Комендантский час - Джейн Коуи

Глава тридцать третья. Сара

В пятницу Сара отправилась на работу с ощущением тяжести в животе. Трудно было представить, что всего несколько недель назад она до того любила свою работу, что мечтала заниматься ей вечно. Ее долгосрочные амбиции были отмечены в календаре, который она хранила в планшете. Еще полгода – и она старший инспектор. Еще год – и она руководитель центра. Сара сомневалась, что это по-прежнему достижимо сейчас, учитывая недавние события, смерть Пола Таунсенда и пропажу ключа. Все катилось под откос. На работе она боялась снова ошибиться, в общественных местах боялась снова наткнуться на Грэга, а в Женском доме боялась опять выйти из себя, как тогда в ссоре с Кэсс.

Она твердила себе, что все изменится. Кэсс поступит в университет, а Сара при желании переедет жить в другой город и начнет все с чистого листа на новом месте. На свете существовали и другие Женские дома и другие центры. В случае необходимости она приобретет собственное жилье, хотя ей нравилось жить с другими женщинами. С ними было не так одиноко.

Она еще раз проверила сумку и вышла из машины. День прошел хорошо, насколько это было возможно. Коллеги работали спокойно и собранно, клиенты-мужчины вели себя на редкость покладисто. Сара была рада. Она не сомневалась, что в будущем сумеет воспользоваться электрошокером, если того потребует ситуация, но она бы предпочла этого избежать.

По крайней мере, Мэйбл выглядела веселее обычного. Она принесла Саре чашку чая.

– Мне жаль, что я всю неделю ходила такая кислая, – сказала она. – Я знаю, что была невыносима.

– Ты не виновата, – заметила Сара. – Тяжелые выдались недели.

– Дело не только в работе. Я поссорилась с Элен.

– Что случилось?

– Думаю, ничего страшного не будет, если я тебе расскажу, – начала Мэйбл. – Она забеременела, оказался мальчик, и она решила его не оставлять. Том не знал. Я заметила, что не следует находиться в отношениях с человеком, от которого ты вынуждена скрывать такие вещи. Она заявила, что я им завидую.

– Иногда нужно позволить людям самим во всем разобраться, – сказала Сара и тут же поняла, что ей и самой не мешало бы следовать этому совету. Что, если просто разрешить Кэсс видеться с Грэгом, когда ей того хочется?

Мэйбл пожала плечами.

– Мне все равно, разберется она или нет.

Сара подозревала, что Мэйбл так говорит, чтобы убедить саму себя, но не стала на этом зацикливаться. Это не ее проблема. Она не хотела вовлекаться в подобные мелкие передряги, поскольку в конечном итоге все это не имело значения.

В середине дня Хадия вошла в ее кабинет и объявила, что пришел окончательный отчет из комитета безопасности. Они исследовали все данные, касающиеся смерти мужчины, которого она ударила электрошокером, включая отчет судмедэксперта, и пришли к выводу, что Сара действовала надлежащим образом и в его гибели не виновата.

У нее словно гора свалилась с плеч. Она откинулась на спинку стула и для уверенности еще три раза прочитала отчет. К глазам подступили слезы, но эмоции быстро прошли через тело, и она успокоилась, готовая принять следующего мужчину из списка, а потом еще и еще одного. Она чувствовала, что жизнь вернулась на прежние рельсы.

Оставалось лишь сообщить о пропаже ключа от электронного браслета, и она сделала это в тот же день.

– Когда вы видели его в последний раз? – спросила Хадия.

– Точно не знаю, – призналась Сара. – Все как-то перемешалось. Я не сообщила о пропаже сразу, потому что подумала, что положила его в другое место по глупости и что он вот-вот появится. Но я его так и не нашла.

Хадия выдохнула.

– Вы должны были сообщить мне сразу, как только заметили его отсутствие, – со вздохом напомнила Хадия.

– Знаю. – Сара уставилась в пол. – Я пробовала использовать трекер, но система ключ не обнаружила.

– Наверное, аккумулятор сдох. – Хадия взяла пальто и сунула руки в рукава. – Мне пора. На следующей неделе разберемся. В любом случае никто другой не сумеет его применить.

Такой шикарный результат следовало отметить. Сара прибралась в кабинете и дождалась комендантского часа, собираясь купить по пути домой бутылку вина и посидеть с миссис О’Брайен, которая неоднократно говорила ей, как важно праздновать свои победы. А это была победа. Она столкнулась с мужчиной, который собирался устроить бунт, которому хотелось бунтовать, и доверилась своим инстинктам и отреагировала. Она не стала ждать, когда случится беда. А вот с Грэгом она ошиблась. Не послушала своего внутреннего голоса, решила не видеть того, что происходило у нее на глазах, потому что увидеть означало отреагировать, начать действовать. А Сара не знала, что делать. Она не могла. Больше никогда, никогда в жизни она не станет сомневаться в себе.

Она прошла половину парковки, когда вдруг разглядела что-то под щеткой своего автомобиля. Это оказалась записка, написанная печатными буквами на дешевой белой бумаге.

«Я ЗНАЮ, ЧТО ТЫ СДЕЛАЛА, СУКА, И ТЫ ОБ ЭТОМ ПОЖАЛЕЕШЬ».

Похоже, Таунсенды перешли в наступление.

Глава тридцать четвертая. Кэсс

Кэсс не видела Берти уже два дня. А по ощущениям – гораздо дольше. Она думала только о нем. Она снова и снова прокручивала в голове их разговор и поцелуй на улице, пока они не поднялись до волшебного, кинематографического уровня. Она вспоминала их прогулку будто со стороны, как если бы наблюдала за собственным выступлением. Кэсс упрямо строчила ему сообщения во вторник вечером, не в силах остановиться, хотя он сказал, что не может отвечать, потому что его подруга дома и ему негде уединиться.

К полудню среды почувствовала, что сходит с ума. Она отчаянно хотела знать, что он делает, о чем думает и вспоминает ли о ней. Кэсс хотела, чтобы он расстался со своей девушкой, и ей становилось все труднее понимать, почему он этого не делает. Он отвечал на ее сообщения с такой задержкой, что на перемене она плакала в туалете, уткнувшись лицом в рукав в надежде, что девчонки ее не услышат. Радостное возбуждение в мгновение ока сменялось глубокой депрессией, и, что еще хуже, у нее не было подруг, чтобы с ними это обсудить. Разобрать каждое его слово, препарировать каждое сообщение. Она дословно изучила его профиль на iDate, но то и дело заходила на него посмотреть, не изменилось ли там что-нибудь.

Единственным человеком, с которым она могла поговорить, был Билли, а она его избегала, потому что он просил вернуть ему