помощью глубинных излучателей.

Нервная суматоха вокруг системы продолжалась до тех пор, пока в системе не начали возникать самопроизвольные артефакты Выгорания.

То, что Выгорание может однажды проявиться, было предсказуемо. Исторические альманахи Научного Клана предполагали, что тайна сектора Трех Планет может быть связана с использованием древнего Оружия Машин. Якобы Единство победило тогда таинственную Напасть, используя прототип этой опустошающей Галактику силы. Теперь эта теория начала подтверждаться.

Выгорание, которое раньше было разрывом реальности и наложением призрачных структур, начало проявляться в своей самой простой форме. Корабли Клана сначала заметили гравитационные колебания, потом — появляющиеся осколки черных дыр, а в конце концов увидели пульсирующие, еще тонкие полосы Опустошения.

Весь этот процесс длился как минимум несколько лет.

Война Натиска медленно вступала в решающую фазу, а силы Клана начали тихо отступать из проигранного сражения. Подозревали, что планета B612 будет поглощена Выгоранием в течение следующих ста двадцати лазурных лет.

Однако, помня о причине возникновения Трех Планет, Единство не беспокоилось об исследованиях людей. Его интересовало только то, помешают ли силы Клана ему пройти и достичь цели. Цели, которую оно, к своему удивлению, заметило сразу после выхода из дыры Немезиды.

Через сектор B612 плыл Бледный Отряд.

Это не было его самым многочисленным собранием, но сенсоры Стигмата обнаружили как минимум трех гримов, не считая скоплений эребов и Призраков. Размер двух первых можно было оценить, но третий превышал как минимум шестьдесят километров, так что внутренний ИИ Стигмата квалифицировал его как не титана, а как мифического гаргантюа. Края этого монстра исчезали в темноте, теряя свою материальность и погружаясь в призрачные структуры; чем бы ни было это огромное существо, в нормальном пространстве проявлялась лишь его часть.

Единство замерло. Экстраполяция, рассчитанная им на трансгрессивном уровне, застыла в этой конкретной точке — все вычисления и планы впали в стазис. Можно было сделать только одно — то, что оно решило еще в своем безопасном Святилище, анализируя все возможности.

Стигмат погасил свои ядра и огни. Летящий машинный город превратился в мертвый, беззащитный валун. Трансгрессивная Машинная Сущность передала только одно сообщение — единственную трансляцию, направленную на превосходящие силы врага.

— Слава Бледному Королю, — сказало Единство. Теперь оно ждало: бледного, разрушающего света или отсрочки приговора. Но гримы молчали. — Слава Бледному Королю, — повторило оно, чувствуя, что его начинает охватывать совершенно не машинный страх.

Это длилось очень долго. До тех пор, пока в сердце Стигмата не появился шарик микроглубины с едва различимой тенью Проклятого.

— Данные, — сказал призрак. Вестник Бледного Короля, видимо, решил, что его физическое присутствие не нужно. — Местоположения. Экстраполяции.

— Отправляю, — глухо согласилось Единство. А затем через Стигмат пронесся небольшой импульс, передающий всю информацию о расположенной в космосе Армаде Машин.

11

Бунт

Я был там, когда его выводили. Я увидел его мельком. Он не был таким, как его описывали СМИ. Не героем, а скорее парнем, который забыл побриться и встал не с той ноги. Красивый, это да, но какой-то… не знаю, помятый? Хотя в нем было что-то такое. Даже Панцерники Пустоты это почувствовали. Они боялись его тронуть…

рядовой Эзав Руб,

высказывание в баре «Слава»

за рюмкой «Сладкого Выгорания»

Конец наступил совершенно неожиданно. И, как и любой конец, оказался совсем не таким, как ожидалось.

Это был такой же момент, как и все остальные. Погруженный в апатию и ожидание выхода из ловушки. Ловушки, которая захлопнулась так сильно и так плотно, что лишила жертву любой возможности маневра. И с каждой секундой отнимала