Кавитри - Аман Дж. Беди

– Нет, – возразил Ратан.

– Что?

Он ткнул большим пальцем за плечо, в сторону обнесенного оградой поля. Несколько буйволов лениво дергали реденькую траву, с полным безразличием глядя на людскую суету.

– Не здесь, а там, – пояснил он. – Тренировки Сифона обычно проходят на этом поле. Бывают еще на стадионе для пикхади, но редко.

Кави глянула на ближайшего буйвола.

– Но Вэйголу оттуда видать, – пожал плечами Ратан, – так что…

Кави уже хотела сказать, что видеть и быть внутри – совсем разные вещи. Но вовремя заметила у него на губах самодовольную усмешку, означавшую «хорошо я тебя подколол?».

Шутник, так тебя растак.

– Поеду встану где-нибудь у канала, – сказал он. – Найдешь меня, как освободишься.

Влившись в толпу, Кави вошла на территорию Вэйголы. Потрясенно глядела вокруг: неужели она и вправду здесь? И, чтобы убедиться, трогала кончиками пальцев все подряд: кирпичи ограды, чугунные столбы фонарей, влажные листья идеально остриженных деревьев и кустов, шершавые камни мостовой, гладкий мрамор стен, прохладную воду фонтанов. Забывшись, хотела потрогать и мага, который шел мимо, но вовремя сообразила, что это может плохо кончиться.

Все указатели и таблички, как и обрывки разговоров, не оставляли сомнений: сегодняшнее собрание – только для боевых магов и курсантов Сифона. У артефакторов и целителей будут отдельные, в другие дни и в другой части гигантского кампуса.

Здание, увенчанное черным мраморным куполом, было центральным. Другие, поменьше, отходили от него, как паучьи лапы. Корпус Ламиры: аудитории A – H, гласила табличка на входе. Аудитория В, где было назначено собрание, оказалась огромным просторным залом, в который выходил длинный коридор. Ряды скамей амфитеатром спускались к трибуне, вокруг которой тоже хватало места.

Кави показала квитанцию какому-то привратнику, и он велел ей пройти в «стоячую» часть зала, где уже собирались типы самого подозрительного вида. Свет магических фонарей придавал их лицам зловещий мертвенно-желтый оттенок. Никто не обращал на Кави никакого внимания. По крайней мере, явно. Но девушка чувствовала: все уже поняли, кто она такая, и заранее ополчились против.

– Йелла, ты уверен, что оно того стоит? – спросил мужчина, стоявший впереди.

– Конечно. – Йелла ободряюще похлопал своего нервного приятеля по плечу. – Дело за малым: попасть сюда, в Вэйголу, и все у нас будет тип-топ! Только представь: стипендия до конца учебы! Пенсия в отставке!

– В отставке? А крельцы? Они разве не…

– Ой, Клинки нынче нужны только для галочки! Никакой войны не будет, понимаешь? По-твоему, крельцы могут пересечь Мертвые Земли? А? Ни хрена они не могут! Мы в безопасности, это все Совет, чтоб его. Поднимает шум на пустом месте, только и всего. А вообще, знаешь, – Йелла понизил голос, – опытом здесь с нами никто не сравнится. Уж нас-то точно возьмут. Наверняка.

Всем бы такую уверенность… В зале уже толпилась минимум сотня будущих курсантов. Двадцать пять из ста – неплохой расклад, и шансы тоже неплохие. Но вероятность погибнуть все-таки намного выше. Намного.

Но ни Кави, ни ее соперников это не останавливало.

Когда Вэйгола только открылась, многие жаловались на невозможность туда поступить. Возмущались, что, мол, нечестно: и в маги не возьмут, как ни старайся, и Клинком не станешь – их вообще набирают только из военных. Жалоб и жалобщиков становилось все больше. А тут еще наступил год выборов, и какого-то кандидата осенила гениальная мысль:

– Мы прихлопнем двух крыс одной метлой!

– Здорово! А как? – наверняка встрепенулся какой-нибудь подхалим.

– Объявим, что Вэйгола готова обучить на Клинков… скажем, двадцать пять человек из гражданских.

– Двадцать пять? Так много? Ура! – обрадовался тот же подхалим.

– Да, она возьмет двадцать пять человек… которые пройдут испытания.

– Ооо! Испытания!

– Да-да. Причем финал будет на большом стадионе, все горожане смогут прийти посмотреть. Сделать ставки, выпить, поглядеть, как люди убивают друг друга, – словом, развлечься. Что скажете?

– Вы великий человек, я непременно за вас проголосую!

Вот так и возник Сифон, а того засранца избрали в Совет. Мероприятие сразу стало безумно популярным, а число погибших из года в год стремительно росло. Конечно, теоретически Сифон мог проходить и вовсе без жертв, но это его создателям было невыгодно.

Кави вздохнула. Вытянула шею, чтобы получше разглядеть боевых магов. В отличие от нее и ей подобных маги имели право пристроить задницы на холодных каменных скамьях. Все они выглядели по-разному, но что-то в их внешности было не так. Походка казалась тяжелее, чем у других. Взгляд, мгновение назад ясный и живой, мог внезапно остекленеть. А выражение лиц порой противоречило словам и жестам.

И маги, и курсанты продолжали прибывать. Скоро Кави оказалась зажата между высокой женщиной со множеством шрамов и толстяком, от которого несло араком. Наконец ударил гонг – так громко, что по ушам резануло. Низкий гул раскатился по залу, и настала тишина.

– Ректор Вэйголы, архимаг Фарра Дугаль! – объявил мужской голос. Он шел ниоткуда и в то же время словно отовсюду.

Ректор поднялась на трибуну и направилась к ее центру. Парадная черная мантия развевалась, каблучки сапог дробно стучали по деревянному настилу. Остановилась она посреди трибуны, на самом ее краю, Кави даже было немножко видно. И протянула к залу ладонь, на которой лежало одно-единственное, многократно увеличенное зерно риса.

– Знаете ли вы, что это такое? – спросила она. Магически усиленный голос легко разнесся по залу.

Ректор ждала ответа, но никто не произнес ни слова. Где-то далеко залаяла собака.

– Вот вы, – ректор наставила палец на ближайшего мага, – способны такое создать?

Маг непонимающе пялился на рисовое зерно у нее на ладони.

– Ну? Можете или нет? С помощью Харита, вашего Джинна? Используя его мааин?

Маг вздрогнул.

– Нет, мэм.

Улыбнувшись, ректор кивнула и спрятала зерно куда-то в складки мантии.

– Мааин может исцелять. Может уничтожать, менять, улучшать. Но создавать он не может.

Фарра Дугаль умолкла, оглядела собравшихся магов. И продолжила:

– Мне все равно, с какими предубеждениями вы сюда явились. Теперь вы должны их отбросить. И посвятить всю оставшуюся жизнь служению тем, кто не говорит с Джиннами.

На галерке недовольно заворчали.

– Мы служим им, – она еще повысила голос, и он зазвенел под сводами зала, как гонг, – потому что без фермера давно бы умерли от голода. Без простого солдата так и остались бы под гнетом Империи. А без народа не было бы и Республики, – докончила она, сурово глядя на магов.

Кто-то в углу зааплодировал, его поддержали другие. Кави тоже пару раз хлопнула из вежливости.

– Вот уже больше двух веков Вэйгола является опорой всей Раайи, – с каменным лицом продолжала ректор, когда аплодисменты смолкли. – Наши целители ежедневно спасают несметное множество