Последний выживший самурай. Том 2 - Сёго Имамура

Они сошлись: Адасино Сикура против Адзумы Рокуити, Кинугаса Ироха против Госэна Юмы.

Сюдзиро, сражаясь бок о бок с Фунами, уловил нечто странное. Возле входной двери стоял мужчина. Из-за того, что свет бил в глаза, черты лица плохо различались, но сомнений не было.

– Маэдзима-сан, вы закончили? – грозно прикрикнул Сюдзиро.

– Сейчас, сейчас, сейчас… Всё!

– Отлично, поспешим!

Третья часть плана: как только телеграмма отправлена – начать отступление. Однако, поскольку с чёрного хода наверняка тоже враги, нужно прорываться сконцентрированными силами, а оставшиеся будут прикрывать отход, выигрывая время здесь.

Первыми отступают Маэдзима, Фунами, Кёдзин и Сикура. Кёдзин сразу отправляется к подножию Фудзи. Остальные трое незамедлительно выезжают в Токио, чтобы попытаться спасти Окубо.

Прикрывают тыл Сюдзиро, Ироха и Урумари, и они же уводят с собой Синдзиро и Футабу. Как только первая группа обеспечит путь к отступлению, под защитой Ирохи бегут и Футаба с Синдзиро.

Сюдзиро и Урумари станут последним рубежом и, выбрав момент, отступят сами. Поскольку в бою труднее всего именно отступать, этот план составил долго служивший в армии Сикура.

«Что же делать?» – лихорадочно думал Сюдзиро.

Сикура должен был отступить первым, но он всё ещё скован боем с Адзумой Рокуити. Заменить его? Нет, тогда охрана Маэдзимы станет слабее. Если тот мужчина пойдёт напролом, смогут ли его сдержать Урумари и Фунами? Нет… Этот необузданный тип, возможно, сначала нацелится на Футабу или Синдзиро. Тогда Кёдзину придётся уходить одному…

2

Среди шума отчётливо послышался знакомый голос:

– Ну что за красота? Просто благодать!

Мужчина шаг за шагом шёл по операционному залу, напитанному кровью и пороховым дымом. Он вышел из яркого солнечного света, и черты лица прояснились. Он…

– Кандзия Букоцу… Почему он здесь? – сквозь зубы процедил Сюдзиро.

– А вот и ты. Я так долго тебя искал!

– Тебе нужен я?

– Конечно. А кто же ещё? – фыркнул Букоцу.

Сейчас было неважно, как он оказался тут. Радовало одно: его интересовал только Сюдзиро, а до Маэдзимы, похоже, не было дела.

– А какие же у тебя товарищи! Как же великолепно! Голова идет кругом! – глядя на Сикуру и Ироху, Букоцу улыбнулся.

– Проклятье! Мелкая тварь…

– У тебя сердце сейчас из груди выскочит. Это из-за мелкой твари-то? – Ироха смеялась над Госэном, у которого от ярости побагровело лицо.

Его атаки уклонялись, отбивались, парировались, а Ироха даже не была задета. Взамен с каждой новой попыткой на теле Госэна появлялись всё новые раны – и глубокие, и поверхностные.

– Чего не подходишь, а? – холодно спросил Сикура у Адзумы.

Адзума держался от Сикуры на почтительном расстоянии, ловко уклоняясь от ударов и выжидая момент для смертельной атаки, – точь-в-точь как разъярённый шершень.

– Коснёшься – и меч сломается, да?

– Не только меч. И человек сломается.

От слов Сикуры Адзума содрогнулся, словно от озноба.

– Я остановлю его. Стреляйте!

В тот миг, когда Адзума отдавал приказ стрелкам позади, грудь Сикуры слегка вздыбилась, и он прошептал:

– Рэндзё.

Одним рывком он подлетел к Адзуме и нанёс удар.

