Мастер драгоценных артефактов 6 - Александр Майерс

Увидев меня, она попыталась вскочить.

— Сиди, золотце, — махнул я рукой и сел рядом. — Дело есть.

— Какое ещё дело? Ты на ногах не стоишь.

— Знаю. Дело всё равно есть, — я перевёл дух. — К нам едут гости. Восемь броневиков и конница. Надо с ними разобраться.

Катарина поставила кружку и выпрямилась. В её изумрудных глазах блеснула решимость.

— Разобраться? — переспросила она с интонацией, которая не сулила нашим гостям ничего хорошего. — Как скажешь.

— Нет-нет-нет, — перебил я. — Стоп. Ты немало сил потратила на тех магов. А броневики наверняка защитой обвешаны, так что поступим по-другому.

Ведьма приподняла брови.

— Как?

— Сможешь наслать туман? Чем гуще, тем лучше, на всю округу.

— Туман? Так это я умею! — Катарина вдруг оживилась. — Это запросто!

Она прямо-таки засияла. Я даже улыбнулся. Потому что прекрасно понимал, откуда столько радости.

Именно этим она и промышляла раньше, когда ходила по деревням одна. Заказы были простые: вызвать дождь, разогнать тучи и всё в таком духе. Она годами делала эту работу и была в ней хороша.

А потом попала ко мне — и вокруг сплошные боевые заклятия, ледяные штормы и прочие безумства.

И тут вдруг — туман. Родное, знакомое.

— Ну так наведи, — сказал я. — И погуще.

Утро у Йордана не задалось с самого начала.

Точнее, началось-то оно как раз хорошо. Отряд с рассвета отрабатывал маневрирование, но потом на пульте в броневике командира замигал алый кристалл.

Боевая тревога!

Первым делом Йордан, конечно, решил, что это жуки. Самая частая и естественная причина для тревоги.

Но затем по связи доложили другое.

— У города похитили важный груз, — сообщил голос из переговорного артефакта. — Или собираются похитить. Точных сведений нет. Известно, что на сопровождение напали. Место — урочище у Кабаньей горы. Выдвигайтесь немедленно!

— Что за груз? — спросил Йордан.

— Это секретная информация.

— Хотя бы размер какой? Мне место в машинах готовить или нет?

— Груз большой, — сказал голос. — Очень большой. Выступайте!

Вот и весь инструктаж.

До урочища добрались довольно быстро, но всё равно опоздали. Йордан вылез из люка броневика и несколько минут просто стоял, оглядывая котловину.

Ну и побоище здесь случилось… Часть горы уничтожена, всюду тела и воронки от заклятий, земля покрыта инеем, и воздух до сих пор холодный.

Все трупы — в незнакомых одеждах, все — маги, судя по остаткам снаряжения.

Йордан обошёл котловину и нашёл ещё кое-что: гигантскую вмятину в грунте, будто здесь стояло нечто размером с амбар, и обрывки цепей толщиной в руку.

— Вот, значит, какой груз, — пробормотал он.

Отряд молчал. Молодняк рассматривал трупы и старательно делал вид, что всё в порядке. Двое отошли за камни, и оттуда донеслись характерные звуки.

Йордан их не осуждал.

По переговорному артефакту его подгоняли каждые четверть часа.

— Нашли⁈

— Нашли место боя. Груза нет.

— Ищите!

— Ищем.

— Быстрее ищите! — негодовало командование.

Полтора часа они прочёсывали местность. Ничего, что могло бы указать, куда уволокли неизвестный многотонный груз, оставившую такую вмятину.

Спас положение один из конников, который обнаружил следы в лесу.

— Командир! Тут была конница! Ушли на север. Судя по глубине отпечатков, всадники в тяжёлой броне, — доложил он.

Йордан присел над отпечатками. Да, парень был прав.

— Карту, — велел Йордан.

Он оценил местность и понял, что неизвестные ушли в сторону владений графа Шахтинского.

Йордан хмыкнул. Он про этого графа что-то слышал — кажется, в прошлом году в город приезжали купцы и рассказывали, будто в северной глуши какой-то самозваный аристократ перебил всех разбойников в своих землях. А потом вроде как научился жуков призывать и устроил взбучку армии наёмников из Мирнограда.

Обычная болтовня, скорее всего. Но слухи тоже не на пустом месте возникают…

Йордан доложил в город, и через две минуты ему передали новый приказ:

— Отправляйтесь во владения Шахтинского. Груз вернуть. Всех причастных уничтожить. Разрешено действовать любыми средствами. Выполнять!

Йордан приказы обсуждать не привык, поэтому сразу же велел своим готовиться к выдвижению.

Взять имение лесного графа — задача несложная.

Восемь боевых машин, три десятка конников в хорошей броне. Йордан был уверен, что сил хватит с запасом. Даже если у Шахтинского сотня бойцов и приличный частокол — ну, значит, придётся потратить два часа вместо одного.

Но дело было в том, что город велел напасть на тех, кто живёт за стенами. А так не делают.

Йордан сидел в трясущейся машине, смотрел в смотровую щель на проплывающий мимо лес и думал.

Аристократы в Брошенных землях — понятие условное. Никакой власти у них нет, никто их не назначал, титулы они присвоили сами или получили от таких же самозванцев по наследству. Хочешь — зовись графом, хочешь — князем, хоть императором. Всем плевать.

Но города крайне редко с ними не воевали, если не считать Баронских войн, но это случилось уже очень давно.

Причины простые. Во-первых, города живут за счёт того, что вокруг них селятся люди. Люди добывают ресурсы, занимаются ремеслом, растят скот, торгуют. А торговля — это важно для выживания города. Разоришь округу — и скоро город начнёт голодать.

Была и вторая причина. О ней не говорили вслух, но знали все.

Когда жуки хотят жрать, они не идут сразу к городским воротам. Первым делом они атакуют деревни и имения лесных аристократов. Они — буфер между инсектоидами и городами.

Бывало, конечно, что города зарывались и пытались подмять округу под себя — ввести налог, поставить своих людей, диктовать правила.

Ничем хорошим это не кончалось. Деревни просто уходили. Собирались и уходили дальше в глушь, а вокруг города оставалось пустое кольцо. Йордан слышал, что один город после такого вообще перестал существовать.

А сейчас Йордан вёл восемь броневиков на имение, чтобы уничтожить в нём всех.

Он не знал, что за груз похитили. Он даже не был уверен, причастен ли Шахтинский. А приказ ему отдали простой — сначала стрелять, потом разбираться.

— Будут последствия, — пробормотал Йордан себе под нос.

Машины продолжали движение, когда всё вокруг вдруг начал покрывать густой туман. Сначала лес просто как будто посерел. Йордан даже не сразу обратил внимание — ну, сырость, ну, низина. Потом видимость упала до сотни шагов. Потом до пятидесяти.

А через десять минут он перестал видеть собственный головной броневик, который шёл в тридцати метрах впереди.

— Всем стоп! — рявкнул он в переговорный артефакт. — Колонна, сомкнуться!

Машины замерли. Стало слышно, как в тумане испуганно фыркают лошади.

Туман был не такой, как бывает по утрам. Он был плотный, как молоко, и совершенно неподвижный.

Йордан выбрался на крышу, вытянул руку — и не увидел собственных пальцев.

—