Колыбель Мрака - Настя Полос

глаза Рууна затянулись дымкой воспоминаний. – Роды были тяжелыми, Дарин уже тогда обладала непомерной мощью. Ее протектор разорвал стены дома и ураганом окружил Пайран. Даже Райлан сгустил тучи, давая моему ребенку силу сумрака, чтобы облегчить ее появление.

Руун прикрыл веки. По его телу прошла дрожь, такая же сотрясла все тени в доме.

– Дарин училась с детства. Тени всегда были с ней. Но они были… естественны. Когда она… исчезла, – с трудом произнес он. – Я не знаю, что произошло, – теперь уже горько прошептал он, – но думаю, собственная магия Дарин скрыла ее от всех нас. А потом заперлась на ключ. Все эти годы она ждала… спасения?

Дэвол терял над собой контроль, привлекая все больше мраков, но даже не замечал этого.

– Но никто не пришел. Когда Дарин приняла… преобразилась, она узнала меня. Но не как отца. А как того, кто ее запер. Моя малышка ждала, надеялась на спасение. Но я не пришел. И то, что хотело просто укрыться, осталось на года запертым. Магия сама по себе не имеет разума, но она отравляет нутро, заставляя его гнить. Злоба, агония, алчность… Безумие…

– Она не была такой, – тихо ответил ему я. – Теодора сильная. Да, она немного раздражительная, – Джессика фыркнула, – но она точно не была… безумной.

– О нет, – снисходительно и даже с сожалением произнес Руун, – она никогда не была собой. Она не разделилась, но и не была целой. Той, что вы знали, на самом деле не существовало. Дарин раздвоила сознание. Упрятала свою силу, знания и все остальное. Если бы я пришел… нашел бы ее, то… Последствия не были столь критичны. Она жила без части себя, без своей сути. А магия росла и росла, она отнимала у нее кусок за кусочком. А когда вышла на свободу, поглотила всю.

– Нет.

Руун вскинул взгляд. А я свой не отводил.

– Нет, – с нажимом повторил я. – Она осталась. Может быть, она стала сильней, может быть, она запуталась и не понимает, кто она, но Теодора все еще Теодора.

Руун стиснул зубы.

– В любом случае вы видели, какой стала ее магия и откуда она тянется. Я не знаю, почему Дальшах отдает ей столько! – В голосе Рууна сквозил гнев на собственную богиню. – Но Дарин поглощает слишком много. Все мраки, неприкаянных, всех! Чем больше она использует, тем быстрее наступит конец.

– Почему другие дэволы не остановят ее? – спросил Имран.

По свечению на лице и волнам, исходящим от него, я понял, что он злился.

Руун опустил глаза.

– Они устали и хотят покоя.

– А ты? – спросил я. – Ты хочешь остановить ее, хотя пытался стереть наш народ с лица вселенной. А теперь, когда у вас есть такой шанс, ты хочешь упустить его? Хочешь рискнуть своей расой, выбрав дочь?

Руун вцепился в меня взглядом, терзая и ища нечто.

– А ты? – вернул он вопрос.

И тут между нами установилась связь. Небольшая, но прочная. Я так же, как и Руун, готов пожертвовать всем. Делало ли это меня злом? Возможно. Но в эту минуту я обрел союзника. Жизнь Теодоры стала для нас превыше всего.

– Мы должны остановить ее, – подытожила Джессика.

– Да. Но эта девочка очень упряма, – дэвол улыбнулся. – Думаю, Дарин не сможет так легко сдаться, нужно…

– Ее зовут Теодора, – голос Джессики стал скрипучим, пропитанным отчаянной любовью и болью. – Ты ничего не знаешь о ней! Ни о том, как она росла, ни с кем. Ты не знаешь, упрямая она или нет, не знаешь, что для нее важно! Ты не видел, какой она была в детстве, не знаешь, с чем ей пришлось столкнуться. Ты знаешь, о чем она мечтала, чем жила?

По щекам девушки полились бессильные злые слезы. Ее слова – острые и прямые – достигали сердца. Наше и дэвола, что безотрывно смотрел на нее.

