Сестра грифонам - Джен Уильямс

– Да, верно. Эта нить называется нитью судьбы, потому что связывает судьбы. Кстати, ты быстро ее заметила – мне в свое время понадобилось не одно бдение, чтобы научиться ее различать.

– Но что она такое?

– Когда один грифон любит другого грифона, – Фрост сделала паузу, – или человека, то часть его души привязывается к нему на всю жизнь. У кого-то накапливается много таких связей. У других, как у Т’весена, всего одна. Бывают и печальные души, которые не создают никаких уз… – Тут она покачала головой. – Этих уз не видит почти никто. Ты – одно из немногих исключений, Инис. Я поняла это сразу, когда увидела тебя впервые. Ты сама побывала на краю смерти, ты ступала туда, где этот мир соприкасается с иным миром. Вот почему тебе видна и структура, и суть Края.

У Инис в горле встал ком, мешая дышать. Она не знала, от радости это или от печали.

– Тогда почему… зачем ты обрезала нить? Своим клювом?

– А-а, – задумчиво отозвалась ведьма-провидица; далеко на западе бледно-оранжевым шаром холодного огня клонилось к закату солнце. – Трудно терять того, с кем связала тебя судьба. Очень трудно. Вот почему мы обрываем эту связь. Чтобы тот, кто остался, не ушел на край вслед за любимым. Такое иногда случается. Например, муж теряет жену и не знает, как жить дальше, – земля тянет его к себе, он не летает, не чистит перья, не охотится. Чахнет. Мать теряет только что вылупившихся йенлинов, без которых ей свет не мил. Значит, частичка судьбы живых осталась с теми, кто ушел, испытавших утрату не освободили вовремя, и они не могут жить дальше. Освобожденная душа именно этим и отличается – она живет дальше. Свободная и радостная. Понимаешь?

Инис не ответила. Она вспоминала, как красная нить втянулась в молодого грифона, словно вернулась на место. И как призрак сделался ярче, плотнее, прежде чем исчезнуть.

Фрост кивнула, будто угадала ее мысли.

– Теперь ты всегда будешь видеть их, йенлин, нити судьбы и ду́ши. И этим ты всегда будешь отличаться от других – и от краеходов, и от своей сестры. Наш труд нелегок, но благороден.

– Чей – наш?

– Ведьм-провидиц, вот чей. И ты – одна из нас, в этом нет сомнений. – Фрост подняла крыло, на мгновение укрыв им Инис. – Добро пожаловать домой.

27

Иерархия Бретлении хаотична настолько, насколько можно ожидать. Здесь нет верховного правителя, верховного короля или императора. Остров, и без того совсем небольшой по сравнению с освященными землями, разделен на несколько королевств, и каждым из них правит король, а чаще королева. Даже само слово «королева» значит здесь не совсем то же самое, что в империи. Родители королевской крови передают своим детям не право на престол, а право возглавлять армию. Звание короля или королевы получает тот или та, кто устроит самую кровавую бойню. В настоящее время самой известной правительницей на Бретлении является, пожалуй, королева Броудика из юго-восточного королевства Лондус; ее же можно назвать и самой цивилизованной, насколько этот термин вообще применим к здешним правителям. В ее королевстве находится крупный порт, что делает Лондус одним из богатейших островных владений. Говорят также, что Броудика – весьма прагматичная женщина и многодетная мать. Ее дочери столь же неординарны, как и она сама.

Выдержка из «Основ завоевания», написанных по заказу императора Лумиуса

К западу от стоячих камней простирались малонаселенные земли, но Левен все же замечала в дебрях Корнвуллиса признаки проживания людей. Она со спутниками проезжала мимо домишек из местного темно-серого камня, с дроком и лишайниками на крышах, из-за которых те почти сливались с пейзажем; а однажды на вершине далекого холма появился человек, гнавший по траве и каменистой осыпи больших рогатых зверей. Звери походили на коров, которых Левен случалось видеть на рынках Стратума, только эти были куда крупнее, рыжевато-коричневые и мохнатые. Пастух увидел путников, остановился и долго разглядывал их. Но когда Эпона помахала ему рукой, он никак не отреагировал.

Весь тот день на небе висела плотная серая облачность, такая низкая, что, казалось, протяни руку – и уткнешься пальцами в тучу. Даже холодный свирепый ветер не разгонял эти облака. Когда дорога, по которой они шли, перевалила через еще один скалистый холм, Киллиан предложил своим спутницам остановиться, перекусить и отдохнуть, а уж потом сделать последний на сегодня рывок до Зенора, обширного портового города, который Левен увидела, едва они вышли из Дикого леса. Эпона тут же села на камень и принялась расшнуровывать сапоги.

– Боюсь даже подумать, что сейчас будет, – заметила она, – учитывая, что мы уже несколько дней в пути, но моим ногам нужен свежий воздух.

Киллиан, который занимался костром, молча перешел на наветренную сторону от принцессы. Левен рассмеялась:

– Ладно, пойду осмотрюсь, пока вы тут возитесь.

Киллиан бросил на нее быстрый взгляд.

– Далеко не уходи. У нас нет времени искать тебя, если заблудишься.

Левен ощутила укол раздражения.

– Я прошла пешком через огромное количество неосвященных земель, чьих названий ты, друин, наверняка даже не слышал. Уж как-нибудь не заблужусь, на открытой-то местности.

Не дожидаясь ответа, Левен повернулась к ним спиной и зашагала вниз по скалистому склону. По правде говоря, ее желание осмотреться было вызвано беспокойством, которое вселял в нее здешний открытый ландшафт. К тому же чем ближе они подходили к Зенору, тем чаще видели людей, так что Левен сочла уместным пройтись вокруг стоянки и убедиться, что за ними никто не наблюдает. Все это напомнило Левен времена ее службы, когда Босс, Форо и другие, кого она считала своей семьей, были рядом.

Идти приходилось медленнее, чем ей хотелось бы; сухая песчаная почва норовила уйти из-под ног, и мелкие осыпи с шумом сбегали по склону при каждом ее шаге. А потом, когда Левен уже почти убедила себя, что под этим серым небом нет никого, кроме них троих, у нее возникло отчетливое ощущение, что на нее кто-то смотрит.

Левен оглянулась туда, откуда пришла: может быть, это Эпона или Киллиан идут за ней? Но нет, их не было видно.

– Эй! – негромко позвала она. – Здесь есть кто-нибудь?

Ответа не последовало, однако волосы у нее на затылке встали дыбом.

– Если кто-то есть, то покажись. Или я не отвечаю за то, что с тобой случится.

Она уже подняла руки, готовясь призвать меч и крылья, но в этот момент холодный ветер стал ледяным и в глазах потемнело.

– Звездные задницы, только не сейчас…

Земля под ее ногами качнулась, и она оказалась в зимнем лесу.