Хозяйственный романс для попаданки - Лора Лей

Лиам Хоук Барнет, четырнадцатилетний полукровка и племянник Уайта, воспринял появление дяди без излишних эмоций, но с явным облегчением оттого, что не останется один в этом мире, а еще, что не потребуется ему идти в племя, где он не считался до конца своим.

Сомнений в том, что незнакомый молодой высокий мужчина — его дядя по матери, у юноши не было: об этом ему прямо говорил старый шаман Хитрый Лис, намекал дед, и показывало собственное отражение в зеркале. Да, сходство между ними было, несмотря на первоначально бросающиеся в глаза различия.

Белый Сокол обладал той же формой лица, скул, носа и губ, также держал лук, бросал томогавк, двигался… Но цвет глаз он взял у матери — европейки, тогда как у Пера ястреба они были желтовато-карие, как у птицы в его имени, а когда юноша злился, то вспыхивали, словно огонь. И хотя цвет кожи молодого Барнета был светлее (как ни странно), однако ирокез в нем проявлялся четче, ярче, чем в старшем родственнике по матери. Почему так? Да кто ж знает?

Похоронив деда-викария, заменившего Лиаму Хоуку отца, родственники посетили индейское поселение недалеко от города и старого шамана. Хитрый Лис посмотрел на потомков бывшего вождя, на небо и сказал:

— Я дождался тебя, Белый Сокол, поэтому выполняю обещание. Иди навстречу солнцу, туда, откуда пришли на нашу землю белые люди. Вы, оба, найдете там то, что хотите и что вам предначертано. Однако помните о наших общих корнях, нашей общей крови, тогда духи земли и неба, растений и зверей будут на вашей стороне, где бы вы ни были! У бога разные лица, но одна суть, так и знайте. Теперь идите, вам пора. Прощайте! Пусть духи предков хранят вас на жизненном пути.

Дядя и племянник, поклонившись ушли под взглядом старика прочь, купили место на корабле и навсегда покинули Новый свет.

* * *

Картинки прошлого перед внутренним взором лежащего на полу в одной из комнат Литлл-хауса черноволосого иноземца сливались в одно полотно, дыхание его постепенно выровнялось, тело расслабилось, и он крепко заснул. Утро новой жизни гостей семьи Барнет из Пендлитона, Беркшир, уверенно вступало в свои права.

Глава 43

Неожиданные гости из-за границы, легкое недомогание младшего родственника (несло мальчишку, пардон), как и привезенные им печальные новости, несколько выбили старого сквайра из колеи: он впал в меланхолию, то и дело вспоминал о покойном брате, и о поездке на север не заговаривал, хотя ранее был весь в нетерпении. Мэри беспокоилась об отце, но не знала, что предпринять.

Помощь пришла от Лиама Хоука: отлежавшись пару дней, он сам пошел к дяде и провел с ним в разговорах без малого сутки. Ни Мэри, ни Фолкэн в кабинет не совались, давая родственникам свободу общения. Может, покойный просил внука на словах сделать это, а может, мистер Барнет-старший вытягивал из внучатого племянника интересующие его сведения о жизни младшего брата, неизвестно, но результатом их долгой беседы стал повеселевший сквайр и вполне адаптировавшийся юноша.

Сэру Эбенезеру тут же захотелось побыстрее познакомить потомков с новыми родственниками, оповестить о покупке недвижимости, обговорить оставшиеся детали «плана А», на всякий случай, заручиться финансовой поддержкой… И вообще, он был в приподнятом настроении, и ему прямо не терпелось пуститься в путь, в отличие от заморских гостей — они порыв хозяина Литлл-хауса не разделили, повергнув его тем самым в недоумение, а потом и в расстройство.

— Мистер Уайт, я не понимаю, в чем причина Вашего отказа? — допытывался у молодого мужчины сэр Эбенезер. — Дорога неблизкая, да, но Лиам уже поправился, и ехать мы будем с остановками, мы всегда так путешествуем…

— Дело не в тяжести пути, уважаемый мистер Барнет, просто я не думаю, что наше присутствие там будет уместным… — начал было объясняться Фолкэн, но его перебил сквайр.

— Что за глупости, мой дорогой? Как вы останетесь тут одни? Нет, это совершенно невозможно! — распалялся старый сквайр. — Мэри, скажи что-нибудь!

— Да, мистер Уайт, простите, Фолкэн, Вам не следует отказываться. Лиаму будет интересно встретиться с кузенами, посмотреть новые места… Да и Вы, надеюсь, захотите узнать страну, в которой родились Ваши предки по матери… — заговорила Мэри. — Оставаясь же в Литлл-хаусе…

— Мы не останемся в Вашем доме, мисс Мэри. Я подумываю купить где-нибудь неподалеку дом или ферму, чтобы жить там с племянником — объявил гость, заставив хозяев открыть в шоке рты. Мэри с отцом переглянулись, помолчали…

— Мистер Уайт, простите, хочу поинтересоваться, Вы хорошо осведомлены о земельных законах и вообще о ситуации с землевладением в Британии, а также о ценах на недвижимость, если уж откровенно? — Лазаридис уставилась на смуглокожего мужчину. — Купить на острове ферму сложно и дорого, это не Америка, простите, Канада, тут каждый клочок кому-то уже принадлежит! В основном, земли для обработки арендуются или передаются по наследству, как наша, например. Дом купить можно, но …насколько Вы платежеспособны? И как Вы собираетесь содержать Лиама в дальнейшем? У Вас есть источники для оплаты его обучения, например? Или Вы не намерены этим заниматься? Как Вы видите свое и его будущее здесь? — разошлась попаданка. — Отец говорит, что у Лиама прекрасные задатки, он может поступить на юриста или механика, есть уже такие колледжи, в Бирмингеме, кажется, и медицинские курсы — тоже. Но как Вы сможете их оплатить? Вам нужна …работа, дело… Зятья — очень влиятельные и прогрессивные люди, знакомство и общение с ними пойдет Вам на пользу…

Спич дочери сэр Эбенезер поддерживал энергичными кивками головы, потом и сам вступил в диалог.

— Дорогой Фолкэн, простите горячность Мэри, но она во многом права. Вы в Британии человек новый, к тому же, сильно отличаетесь внешне, здесь люди весьма...ммм… традиционны, если можно так сказать, все необычное их пугает и… раздражает, уж простите старика, я не в обиду… Я волнуюсь за Лиама и за Вас! Зачем Вам сразу искать дом? Я предполагал рассказать о планируемых изменениях в жизни нашей семьи по приезде в Ноттингем, но раз уж так складывается… — сквайр сделал паузу и продолжил:

— К сожалению, у меня нет сыновей… Поэтому права на майорат после моей смерти перейдут другому наследнику, и им, по моим данным, станет сын дальней родственницы из старшей ветви, до последнего времени живший в Индии. Увы, Лиам, как потомок боковой младшей ветви, в настоящее время не может претендовать