Код волхва. Книга 5 - Алексей Даньшин

— Это другое! — мысленно возмутился я.

— Ну конечно! — фыркнула она.

— Ты чего такой смурной вдруг стал? — Станислав прекратил петь и пододвинулся ко мне. — Если облегчиться надо, так ты скажи только, сразу остановимся. Мне и самому уже днище слегка ломит.

Я посмотрел на него и увидел, что он так шутит. Дядька был явно в хорошем настроении от быстрой езды по льду, особенно когда мы закладывали лихие виражи на изгибах реки.

— Мой человек с князем Мстиславом в Тьмутаракани встретился, — решил я поделиться с ним хорошим известием. И тут же добавил плохого: — Там местный князь касожский Редедя нашего Мстислава на бой вызвал.

— Да ну⁉ — Станислав перестал улыбаться. — И чего? Кто кого?

— Да пока непонятно. Сейчас как раз решают, как силами меряться будут. Шастун говорит, что касог тот здоровый, как медведь.

— Ну, братец наш тоже не хрупкая девица, — ухмыльнулся дядька, но потом опять посуровел. — Что там ещё твой Шастун говорит?

— Ничего пока не говорит. Отключился. Видимо, ждёт, чем там дело закончится.

Ну не говорить же ему, что Ника мне продолжает аудио транслировать онлайн?

Вот только демонстрировать защитную сетку на Мстиславе было сейчас явно преждевременно. Потому что скажут, что князь победил нечестно, а это может только ещё хуже обострить ситуацию в регионе.

— Ника, отключи-ка ему защитную сетку на амулете.

— Ты уверен? А если вдруг?

— Ну вот ты и присмотри, чтобы, если вдруг, вот тогда и включишь… А пока рано.

…

— Чего дружины губить? — прогремел Редедя, поднимая топор над головой, чтобы его лучше видели и свои, и чужие. — Сойди с коня, Мстислав! Не оружием биться будем, а силой. Кто одолеет, тот и правду свою докажет!

В толпе касогов одобрительно загудели. У гридней Мстислава лица сразу стали каменными. Никому из них явно не нравилось, что князя втягивают в эту богатырскую дурь посреди улицы, где ещё непонятно сколько оружного народу за углами поджидает.

— Княже, — тихо сказал безымянный сотник, придерживая коня рядом с Мстиславом. — Не время ныне.

Мстислав даже не посмотрел на него.

— Время, Борис, — хрипло ответил он. — Если сейчас откажусь, завтра все скажут, что Мстислав Редеди испугался.

Он снял с плеча плащ, неторопливо спешился и передал повод ближайшему гридню. Меч оставил в ножнах, потом сам отстегнул пояс с оружием и бросил его сотнику. Только маленький нож за голенищем сапога оставил. То ли по привычке, то ли потому, что совсем без железа князья в этом мире даже в церковь молиться не ходили.

Редедя тоже отдал топор одному из своих. Щит скинул на землю, размял плечи и вышел вперёд. В кольчуге он казался ещё шире. Не человек, а глыба. Короткая бармица шевельнулась на шее, когда он мотнул головой, и пучок конского волоса на шлеме хлестнул по спине.

— Условимся! — крикнул Мстислав так, чтобы слышали все. — Если я тебя одолею, люди твои оружие сложат. Кто меч поднимет после твоего падения, тот мятежник и пёс без чести.

— А если я тебя одолею, — оскалился Редедя, — крепость откроешь, дружину уведёшь, а Тьмутаракань моя будет.

Он снял с себя шлем, и все вокруг увидели, как он плотоядно улыбается.

— Так тому и быть, — сказал Мстислав, тоже снимая шапку и передавая её сотнику Борису.

Шастун едва удержался, чтобы не выругаться. Вот прямо сейчас взять бы и приложить обоих сонным заклятием по башке. Одного — за тупую удаль, второго — за наглость. Но приказ князя Илии был ясен: не светить волшбу без крайней нужды. Да и на Редедю этого метку ещё не поставить никак.

Бой начался без красивых поклонов. Редедя рванул первым, низко, как бык, и сразу попытался подхватить Мстислава под пояс. Князь ушёл в сторону, ударил плечом, поймал касога за локоть и дёрнул на себя. Но тот даже не пошатнулся. Только хрипло засмеялся и, резко развернувшись, вцепился Мстиславу в корпус.

Толпа взревела.

Они ударились грудь в грудь. Сапоги скользили по утоптанной уличной грязи. Мстислав был силён. Очень силён. Но Редедя казался не просто здоровым. Он был из тех людей, которые рождаются будто с издёвкой над остальными: широкие кости, тяжёлые руки, низкий центр тяжести и звериная уверенность в своей силе.

Мстислав дважды пытался подсечь его, один раз почти вывернул руку, но Редедя каждый раз вырывался и наваливался обратно. На третьем захвате он поймал князя за пояс и плечо, прижал к себе, будто хотел переломить пополам, и медленно начал гнуть назад.

Гридни Мстислава дёрнулись разом.

— Стоять! — рявкнул на них Борис, сам побелевший от злости.

Шастун сжал амулет так, что синий камень больно впился в ладонь. Он уже видел, как у Мстислава на лбу проступил пот. Князь упёрся ногами, но Редедя давил. Медленно, тяжело, неотвратимо. Ещё мгновение — и что-то хрустнет. Либо хребет, либо шея.

И вот тогда амулет Илии сработал.

Для всех вокруг ничего особенного не произошло. А Шастун увидел тонкую синюю рунную сетку, мелькнувшую вокруг груди и спины Мстислава. Она просто не дала князю умереть.

Мстислав хрипло втянул воздух, будто до этого его держали под водой. Глаза у него стали злыми и ясными.

— Пречистая Богородица, помоги, — выдохнул он. — Одолею — храм тебе поставлю.

Редедя услышал и решил, что князь слабеет. Он усилил нажим, шагнул глубже, пытаясь окончательно переломить Мстислава через бедро.

И ошибся.

Мстислав вдруг провалился вниз, не сопротивляясь давлению, пропустил тяжесть касога мимо себя, вцепился обеими руками в его пояс и бедро, а потом развернулся всем корпусом на последнем дыхании.

Редедя, вложивший всю силу в прежний нажим, на миг потерял опору.

Этого мига хватило.

Мстислав с рыком подсёк его и ударил о землю так, что у ближайших лошадей подломились ноги. Касожский князь рухнул на спину, выбив из себя воздух. Мстислав упал сверху, коленом придавил ему руку, выхватил нож из-за голенища и приставил к горлу.

На улице стало тихо. Только лошади фыркали и переступали с ноги на ногу.

— Сдавай людей, Редедя, — прохрипел Мстислав. — И жив останешься.

Касог смотрел на него снизу тяжёлым мутным взглядом. Потом медленно повернул голову к своим. И Шастун понял: сейчас этот упрямый бугай не сдастся. Не потому, что не боится смерти. Боится. Ещё как боится. Но он уже вывел людей на мятеж и теперь просто не может встать с земли побеждённым.

Редедя дёрнулся, пытаясь сбросить князя, и при этом дотянулся рукой до спрятанного под кольчугой короткого клинка.

Он даже успел его вытащить, но Мстислав ударил первым.

Редедя обмяк.

Несколько мгновений никто