Комендантский час - Джейн Коуи

– Нет, они пришли сюда. Нас в центр не пускают.

– Господи, с вами реально обращаются как с преступниками.

– Так и есть. – Он сел на диван, положил лодыжку с электронным браслетом на колено и потер ее. – По-моему, электронный браслет установили слишком тесно. Проклятая штуковина врезается в кожу. Но разве они согласятся его ослабить? Сказали, что все в норме.

– Как все может быть в норме, если он натирает?

– Я им так и сказал. Они посоветовали смазать ногу антисептиком, но мне такой крем не по карману.

– Я куплю, – с готовностью выпалила Кэсс. – Какой именно крем ты хочешь?

– Не знаю. Давай зайдем в магазин за углом и посмотрим, что у них есть?

– Давай.

В магазине она купила ему не только крем-антисептик, но и увлажняющий лосьон и детское масло.

– Спасибо, Кэсси, – поблагодарил он. – Ты меня выручила.

– Не за что, – выпалила Кэсс, подавляя раздражение. Она злилась, представляя, без чего ей придется обойтись из-за его шоппинга. Но это папа, и у него ничего нет. Ему нужна лишь пара туалетных принадлежностей, и ей совсем не хотелось его сердить.

Они не спеша возвращались в Риверсайд. Грэг останавливался каждые несколько метров и тер лодыжку. Он предложил Кэсс зайти к нему на чашку чая с печеньем, и она согласилась, хотя ничего хуже и представить себе не могла. Чай был безвкусным, печенье дешевым. В квартире этажом ниже на полную катушку играла музыка и словно просачивалась к ним сквозь пол.

Грэг опять потер лодыжку, подтянул брючину и показал ей электронный браслет. Кожа вокруг выглядела красной и воспаленной, и даже Кэсс было ясно, что браслет слишком тугой.

– Поверить не могу, что они такое допускают, – сказала она.

– Не думаю, что наше благополучие является их основным приоритетом.

– Но так должно быть. Заботиться о людях – их обязанность.

– Я бы не стал им об этом говорить. – Он побарабанил пальцами по бедру и вздохнул. – Послушай, я знаю, что сорвался на тебя в последний раз, когда мы виделись. Я был в шоке, когда ты сообщила, что у тебя… есть эта штука. Она же все еще у тебя, да?

– Да.

– Как думаешь, мы могли бы… хотя нет.

– Что?

– Ты можешь ослабить мой электронный браслет? Самую малость?

Кэсс знала, что не должна этого делать. Ей не хотелось ввязываться в историю с еще одним электронным браслетом. С другой стороны, это был папа, и он просил всего лишь ослабить его. Она вспомнила, как ее мать поступила в центре с тем мужчиной, который пожаловался, что его браслет слишком тугой. Такой участи своему отцу она не желала.

– Могу попробовать. – Кэсс открыла сумку и нашла ключ. Она слегка повернулась в сторону, чтобы он не видел, как она его активирует, и заволновалась, что он не сработает. Но все прошло как по маслу. Она разблокировала его, изо всех сил стараясь не касаться ран на коже. Но он все равно вздрогнул. Она отрегулировала ремень и собиралась заблокировать электронный браслет, когда Грэг наклонился и проверил посадку большим пальцем.

– Можешь сделать еще свободнее? – попросил он. – Иногда мои лодыжки опухают, и становится невмоготу.

– Конечно, – ответила она и ослабила электронный браслет еще немного, а затем, поймав его безмолвный сигнал, отпустила еще. В конце концов он удовлетворенно кивнул, и она заблокировала прибор.

– Вот так-то лучше, – обрадовался он, наградил ее улыбкой и предложил еще печенье. Кэсс отказалась. Она заглянула в свой планшет и сказала, что ей пора. Грэг попросил ему написать, чтобы он знал, что она благополучно добралась до дома. Он добавил, что был рад повидаться и что скучал по ней.

Может, не такую уж большую ошибку она совершила, украв ключ?

Глава тридцать пятая. Памела

Наши дни

14:25

После второго выхода к прессе я снова оказываюсь в кабинете Сью Фергюсон. Я покорно сижу на стуле, пока начальница нависает надо мной, буквально раздавливая своим авторитетом… На меня обрушивается ливень ее ярости. Капли перчат мою кожу, и мое лицо горит.

– Как вы могли повести себя так глупо? Так легкомысленно? – Подбоченившись, она меряет кабинет шагами. – Почему вы никак не разберетесь в ситуации? Что здесь трудного?

– Я не повела себя легкомысленно, – возражаю я. – Я повела себя честно.

– Людям не нужна правда. – Ярость словно покидает ее, и она опускается на стул с другой стороны стола и закрывает лицо руками. Она стонет. – Вы опытный офицер полиции, Памела. Вы знаете, что все гораздо сложнее, чем просто найти убийцу.

На самом деле нет. Для меня это единственное, что имеет значение.

– Как это может быть сложнее?

Она смотрит на меня, не понимая, как можно быть такой тупой.

– Из-за комендантского часа, – говорит она.

– Что? Убийца не мог быть мужчиной, потому что он бы не вышел на улицу, не будучи пойманным? Так вот послушайте, Сью: по-моему, есть неплохой шанс…

– Стоп! – перебивает она меня и щиплет переносицу. – Даже не вздумайте идти по этому пути. Вы меня поняли? Я не позволю. Я уже предупреждала вас о том, что случится, если вы это сделаете, Памела.

Вот тогда я наконец понимаю. Ее прислали сюда не для того, чтобы раскрыть это дело, а для того, чтобы раскрыть его правильным образом, как в тех других случаях, с наездом и ножевым ранением. Вот почему никто из специалистов, расследовавших те дела, со мной не говорит. Потому что они знают. Интересно, как именно их заставили молчать.

– Комендантский час работает, – говорит Сью. – Это единственное, что позволяет нам сохранять его и удерживать до сих пор. Мы обе знаем, как многое он изменил. Скольких женщин он спас. Но его положение очень шаткое, и мы можем его потерять, Памела. И быстро. Законы легко отменить.

И для всего-то этого требуется арестовать одного мужчину.

– Нужные нам доказательства у нас есть, – продолжает она, – и мы раскроем это дело. Мы знаем, что Сара Уоллес точно пропала. Сегодня утром она не вышла на работу; женщины в Женском доме не знают, где она; ее планшет не отвечает. Недавно Рэйчел подкинула мне имя другого интересного человека. Скарлетт Колдуэлл. Похоже, она как-то связана с Сарой Уоллес, данные ее планшета показывают, что прошлой ночью она дома отсутствовала. Я уже отправила к ней полицейских, и мы проверяем возможные мотивы.

– А как насчет мужской ДНК на теле?

– Этому может быть множество объяснений.

– Например?

Сью игнорирует мой вопрос.

– Самое главное – представить эту историю так, чтобы общественность поняла.