Сестра грифонам - Джен Уильямс

лежал самый древний грифон, которого когда-либо видела Инис. Его перья и шерсть были цвета пыли, и при каждом вдохе, что давалось ему с трудом, кожа обтягивала ему ребра. Рядом с ним стоял молодой грифон орлиного клана, рыжевато-коричневый, с ярко-синими маховыми перьями. Когда Фрост и Инис вошли, он поднял голову.

– Ведьма-провидица, мой отец очень близок к концу. Ты… это что, человек?!

Инис хотела спрятаться, но Фрост загородила ей путь к отступлению.

– Моя ученица. Она будет только наблюдать.

Молодой грифон щелкнул клювом, пробуя воздух на вкус.

– Ну что ж. Краеходы известны своими странностями.

Когда молодой грифон отступил, Инис поняла, что он боится Фрост. Она вспомнила, что говорила Т’руук о краеходах и Костопаде, ее ужас перед ними, и осознала, что вот сейчас ей откроется тайна жизни грифонов – точнее, тайна их смерти, – которую от нее всегда тщательно скрывали. От волнения девушке стало не по себе.

– Как зовут твоего отца? – спросила Фрост.

– Его зовут Т’весен, он из клана орла.

Фрост принялась расспрашивать младшего грифона о жизни Т’весена: сколько у него было жен, скольких йенлинов они подняли на крыло, где он охотился и где летал всю жизнь. Сам Т’весен пребывал точно в полудреме; наблюдая за ним, Инис видела, как подрагивают его веки при звуках тех или иных имен. «Он слушает, – подумала она. – Издалека, но он еще слышит». Его сын, перечисляя знакомые имена, тоже явно успокоился: мощные плечи расслабились, ужас исчез из глаз.

«Это как ритуал, – подумала Инис. – У каждого ритуала есть практическая сторона, как и говорила Фрост. Он успокаивает тех, кто боится, и дает Т’весену понять, что он среди своих. Теперь мы знаем о нем все – все важные моменты его долгой жизни».

Когда вопросы закончились, Фрост поманила к себе Инис. Тем временем молодой грифон опустился на землю рядом с отцом и почти робко положил свою лапу поверх его лапы. Он не обращал никакого внимания на разговор Фрост с ученицей.

– Помнишь, Инис, на Костопаде ты видела призрак наших предков, который двигался в темноте? Помнишь, как он выглядел?

– Помню, – ответила Инис. «Еще бы не помнить, когда у меня душа ушла в пятки со страху», – добавила она про себя.

– Так вот, садись сейчас тут, рядом с Т’весеном, и настройся на тот самый лад. Ищи то, что скрыто.

Скрестив ноги, Инис села на пол, устланный мягким пухом и старой сухой травой. В пещере было тихо и сумеречно, что очень способствовало расслаблению, но ее отвлекал молодой грифон. Она разглядывала его и думала, что второго такого красавца не видела никогда в жизни; маленькие перышки на его голове переливались от теплого коричневого до небесно-голубого, а глаза были зелеными, как кристаллы.

Фрост толкнула ее в бок.

– Сосредоточься. Следи за Т’весеном. Он уже отходит. Не обращай внимания на меня – смотри только на него.

Инис поняла, что старая грифониха права. Дыхание Т’весена становилось все реже, грудь поднималась все медленнее. Девушка внимательно смотрела, как его старые кости то обрисовываются под натянутой кожей, то снова пропадают под ее складками, и думала, каково это – знать, что ты дошел до самого конца жизни и впереди у тебя совсем ничего нет. Фрост стояла рядом с ним и, склонив голову, что-то шептала ему. Инис не могла разобрать слов ведьмы-провидицы и лишь смотрела, как ей и было велено, не отрываясь, так долго, что у нее заболели глаза. Вдруг умирающий грифон вздрогнул и раздвоился. Инис моргнула, пригляделась и поняла, что дело вовсе не в ее усталых глазах. Т’весенов стало два: один, плотный, из костей и кожи, лежал на полу пещеры, а второй, прозрачный, словно парил над ним, с каждой секундой все заметнее отделяясь от своего прототипа. Двойник был прозрачным и бледно-голубым, как огни на потолке туннеля. Удивленная и даже немного испуганная, Инис посмотрела на молодого грифона, чтобы понять, видит он это или нет. Она была уверена, что видит, ведь двойник находился прямо перед ним, его лапа касалась призрачного грифона, но нет… молодой красавец печально, но без всякого удивления наблюдал за тем, как умирает отец. Значит, не видит.

Ведьма-провидица Фрост перестала бормотать и слегка повернулась к Инис.

– Ты видишь его, дитя?

Инис кивнула.

– Хорошо. Я знала, что так и будет. А теперь смотри вокруг Т’весена. Ищи линию его жизни.

Слегка нахмурившись, Инис обвела взглядом призрачную фигуру. Она не понимала, что имеет в виду Фрост. Тут призрак задвигался отдельно от тела, распростертого на полу. Он поднял голову и огляделся.

– Он покидает нас, – сказала Фрост.

Ведьма-провидица наклонила голову и нежно коснулась клювом склоненной головы молодого грифона.

– Приготовься, юноша.

– Подожди… – Инис в отчаянии прищурилась. – Я не…

– Смотри сюда, Инис. – Фрост подалась вперед, раскрыв клюв над головой Т’весена, и Инис увидела: тонкая красная нить, прозрачная, как струйка дыма, выходила из призрачной фигуры грифона. Она то поднималась к потолку пещеры, то опускалась к полу, сплеталась сама с собой, складываясь в причудливый, изменчивый узор, и медленно, но верно ползла к сыну. Фрост щелкнула клювом, аккуратно перерезав нить у самого основания. Инис видела, как ее короткий конец завернулся и исчез в призраке Т’весена, отчего тот как будто стал ярче; второй конец, длинный, втянулся в тело молодого грифона. Тот вспыхнул, как свежая кровь на белом снегу, но тут же погас. В то же мгновение все кончилось: призрак исчез, Т’весен умер.

– Вот так. – Фрост пригладила взъерошенные перья на мертвой голове Т’весена. – Дело сделано. Ты молодец.

Инис не поняла, кого имеет в виду ее наставница. Она отерла щеки ладонями и, с удивлением обнаружив, что они мокры от слез, промокнула их об одежду.

– Уходим. – К Фрост вернулась ее обычная резкость, и она без долгих разговоров повернулась спиной к мертвому и нырнула в туннель. – Наш друг полежит пока здесь. Скоро за ним придут другие краеходы, они доставят тело Т’весена к Костопаду, где тот и упокоится с миром.

Инис оглянулась на синеперого грифона, но тот по-прежнему с печалью смотрел на тело отца. Выйдя наружу, Инис задрожала, хотя там и светило солнце. В пещере она совсем не чувствовала холода, а здесь озябла, как будто только что проснулась.

– Мне как-то… не по себе. Странное ощущение.

– Да. Это магия провидцев, вот что это такое. – Фрост взъерошила перья, как будто и сама хотела избавиться от того же ощущения. – Расскажи мне, что ты видела.

– Я видела его. Точнее, его… дух. И тонкую красную нить, которая шла от него к сыну.

Фрост с удовольствием потянулась, выпуская и