Комендантский час - Джейн Коуи

– Пожалуйста, – умолял он ее в тот день в школе. – Зайди ко мне после школы. Или сделай это сейчас, если хочешь. Можем спуститься на поле, там нас никто не увидит. Он уже на мне, смотри. – Он задрал штанину брюк и показал браслет. Билли обернул его вокруг лодыжки и закрепил скотчем.

– Нет, – отрезала Кэсс. – Подождем еще пару дней.

– Зачем?

– Потому что я так хочу, – резко заявила Кэсс и направилась обратно в женский туалет, куда, как она знала, он не войдет. Власть, которую она над ним взяла, во многом компенсировала отсутствие к ней интереса со стороны Берти и отца.

Давить на Грэга она боялась. Оставался Берти. Последний урок Кэсс просидела как во сне, а когда прозвенел звонок, ушла, не дожидаясь Билли. Она села на автобус до города и добралась туда к началу пятого.

Она рванула к «Кофе-паузе». Через окно увидела, что Берти внутри. Сердце радостно подскочило. Она быстро поправила волосы, проверила отражение в окне, пожевала губы, чтобы они стали розовее, толкнула дверь, вошла и решительно направилась к барной стойке.

– Привет, Берти, – радостно поздоровалась она.

Он был не один. За стойкой стояла женщина, невысокая, хрупкая и белокурая, одетая в стандартную форму из черных брюк и рубашки поло. Скользнув взглядом по Кэсс, она вернулась к чистке кофемашины.

– Привет, – ответил Берти, покосившись на коллегу. – Что вам предложить?

Вовсе не такой ответ надеялась услышать Кэсс. Он даже не обрадовался ее приходу. Она ничего не понимала.

– Ванильный латте, – произнесла она, порылась в сумке, достала планшет и оплатила заказ. Напиток для нее приготовила блондинка, явно не мастер своего дела. Кэсс нашла место за пустым столиком, села лицом к барной стойке и уткнулась в планшет. Она чувствовала себя разбитой.

Планшет загудел: пришло новое сообщение. От Берти. Она бросила быстрый взгляд на стойку, но он в ее сторону не смотрел.

Зачем ты пришла?

    Хотела тебя увидеть.

Сейчас не время.

Женщина за стойкой что-то сказала, должно быть, что-то забавное, потому что он рассмеялся.

Кэсс сделала еще один глоток. Напиток показался ей слишком приторным, и вообще – его было слишком много, он был ей не нужен. Не одолев и половины, она встала из-за стола и вышла. Кэсс чувствовала себя разбитой и разочарованной, и ей стоило огромного труда не расплакаться. Но она не выдержала и разрыдалась еще до того, как успела завернуть за угол, и теперь стояла там, вытирая лицо рукавом и шмыгая носом.

Там и нашел ее Берти. Он подходил медленно, спрятав руки в карманы штанов.

– Кэсс?

– Что?

– Почему ты плачешь?

– Я не плачу.

– Плачешь.

Она решительно вытерла лицо и с трудом сглотнула.

– Тебе-то что?

Его лицо помрачнело.

– Чем я такое заслужил?

Кэсс царапала землю ботинком.

– Ничем, – пробормотала она.

– Послушай, – сказал он. – Ты застала меня врасплох, вот и все. Тебе известно, что у меня дома все сложно, а люди, с которыми я работаю, этого не знают.

– Я не хотела, чтобы у тебя возникли проблемы, – пролепетала она, посмотрев на него.

– Вот и славно. Напишу тебе позже, хорошо?

– Хорошо.

– Ты не можешь являться сюда ни с того ни с сего, когда я на работе. Если ты заходишь, а рядом со мной еще один сотрудник, мы делаем вид, что незнакомы. Договорились?

– Договорились, – пообещала Кэсс и вымученно улыбнулась. Она задержалась, надеясь на большее, надеясь, что он украдкой ее поцелует, но нет.

– Ты слишком хороша для меня. Я тебя не заслуживаю. – Он запрокинул голову и провел руками по лицу. – Мне пора. До скорого, да?

– Ага, – сказала Кэсс. Он развернулся и ушел, пока она нервно теребила свою куртку. Ее глаза воспалились, кожу на лице неприятно тянуло. Она выставила себя дурой. Ей было плохо, к горлу подкатывала тошнота. Хотелось спрятаться от всего. Но внешний мир умел вовремя напоминать о себе, и по дороге домой она получила сообщение от отца.

Нужно с тобой кое о чем поговорить.

Ответь как можно скорее.

Она ответила, и он попросил ее приехать к нему в Риверсайд. Ей туда совсем не хотелось; не хотелось сталкиваться с запахом мочи в прихожей, с грязной лестницей и с мужчиной, жившим по соседству с Грэгом. Но она все равно поехала.

Для того чтобы подняться по лестнице и постучаться в его дверь, требовалась определенная смелость. Мало того что место было отвратительным, так она еще и боялась, что он на нее до сих пор сердится. На ее рассказ о ключе от электронного браслета он отреагировал так, что она почувствовала себя лопнувшим шариком. Сморщенным и никчемным. Последние несколько дней к ней возвращалось все больше воспоминаний детства, и она уже не могла притворяться, что никогда не сталкивалась со вспыльчивостью отца. И побагровевшее лицо, и страшный, немигающий взгляд – все это было ей знакомо. Разница лишь в том, что они никогда не были адресованы ей, и она не ожидала, что станет объектом его агрессии. Грэг злился только на Сару и всегда только по вине Сары.

С Кэсс он был добрым и веселым. Приносил ей сладости в постель, покупал любую игрушку, какую она хотела, даже если Сара была против, а однажды отвел ее прокалывать уши, после того как мать это запретила, обосновав свой отказ тем, что это закончится инфекцией.

В этом Сара не ошиблась. Кэсс до сих пор помнила, как проснулась среди ночи от пульсирующей боли в горячем ухе, как прокралась в ванную и достала из шкафчика обезболивающее. Сара отвела ее к врачу, чтобы ей прописали курс антибиотиков, хотя Грэг утверждал, что она слишком остро реагирует и все пройдет само за пару дней. Она об этом забыла. И теперь прикоснулась к уху и нащупала маленькую серебряную сережку-гвоздик.

Когда Кэсс поднялась по лестнице, Грэг открыл дверь. Он раскрыл объятия, и она прильнула к нему, а он стал раскачивать ее из стороны в сторону.

– Рад тебя видеть. Как прошла неделя?

Об их последней встрече он не упомянул. Если он решил делать вид, что ничего не произошло, Кэсс была рада это поддержать. Она вся расслабилась.

– Нормально. А ты как?

– Ничего интересного, о чем можно было бы рассказать, – произнес он и громко выдохнул. – Где мои манеры? Заходи. – Он отступил и впустил ее в квартиру. – Сегодня утром у меня проверили электронный браслет, что весьма кстати, учитывая последние события.

– Ты ходил в центр? – спросила Кэсс и подумала о