– Ее имя Теодора! – повторила она. – Тебя не было с ней, когда она страдала, когда плакала ночами в детском доме. Ты не знаешь, что для нее семья. Все! – крикнула она. – Но ты ей не семья. Это я, Кевин и Дилан. Мы! Мы росли и растили друг друга. Ты даже не узнал ее, когда увидел! Ты… ты убил ее семью у нее на глазах, – Джессику трясло, тело окутывало белое марево. – И ты знаешь, что она никогда не простит тебя. Никогда. Поэтому ты здесь! Ты жаждешь ее прощения и готов ради этого поступиться всем, что было важно «до». – Джесс наклонилась к нему. – Я не боюсь тебя, Руун. Я уже была мертва и больше не страшусь смерти.

Мы молчали, погребенные под плитой сказанного.

– Никто не знает Теодору. Даже ты, Игнар.

Внутри все сжалось.

Это была правда.

Джессика обвела нас всех взглядом.

– Мы должны сказать ей.

– Это ничего не изменит, – проговорил Руун, глядя в пол.

– Что за бред?! – Она покачала головой. – Это изменит все!

– Сейчас это нечто большее. Она приняла свою судьбу и намерена закончить войну. Она собрала совет.

Мы переглянулись. Это значило только одно – бойня.

– Я знал вашу мать.

Руун ударял нас снова и снова. Я не знал, сколько смогу выдержать в этот раз. Но чувствовал, что мои силы держаться подходят к концу.

– О чем ты говоришь? – спросил Имран.

– Ваша мать – Талита была другом.

Гори оно все. Гори огнем, Инура, Руун, чертовы дневники! Я больше не мог… не мог!

– Она пришла к нам, в стан врага, без оружия и армии. Рассказала свою историю. Сначала никто не поверил ей. Решили убить, но потом… Случилось то, о чем она говорила. – Он набрал полную грудь воздуха. – Талита стала частым гостем на Райлане. Она и Ларан помогали нам, а мы помогали им. Когда все открылось, нам пришлось принять решение.

Время дало отсечку. Все рушилось. Внутри и снаружи.

– Талита попросила убить их.

– Почему? – прохрипел Имран, и я поблагодарил Такал, что он сам спросил это.

– Так было нужно, – заглядывая ему в глаза, почти нежно прошептал он. – Не все замыслы богов подвластны нам.

Богов. Во всем виноваты Боги, не так ли?

– Они взяли с нас обещания. И когда пришло время, Бальд убил их. С тяжелым сердцем он освободил дух ваших родителей. Быстро и безболезненно. Земля Райлана окутала их, унося в свои объятия.

– Но поединок! – Имран качал головой, не в силах понять. – Теодора убила Бальда…

– Никто из дэволов не знал о соглашении. Но мы надеялись, что родители рассказали вам и вы продолжите их дело. Но мы ошиблись. Если вы и знали, помогать не стали, встав на сторону ублюдка. Поэтому Бальд без сожаления вышел против вас.

Пока мы слушали, Джессика кипела.

– Я не понимаю, как это связано с тем, что Теодоре нельзя знать?!

– Война должна быть закончена. Пора, дитя. Все свелось к окончанию. И Дарин сделает это. Так или иначе. Но ты… ты ее мотиватор. Если она узнает, что ты жива, многое может измениться. Однако мы должны помочь ей! Предоставить больше сил, чтобы она победила, не высасывая магию!

– Ты хочешь использовать меня? Питать ее злобой и болью?! – неверующе прошептала Джесс.

– Если она зайдет слишком далеко, мы остановим ее, сказав о тебе.

– Это неправильно! – воскликнула Джессика. Я не мог с ней не согласиться, но также отчаянно понимал: если мы не остановим Кловисса, то погибнут все. И погибнет Теодора.

– А если уже слишком поздно? – Не унималась Джессика. – Если она уже переборщила с силами? Если она каждый день убивается и терзает себя? Вы не знаете ее!

– Мы скажем позже. Осталось немного. Скоро будет сделан важный шаг, и после него мы расскажем.

– Ты для этого пришел?

– Я здесь, чтобы объединить с вами силы. Я знаю про ваш маленький отряд. Видел, сколько сил вы копите, – он широко улыбнулся, – для предательства.

Но Джессику это не отвлекло.

– Ты пришел сюда, чтобы