Значит, война - Дмитрий Ромов

class="p1">Наше передвижение не осталось незамеченным местными жителями. Звуки выстрелов они слышали, поэтому нужно было уходить как можно скорее. Мы проскочили, никто нас не тормознул. Но спрятать грузовик было не так-то просто, так что мне ничего не оставалось, как рвануть в Черновку, только не в дом Розы, а в дом Эдика Калякина. Тот, что стоял заброшенным напротив. Предстояло, не вызывая подозрения редких соседей, откопать и открыть ворота, да ещё и закатить грузовик во двор.

Пока ехал, позвонил Кукуше.

— Дядя Слава!

— Здорово, племяш, — обрадовался он.

— Нужно припрятать кое-что, — сразу принялся я за дело.

— Что именно?

— Тут, понимаешь, контейнер трёхтонный… На грузовике… Нужно нормальное место и транспорт. Машину надо будет сбросить, а товар перегрузить…

— Ну, ёлки, Серый… — озадаченно выдохнул Кукуша. — Ладно, сейчас подумаю…

* * *

Повалил густой снег. Я взял молоток и попытался сшибить замок с двери контейнера. Пломбы сорвал, а вот замок не поддавался. Позвонил Кутя.

— Ну всё, — сказал он. — Александра приняли.

— В смысле⁈ — резко воскликнул я.

— В смысле в больничку, — хмыкнул он. — В приёмный покой, типа. Он там корку засветил и они забегали, заметались.

— Ты не узнал, что к чему? По его состоянию.

— Нет, его же на рентген, на хренген повезли, туда-сюда… Док сказал, типа, жить будет. И всё…

— Хорошо. Ты где?

— В областной ещё. За тобой ехать?

— Нет пока. Толян, ты знаешь что сделай? Пока «Крузак» не оставляй. Ты ключи не отдал?

— А… нет, кстати…

— Молодец. Давай, проскочи обратно, посмотри, покрутись на въезде в город. Выясни, менты уже возбудились или нет. В смысле, тормозят контейнера или не тормозят.

— Ладно, я понял. Сейчас сделаю

Я вышел из двора Калякина и зашёл во двор Розы. Был день в разгаре, но небо заволокло чёрными свинцовыми тучами. Снег повалил, как в снежном шаре. Я подошёл к бане, постучал.

— Не замёрзли там, узники?

— Слушай, — сказал Бебик, подойдя к окну и открыв форточку.

Оттуда вырвалось тепло, как волна. Угля ребята не жалели.

— Отпусти ты нас, — сказал Бебиков. Нам уходить надо. Зачем мы тебе? Всё что знал, я тебе сказал уже.

— Да куда ж вы пойдёте-то? — покачал я головой. — Вас ищут, причём все. Ширяй ищет, Фокус ищет. Скоро Шах начнёт искать, возможно. Менты ищут, опять же. Сидите здесь, пережидайте. Вдвоём вас возьмут на раз-два.

— И сколько времени нам в бане сидеть придётся? — недовольно нахмурился он.

— Могу в дом перевести. У меня здесь уже узники совести прятались. Гаситься там можно долго, но если вы решите свалить, меня конкретно подставите. Так что сидите пока. Продукты я вам привезу, с голоду не помрёте, от холода тоже. Спать жёстко, но доски лучше, чем земля, это я точно говорю

В дом заходить не стал. У углярки стоял ломик, вот его я и прихватил. Прихватил и вернулся к грузовику. Позвонил Кукуша.

— Серый, ну ты чё там?

— Норм.

— Понял. Короче, я надыбал фургон. «Фольксваген Крафтер». Хер знает, войдёт в него твой груз или нет.

— Войдёт, — ответил я. — Куда только перевозить, вот вопрос.

— Думаю, — сказал Кукуша. — Думаю. Через час буду, наверное. Надо ещё за тачкой сгонять.

— Хорошо.

Я залез в кузов, сбил замок и открыл двери. Взял в кабине нитяные перчатки с резиновыми точечками. Машина была старая, но её явно проверяли и держали в порядке. Значит, помимо всех этих бебиков и ханиных, о существовании грузовика знал кто-то ещё. Ширяй, естественно. Но Ширяй в машине масло своими руками не менял…

Внутри контейнера оказались фанерные ящики с ручками, примерно такие же как те, что таскали цыгане, вернее, их рабы… Похожие, только раза в два меньше. Я прикинул, длина была сантиметров семьдесят-семьдесят пять. Как раз два ящика стояли по ширине контейнера.

Чтобы дотянуться до верха, мне пришлось зайти в гараж взять пустой ящик, сбегать в дом и принести стул. Во дворе у Розы имелась стремянка, но я решил лишний раз не маячить туда-сюда. Забрался, попробовал пошевелить. Ящик был тяжеленным. Немного выдвинув его на себя, я снял крышку, державшуюся на металлических защёлках.

Внутри всё оказалось укрытым толстым полиэтиленом. Развернув плёнку, нетканку и ещё плёнку, я увидел баксы. Сотенные купюры. Ящик был полностью забит американским баблом. Я прикинул… В ящике было лямов семь. Семьдесят кило, плюс вес самого ящика… Ну Ширяй… Ну Ширяй… А всего ящиков было, судя по всему сорок…

В общем, когда приехал Кукуша, я всё-таки принёс стремянку.

— Слушай, там шухер какой-то на дороге. Мусора. У моста все грузовики шмонают.

— Прям все?

— Видел, там два контейнеровоза стояли.

— Тебя не останавливали?

— Микроавтобусы не трогали.

— Понял. Что тут у тебя? — спросил он, заглянув в контейнер.

Позвонил Кутя.

— Стоят, — отчитался он. — У старого моста стоят. И у въезда со стороны Осиновки. Так что, если, например, ты в Черновке и тебе надо двинуть грузовик, я тебе советую двигать на «Радугу». Там чисто.

Вот так мы и сделали. Правда не сразу.

— В верхних ящиках баблишко, — сказал я дяде Славе, закончив с Кутей. — что ниже не знаю.

— Баблишко нам не помешает, да? — усмехнулся Кукуша. — Баблишко всегда приветствуется.

— Стопудово, дядя Слава. — кивнул я. — Знаешь, сколько стоит килограмм баксов? Сто кусков.

— Ты чё, прикалываешься? — засмеялся он.

— Судя по размеру, в ящике килограммов семьдесят пять.

Смеяться Кукуша перестал. У него челюсть отвисла.

— Это… — проговорил он. — Это… не пропавший ли верхотомский общак?

Дверца открылась, как крышка у тачки

Я не сводил с неё глаз

Деньги советские ровными пачками

С полок глядели на нас…

Кукуша провёл рукой себе по загривку.

— Охренеть…

— Ты не забыл, — усмехнулся я, — ты тут фонд недавно учредил? Денежка на добрые дела не помешает.

— Ага… Судя по всему, фонд планирует финансировать военный переворот в Африке…

— Да какой там переворот, тут всего-то… — я прикинул в голове, — меньше трёхсот лямов…

Задача была полный трындец. Снимать восьмидесятикилограммовые ящики с высоты двух с половиной метров было, мягко говоря, не фонтан. Так что верхние ящики пришлось перегружать, извлекая содержимое. А