Блюз поребриков по венам - Анна Игоревна Рудианова

Ясное дело, вышла из кафе я опять злой и раздражённой.

Нам предстояло тащиться обратно до машины ещё сорок минут, хотя до СМАКа было всего двадцать. Но я почему-то не развернулась и не пошагала в контору.

Мне жизненно важно было сообщить Климу, какую он совершил глупость!

– Ну и что? Пусть просит. Мне не жалко! – отмахнулся напарник. – Я предпочитаю решать проблемы по мере их поступления. Сейчас нам надо выяснить всё про демона и ещё раз допросить Тамару. Причём уже с ордером, – Клим быстро набрал номер на сотовом, вызвонил Кораблёва и договорился о задержании гадалки. И вновь вернулся ко мне: – Она внушила Ариадне бред про демона. Скорее всего, с лёгкой руки её братца. Пока не понятно зачем, если он и так получал все деньги. Возможно, хотел быстрее избавиться от отца.

– А в реальность демона ты совсем не веришь? – без особой надежды спросила я, стараясь успеть за Климом. Он держал меня за руку и тянул за собой. Но тут я остановилась и хлопнула себя по лбу свободной рукой: – Чёрт, а ведьма же может быть в сговоре с гадалкой! Вот и увела нас! Сейчас явимся, а этой Тамары и нет уже!

– Да нет, зачем ей тогда нам про Павла рассказывать?! Она, видимо, не подумала, что мы пешком за ней потащимся!

– Вы, мужики, порой такие наивные! Есть куча причин выдать чужого любовника. Может, Павел этой Цветолине отказал! Не купился на её готическую красоту. Да и потом ты же видел, как она завидовала этой Тамаре и мне!

– Тебе?

Я покраснела, не говорить же, что ведьма способна учуять сексуальное напряжение между людьми. А у нас с Климом оно разве что молнией не искрит. Но я ещё не решила, что делать мне с этим чувством.

Периодически Клим бесил меня даже сильнее, чем притягивал. Особенно своей наглостью и хамством! Но чаще, конечно, заводил. Особенно когда сканировал всепроникающим взглядом или заставлял принять его точку зрения.

– Ладно, узнаем на месте! – я решительно зашагала по очередным строительным переходам вдоль улицы Марата.

Всю улицу они решили отреставрировать, что ли? И ладно, если закончат, а то одно здание так пять лет и простояло в лесах да под перекрытиями! Реставраторы красивый баннер натянули с нарисованными окошками, никто не понял, что стройка остановлена. Не убрали забор, и ладно. И только через несколько лет встал вопрос: «А почему в этом доме ничего не работает?». А там никто ремонт даже не начинал. А подрядчик уже на Карибах!

Одним словом, все дороги ведут в…

Тут Клим резко толкнул меня вперёд. Кажется, даже локтем! Очень неаккуратно! Я бухнулась на деревянный настил, пачкая пальто, и руками приземлилась прямо в грязь. В ладонь левую заноза тут же загналась. Клим упал на меня сверху, добивая окончательно.

– И этот увалень мне про шпильки неудобные втирает! Сам еле стоишь на ногах! – попыталась вывентиться из-под напарника, но тот оказался слишком тяжёлым. Еле выползла, злая и грязная, поднялась, отряхнула руки, развернулась, чтобы высказать возмущение и ударить в ответ!

Но Клим так и валялся на земле.

– Клим! – подлетела к ковбою, дёрнула за плечо. Клим недовольно застонал. И только тут я заметила на затылке у него кровавую рану. Тягучие капли стекали по шее и грузно падали на землю.

Прохожий быстро обошёл нас, стараясь держаться так далеко, как позволяло деревянное перекрытие.

Дрожащими руками достала телефон и вызвала скорую, пока диктовала адрес, аккуратно перевернула Клима на спину, проверила все жизненные показатели, которые продиктовал дежурный.

Напарник от моих манипуляций пришёл в себя и захлопал глазами.

– Помоги сесть, Васенька, – поморщился, прикоснувшись к голове.

Я бросилась к нему на шею, придавливая к земле, и вместо помощи прижалась к его грязному пальто.

Неожиданно поняла, что слёзы катятся по щекам, и отпустить Клима не могу. Вот никогда в жизни не смогу!

Напарник погладил меня по спине, с похвальной резвостью для пострадавшего схватил меня за талию и нежно поцеловал.

ГЛАВА 20. Сбежать от дракона

ГЛАВА 20. Сбежать от дракона

Василиса

Лёгкое, почти неощутимое касание губ, мгновение, вызвавшее во мне бурю эмоций.

Он жив!

Нельзя ему умирать! Только через шестьдесят лет рядом со мной! После бурной и запоминающейся совместной жизни!

С ним я могу быть женщиной, держаться за его руку, быть слабой, несамостоятельной, глупой, дурной, любой!

Это что же получается, я его люблю?!

Некоторое время мы просто лежали рядом. Я боялась пошевелиться, а Клим или потерял сознание, или ему просто нравилось прижимать меня к себе. Второе оказалось вернее, так как вскоре он с кряхтением сел, протёр рукавом моё лицо и взмолился:

– Ну, хватит сырость разводить, мне и так по голове досталось. А ты ещё утопить меня решила.

Я бездумно ткнулась ему в грудь, с облегчением понимая, что зря переволновалась. Мой ковбой в порядке, а вот тушь размазалась по моим щекам, как раскрас боевого индейца. Тихо спросила:

– Что произошло?

– Мне показалось, на тебя кирпич падает, – Клим пнул ногой красный осколок.

Отлипла от напарника, но несильно, только чтобы повертеться и осмотреться. Над головой отсутствовала часть деревянной крыши. Ремонтируемое здание предстало во всей красе: высокая стена с выпадающими из неё кирпичами, несколько из которых валялись рядом с нами. Прохожие обходили нас и ругались на питерских алкашей.

– Можно ж было просто предупредить, – меня это происшествие выпотрошило полностью. Такой смеси эмоций я давно не испытывала, серьезно считая мою броню непробиваемой.

– Времени не было. Увидел – среагировал. Вот уж не рассчитывал его башкой поймать.

– А я скорую вызвала.

– О, ну это дело хорошее. А то перед глазами от твоей красоты всё блекнет, – Клим кивнул, обнимая меня крепче и, казалось, вставать совершенно не собирался. Будто нам торопиться некуда, и это нормально, сидеть на грязных деревяшках, обнявшись.

– Спасибо, но обещай, больше так не делать!

– Обещай, шпильки больше не носить.

– Ты женоненавистник! – искренне восхитилась тем, как он уходит от ответа.

– А ты кому так насолила, что тебя третий раз подряд убить пытаются?