Значит, война - Дмитрий Ромов

— Пока ничего важного я не услышал.

— То есть вы не заинтересованы?

— Да давай ты уже!

Ну, я и дал немного. В виде небольшой справки о том, кто такой Сева Фокус, где он был и за что его разыскивают.

— С чего ты взял, что он здесь? — хмуро спросил Садык.

— Мне Ширяй сказал. Кто-то его видел, ему передали. А я, соответственно, сообщаю вам. Хоть вы, конечно, уже и хромая утка.

— Что ты сказал?

— Говорю с вами откровенно, как есть. Но хочу помочь вам встать на ноги.

— Сука. И что мне с этим делать теперь?

— Не знаю, Владимир Кажимович. По крайней мере, информация может быть полезной.

Распрощавшись с Садыком, я пошёл на кухню, сварил кофе и сделал яичницу. Поставил небольшую чугунную сковороду на доску, уселся, отломил кусочек хлеба, обмакнул в желток, кинул в рот и с наслаждением прожевал.

Снова зазвонил телефон.

— Да что ж такое!

Это была моя невеста.

— Значит так, Краснов! — с места в карьер пустилась она, без приветствий, сразу к делу.

— Слушаю тебя, любовь моя, — сказал я и сделал глоток из чашки.

Кофеёк получился что надо. Крепкий. Прошибающий.

— В общем, мне с тобой абсолютно всё ясно.

— Серьёзно? — чуть удивлённо спросил я. — Мне самому-то не ясно.

— Краснов! Я прямо сейчас еду в аэропорт.

— Для чего? — поинтересовался я.

— И вылетаю в Москву дневным рейсом. Говорю тебе чётко и ясно, ртом, без намёков и недосказанностей. Такое отношение с твоей стороны я терпеть не намерена!

— Во как… А ты бы не могла пояснить?

— Знаешь ли, — сердито проговорила она, — есть такие вещи, которые объяснять бесполезно. Если ты не понимаешь сам, то уже никто тебе их не объяснит. Короче говоря, если я тебе не нужна, без проблем, я уезжаю. Делай что хочешь. Трахайся, с кем хочешь. На этом наш ансамбль с вами прощается. Чао-какао.

— Я думаю, в данный момент решение верное. Не потому что ты мне не нужна, — попытался я немного сгладить её разочарование, — а потому что сейчас очень напряжённая ситуация. Напряжённая и опасная. Думаю, дедуля тебя предупреждал.

— Ой, всё! — бросила она и отключилась.

— Ой, всё, — выдохнул я и закинул в рот целое яйцо, а следом отправил ломоть помидора, политый оливковым маслом, посыпанный солью и чёрным перцем. Ароматный, сладкий, как в детстве. Я отломил ещё кусочек хлеба и раздавил им третий желток, потёкший по сковородке. Но закинуть в рот не успел.

Снова зазвонил телефон.

— У меня зазвонил телефон. Кто говорит? — сказал я в трубку.

— Слон, — ответила Жанна.

— Что вам надо?

— Шоколада, Краснов.

— Отлично, Жанна Константиновна. Я как раз сижу, туплю на экран. Когда, думаю, позвонишь? А ты не звонишь и не звонишь.

— Короче, не придуривайся. У меня информация по Ханину Валерию Олеговичу, тысяча девятьсот шестьдесят второго года рождения.

— Так, — с интересом проговорил я и закинул кусочек хлеба в рот.

— Живой, — сказала Жанна. — Бывший учредитель и генеральный директор ООО «Биовет-М». Отсидел два года из четырёх за махинации с налогами. Вышел по УДО. Снова пристроился в санитарно-ветеринарную систему. Сейчас работает в Верхотомской районной станции по борьбе с болезнями животных. Главный специалист по объектам утилизации биологических отходов. По факту ведёт старые скотомогильники, биотермические ямы и акты обследования…

— И где эта контора находится?

— Записывай адрес.

— Записал, — сказал я, когда она продиктовала.

— Мне нужна будет полная информация, — сказала она. — Ваши с ним разговоры. Сделаешь аудиозапись.

— Жанна, о чём ты говоришь? Разумеется, я тебя проинформирую.

— Нет, не ты меня проинформируешь, а предоставишь полную запись. Ты меня понял?

— Понял, Жанна Константиновна, понял. Я тебя обожаю. Спасибо тебе, милая моя.

— А вот я тебя почему-то ненавижу, Краснов. Я б тебя задушила собственными ногами.

— Убила бы и съела, — вставил я.

Она глубоко вздохнула.

— Жанна, я тебя буду держать в курсе. Если хочешь, можешь поехать со мной, поговорим с Ханиным вместе. Ну, естественно, тебе лучше участвовать, как частному лицу. А ещё лучше не светиться вообще. Я тебе всю информацию предоставлю. Просто сейчас её всё равно мы не можем использовать в качестве официальной. Потому как она сразу уплывёт.

Жанна промолчала.

— Ладно, будем на связи.

* * *

Я закончил завтрак, принял душ, оделся, вытащил из тайника револьвер и вышел из подъезда. Охранники, сидящие в «Крузаке», напряглись. Вероятно, им сказали, что я буду целый день сидеть дома. Но нет. Хрен в сумку, а сухари вытряхни, как говорил зам начальника управления в девяносто пятом году.

Подъехал Кутя на «Ларгусе», и я прыгнул к нему в машину. Чердынцев ждал нас у райветстанции. Здание было старым и небольшим. Там ютились экологи и ещё какие-то биолухи. Кутя остался внизу в машине, а мы с Александром Николаевичем двинули на вахту. Он показал удостоверение, и мы беспрепятственно прошли дальше.

— Где Ханина найти? — спросил Чердынцев у неприятной толстой тётки, попавшейся навстречу.

— Пройдите по коридору, третий кабинет, — ответила она.

Помещения были старыми, давно не видевшими ремонта. Сразу было понятно, что направление не является для администрации приоритетным.

Мы прошагали в указанную сторону, и Чердынцев распахнул дверь без стука. В кабинете было четыре стола, но из живых людей имелся только один — пожилой, неухоженный, толстый дядька с потным лицом и немытыми волосами.

— Ханин? — грозно спросил Чердынцев.

— Да, — нахмурился тот.

Чердынцев молча достал удостоверение, ткнул ему в лицо. Тот близоруко прищурился, моргнул и, разумеется, не успел ничего прочитать.

— Вы были учредителем компании «Биовет-М»? — спросил он.

— Да, — удивлённо кивнул Ханин. — А что? Какой у вас интерес? Эта компания уже миллион лет как закрыта и не работает. Даже если были какие-то претензии, я всё искупил, отсидел, отбыл. Уже все сроки давности по любым делам, связанным с деятельностью компании вышли. Что вам надо? Я старый человек, больной, у меня гипертония, артрит, подагра, грыжа позвоночника, проблемы с кишечником и простатой. Что вам от меня надо?

— Нас интересуют объекты, которые обслуживала ваша компания, — сказал Чердынцев, не реагируя на жалобы на здоровье.

— А что с этими объектами?