Сестра грифонам - Джен Уильямс

– Ну, принцесса Эпона, веди теперь свою имперскую подружку на суд.

30

О, куда ты идешь?

Кости на берегу зовут меня, мама,

Весь долгий день,

Я слышу, как кости на берегу зовут меня,

И я иду к ним.

О, куда ты идешь?

Я слышу, как поют деревья в лесу, мама,

Весь долгий день,

Я слышу, как деревья поют,

Их песня сильна.

О, куда ты, дитя? Твое лицо в крови.

Я слышу плач грифонов на севере,

Весь день и всю ночь напролет,

Я слышу плач грифонов на севере, мама,

Могущество их велико.

Народная баллада севера Бретлении

– Суд? – шепнула Левен Эпоне. – Какой еще суд?

– Не знаю.

Левен бросила на нее острый взгляд, и принцесса, пожав плечами, добавила:

– Понимаешь, герольд, мы не часто бываем в Корнвуллисе. Многие здешние обычаи – тайна для нас.

Королева Верла в сопровождении стражи лично повела гостей из порта по узкой извилистой улочке Зенора, дома на которой стояли так плотно, что едва не опирались друг на друга. Здешние жители не только не проявляли любопытства к гостям, как в Лондусе, а, наоборот, избегали их: встречные прохожие шарахались от них на улице, некоторые заходили в дома и закрывали окна, когда герольд со своими спутниками проходила мимо. Один человек, ведущий на поводу лохматого пони, не только отвернулся сам, но и морду животного от них отвернул, как будто боялся, что они его сглазят.

– А ты? – Левен взглянула на Киллиана. – Ты знаешь, что это за суд?

– Я знаю лишь то, что говорят мне деревья, но их тут мало.

– Что ж, спасибо. Очень полезная информация. Меня что, будут судить за того дурака, который сломал ногу? – спросила она громко, но ей никто не ответил.

– Вряд ли, – тихо ответила Эпона.

Королева Верла шагала впереди, двигаясь с непринужденной грацией. Она выглядела вполне уместно в компании вооруженных мужчин.

– Жители Корнвуллиса не любят чужих, но при этом они глубоко прагматичны, – продолжала Эпона. – Тот тип со сломанной ногой не придумал ничего лучше, чем напасть на герольда империи, хотя всем на Эноне известно, что герольды сильны и беспощадны. Никто не удивился, когда он пострадал.

– Верно. – Но Левен по-прежнему ощущала неуверенность.

Тем временем они достигли вершины холма, где уперлись в стену высотой футов в двадцать, сложенную из бревен глубокого красноватого цвета. Стена уходила далеко в обе стороны, деля вершину холма пополам, и на всем протяжении из нее торчали деревянные колышки, а на них висели странные предметы вроде букетиков цветов и кукурузных початков, причем выглядели так, будто находятся там уже давно. Иногда среди них попадались крошечные мешочки, и Левен могла только догадываться, что в них находилось. Еще в стене была совершенно обыкновенная дверь. Королева отперла ее большим медным ключом, висевшим у нее на поясе. За дверью оказался зеленый луг: сочная трава вперемешку с полевыми цветами.

– Сейчас я покажу тебя моей королеве-консорту, девочка, – серьезно заявила королева Верла. – Посмотрим, что она о тебе скажет.

Стража осталась снаружи, встав справа и слева от двери, а Левен, Эпона и Киллиан последовали за королевой Верлой и оказались на лугу по другую сторону стены. Левен задумалась, уж не новый ли это вид магии друинов: за деревянной стеной возвышался крутой травянистый холм. По траве пролегала тропинка, которая дважды огибала холм и вела к вершине. Там сидела бледная и тонкая женщина. Ни слова не говоря, королева Верла направилась по тропинке наверх.

– Королева-консорт? Сколько же здесь королев? Зачем их вообще столько, на одном-то острове?

– Королева-консорт Вербена. – Эпона удивленно подняла брови. – Надо же, а мне никогда ее раньше не показывали! Надо мне, наверное, брать тебя с собой каждый раз, когда я соберусь в Корнвуллис, герольд.

– Тебе что, понравилось?

– А то нет? По здешним понятиям это не прием, а праздник.

Они все трое поднялись на холм следом за королевой. Вокруг стояла такая тишина, что слышно было дыхание людей и ленивое жужжание пчел, круживших над полевыми цветами. Казалось, холм находится не посреди оживленного портового города, а на краю света. Когда они уже подходили к вершине, им открылось море – сверкающий синий простор, усеянный скорлупками кораблей. Левен рассудила, что в случае нападения захватчиков с моря лучшего наблюдательного пункта, чем этот холм, и придумать нельзя, однако было ясно, что люди приходят сюда редко: трава была высокой, а камни под ногами – чистыми и неистертыми.

На вершине королева Верла остановилась и опустилась на колени перед женщиной, которая сидела на траве.

– Любовь моя, – Верла взяла бледную руку женщины и поцеловала костяшки ее пальцев, – я привела к тебе наших гостей.

Королева-консорт повернула к ней голову, опустила веки и снова подняла их так медленно, словно ей стоило больших усилий сфокусировать взгляд. Она была высокой и тоненькой, с густыми распущенными волосами такого светлого цвета, что они казались почти белыми. Ее странный наряд состоял из множества лоскутков разных цветов и даже размеров, собранных в свободное не то платье, не то мешок. «Побирушка какая-то, а не королева», – невольно подумала Левен. Босые грязные ноги королевы и остекленевшие, почти безумные глаза как будто подтверждали это подозрение.

– Кто здесь?

Шею королевы-консорта обнимала серебряная нить, на которой висела пустая желудевая шапочка, позолоченная изнутри. Заговорив, она взялась за нее своими длинными белыми пальцами.

– Герольд. Помнишь, Вербена, я говорила тебе, что она идет к нам. Скажи мне теперь, что думают о ней наши повелители и повелительницы?

Левен огляделась, ожидая, что вот-вот появятся еще люди, но тут трава зашелестела, словно от порыва ветра, и из нее выбежали те самые мелкие твари, которых она видела, когда упала на холме. Они окружили королеву-консорта. Левен даже шарахнулась, но обе королевы отнеслись к этому вторжению совершенно спокойно. Вербена опустила на землю ладони, и крошечные существа полезли по ее рукам и плечам и скрылись в густых волосах.

– Эти твари… – Левен сделала еще шаг назад и наткнулась на Киллиана. – Кто они?

– Пикси, – ответил он еле слышно. Он придержал Левен одной рукой, но тут же отпустил. – На твоем месте я бы помалкивал. Они обидчивые.

– Что?

Один крысеныш уселся на ладони королевы-консорта. На голове у него красовалась маленькая синяя шапочка, крошечные ручки мирно лежали на коленках. Вербена подняла его к груди, и он