Ключник - Максим Казанцев

Громкий крик, вздувшиеся вены и лопнувшие капилляры в его глазах не оставляли сомнений: привратник не шутил.

— Я снимаю с тебя десять очков заслуг, — пауза. — Что до твоего вопроса… — голем взглянул на корчившегося от боли аристократа. — Он проходит испытание в полной темноте. Идет так, потому что способен на это: его тело, интуиция и чувствительность позволяют ему это. Ни артефакты, ни внешнее усиление не воздействуют на него в данный момент.

Казалось, что в голосе привратника на миг проскочило нечто похожее на искренне удивление — будто он и сам не до конца верил в происходящее.

— Но как же так… — тихо произнес Медведев, не обращаясь ни к кому конкретно.

Остальные тоже были поражены: скорость, сила и выносливость, которые демонстрировал Марк, превосходили не только возможности Медведева, но и имперского стража!

— Такое возможно, только если он…

И хоть наследник сибирского клана не договорил, по лицам окружающих было видно: этого не требовалось — все самостоятельно сделали нужные выводы, пусть те и казались фантастическими. Татьяна метнула быстрый взгляд на Сергея, застывшего рядом с каменным лицом. Воздух был густо пропитан напряжением и неверием.

Выскочив из лабиринта, Марк едва устоял на ногах: дыхание сбилось, ноги сводило судорогой, а дрожащие руки с трудом удерживали копье, весящее, казалось бы, целую тонну. Даже в штольнях рудника, задыхаясь от нехватки воздуха и стоя по колено в ледяной воде, он не чувствовал себя настолько вымотанным.

Он не мог сказать, во сколько раз было ускоренно время внутри и сколько часов ему потребовалось на прохождение испытания. Единственное что ясно чувствовал: если бы не порция еды, то он точно не смог бы дойти до конца без остановок на отдых.

И, конечно, стоило отдать должное Губителю и костюму!

Удивительно, но нанесенные однажды руны укрепления и остроты продолжали работать даже здесь — эффект от них сохранился. Возможно, дело было в том, что материалы не содержали накопителя, а были изменены на молекулярном уровне…

Марк не видел смысла гадать — важен был итог: несмотря на пропущенные под конец удары, серьезных ранений не случилось, только синяки да ссадины на руках и ногах.

Все эти мысли пронеслись за считанные секунды — ровно столько понадобилось Марку, чтобы протереть глаза и сморгнуть выступившие слезы. Преодолевая режущую боль от яркого света, он с замиранием сердца посмотрел на постамент.

«Жива…»

Перехватив Губитель, он двинулся к Алисе, вполуха слушая слова привратника:

— Поздравляю, претендент! Ты прошел испытание, продемонстрировав невероятный результат. Что ты…

— Я выбираю дополнительные очки, — наконечник копья скользнул по узлу, пройдя в считанных миллиметрах от кожи девушки.

— Ответ принят. Можешь пройти…

Дальше Марк уже не слушал — поняв, что ничего нового привратник не скажет, он закинул Губитель за спину и подхватил на руки Алису, едва не забыв про ее рюкзак. После быстрым шагом двинулся к пелене, отделяющей его от заветной комнаты: сейчас важнее всего было выбраться из зоны блокировки магии и как можно скорее приступить к лечению.

Слова привратника о суточном отдыхе впустую растворились в воздухе — их не слушал ни Марк, укладывающий девушку в рунный круг, ни остальные претенденты: ошарашенные увиденным, они молча смотрели на парня, будто перед ними стояло сошедшее с небес божество.

Или демон…

— Таня, помоги! — не сводя взгляда с мертвенно-бледного лица Алисы, крикнул Марк.

Пришедшая в себя наследница Строгановых бросилась к подруге и, упав на колени, схватила бесчувственную руку.

Через мгновение раздался ее дрожащий голос:

— Марк… все плохо. Очень. Я боюсь, что тут уже ничего… — она не смогла договорить — по щеке скользнула слеза.

— Отойди, — отодвинув находящуюся в шоке целительницу в сторону, Марк прикрыл глаза и положил ладонь на грудь Алисы, накрывая рукой кулон.

Создавая артефакт, он оставил для себя лазейку — «мастер-ключ», способный активировать его несмотря на привязку кровью.

Короткий ментальный импульс — и лечебный артефакт заработал в полную силу, буквально выдергивая хозяйку из объятий смерти. Марк чувствовал, как стремительно пустеет накопитель, заживлял самые страшные повреждения.

Но он не остановился только на этом — на треть опустошив эфирный резерв, он отправил в Алису мощное пятиранговое общеукрепляющее плетение, должное усилить действие артефакта.

«Все… теперь все будет хорошо…»

Спавшее разом напряжение, казалось, ощутили все вокруг: замершие одаренные зашевелились и начали расходиться по своим местам, не забывая бросать многообещающие взгляды в сторону компании, сгрудившейся вокруг бессознательной Алисы.

Спустя пять бесконечных минут Марк открыл глаза и, уступая место Татьяне, коротко произнес:

— Давай ты.

Молча кивнув, целительница вновь взяла Алису за руку.

Пусть Марк и мог назвать себя неплохим боевым целителем, но у него не было того, чем в совершенстве владела Татьяна: глубокой теоретической базы, столетиями передаваемой из уст в уста внутри клана. Купировав самые опасные симптомы, он без малейших колебаний доверил остальное профессионалу.

Марк немного напрягся, заметив, как непроизвольно дрогнула рука целительницы, но тут же выдохнул, услышав ее тихий шепот:

— Невероятно… — Татьяна посмотрела на него широко раскрытыми глазами, зрачки закрыли всю радужку. — Ее тело восстанавливается на глазах.

Стоящий рядом страж едва заметно дернул кистью и слегка расслабился — шепот не прошел мимо его ушей.

— Но как…

Татьяна осеклась, услышав встречный вопрос Марка.

— Через сколько она придет в себя?

Пусть целительницу и распирало от невысказанных вопросов, она сумела взять себя в руки и коротко ответила:

— Час. Возможно, меньше.

Молча кивнув, Марк прикрыл глаза, всем видом показывая, что не намерен разговаривать. Чувствуя, как уже его лечебный артефакт прогоняет скопившуюся усталость, он принялся ждать…

Ждать, пока одна упрямая особа не соизволит очнуться.

Но спустя недолгое время он встрепенулся и, поднявшись, направился к бьющему невдалеке фонтану. Наследник Щукиных, случайно оказавшийся на его пути, отшатнулся в сторону, будто от прокаженного. Не обращая на него внимания, Марк доверху наполнил флягу холодной водой.

Вернувшись к Алисе, он ненадолго задумался — и решил, что шокирующих новостей на сегодня достаточно. Порывшись в рюкзаке, достал сверток с готовой едой и, положив его рядом с флягой, снова сел ждать: он как никто другой знал, что после пробуждения девушку будет одолевать зверский голод.

Так и вышло…

Спустя сорок минут первым, что едва слышно прошептала очнувшаяся Алиса, было:

— Пить…

Опустошив залпом флягу, она прорычала, не замечая никого вокруг:

— Хочу есть!

Дальнейшее поведение девушки меньше всего походило на манеры высшей