– Гх…

Адзума парировал, притянув клинок к себе. Но с пронзительным лязгом меч поддался и сломался. Удар Сикуры даже не замедлился и глубоко пронзил грудь противника. Тут же раздались выстрелы, но Сикура, не теряя ни секунды, использовал тело Адзумы как живой щит, прикрываясь им. Тот, прошитый очередью пуль, испустил дух. Нет, он, наверное, умер в тот самый миг, когда удар пронзил его сердце. То дыхание, что он использовал в последний момент, было Рэндзё. Благодаря ему он в последний раз собрал все силы и добил врага ударом Хагуна.

– Ох. Что это? Как прекрасно! Эй ты, сразись и со мной! – Букоцу указал на Сикуру. Но тот, удостоив его презрительного взгляда, убежал к своим.

– Я всё. Ироха тоже скоро закончит.

– Хорошо.

– Справишься? – Сикура кивнул в сторону Букоцу.

– Не переживай, позаботься об Окубо-сан, – попросил Сюдзиро, и Сикура, молча кивнув, вместе с Маэдзимой и Фунами направился к чёрному ходу.

– Сюдзиро, я тоже пошёл, – отозвался Кёдзин.

Как и было задумано, он вывел Футабу и Синдзиро, как только Сикура и остальные обеспечили путь к отступлению. Они договорились встретиться в следующем пропускном пункте, Синагаве, не важно, одолеют они заговорщиков из кодоку или нет.

– Хорошо, мы дальше сами.

– Кёдзин-сан, прошу, только не совершайте глупостей, – Футаба строго посмотрела на него снизу вверх.

– Не переживай. Мы же союзники.

– Ладно.

Кёдзин, потрепав Футабу по голове, развернулся и бросился за Сикурой.

– Тыл прорвали! Нужно подкрепление!

По команде того, кто, видимо, был младшим офицером, часть солдат вышла из операционного зала наружу, и натиск заметно ослаб. К тому же то, что Адзума Рокуити был так быстро убит Сикурой, вызвало замешательство, особенно среди патрульных и оставшихся немногочисленных мечников. Пока Сюдзиро разговаривал с Кёдзином, это замешательство только росло.

– Невозможно… – прохрипел Госэн Юма, сражавшийся против Ирохи.

Беглый взгляд отметил на его теле больше двадцати ран от меча. Но добило его перерезанное горло. Сделав последний судорожный жест – будто пытаясь собрать хлещущую из раны кровь, – он тяжело рухнул на колени.

– Что-то я не в форме, – бросила Ироха и, размяв уставшее запястье, подбежала к остальным.

– Прошу, позаботься об этих двоих. Дальше всё делаем, как договаривались.

Настала очередь Ирохи бежать, прихватив Футабу и Синдзиро. Сюдзиро пообещал к ними присоединиться через три станции, в Какэгаве.

– Справишься? – она спросила ровно то же, что и Сикура.

– Волнуешься, что ли? – улыбнулся Сюдзиро.

– Без тебя сложновато будет с Гэнто-саем разобраться.

– Не переживай. Я же пообещал.

Оказалось, что Урумари тоже владел мечом. Засунув один из своих револьверов за пояс, он сражался, держа в правой руке подобранный с пола клинок, а в левой – второй ствол. Враги, и так уже поредевшие, а теперь ещё и вовсе лишившиеся Адзумы и Госэна, впали в панику и даже против одного Урумари не решались атаковать.

– Что ты собираешься сделать? – изумилась Ироха, увидев, как Сюдзиро поднял с пола винтовку.

– Хочу устроить пожар.

В такой ситуации, если в конце концов отступать придётся вдвоём с Урумари, без этого не обойтись. Собрав разбросанные по полу листы и обмазав их порохом, Сюдзиро высек искры курком винтовки. Вспыхнуло пламя. Подбросив ещё бумаги, когда огонь разгорелся, он пнул костёр ногой. Горящие клочья разлетелись, быстро занялись на разбросанных документах, и густой дым начал заполнять зал.

– Уходи! – закричал Сюдзиро.

– Миямото-доно, помогите… – взмолился к Букоцу патрульный, волоча раненую ногу.

– Миямото? А, да это ж я, – дерзко усмехнулся он.

Стало понятно. Вероятно, Кавадзи сообщил Букоцу, где находится Сюдзиро, и представил его Четвёртому отделу префектуры Сидзуока и