Старатель. Книга 1 - Алексей Анатольевич Рудаков

– Мы с Михалычем потолкуем, – кивает второй: – Он мужик отходчивый, но тебе тут, – следует кивок на ворота: – Лучше не появляться. Давай, Поп, – хлопает он меня по плечу: – Нос не вешай – отойдёт он, нормально всё будет.

– А я и не вешаю, – отвечаю ему улыбкой: – Чего нос вешать, если не ведут вешать? Удачи, мужики!

Развернувшись, перехожу на привычную рысцу, спеша добраться до Радио, что перенесёт меня ближе к Коровке.

Глава 10

традиционно завершающая одно повествование и начинающее следующую историю

Свобода!

Этот, приятно щекотавший горло напиток, я пил полной грудью, наслаждаясь своим положением нейтрала.

Я проводил время в блаженном расслаблении, всеми силами изображая беззаботного бездельника, не спешащего встать на одну из сторон бушевавшего здесь конфликта.

Да, я всё про то же – про противостояние Конфедератов и сторонников Чёрного Заката. Вторые, едва узнали о моём изгнании, взяли меня в нешуточный оборот, стремясь привлечь на свою сторону нового бойца. Шутка ли – такой козырь в их дальнейшей агитации! Человек, рисковал жизнью ради Михалыча, а тот, сначала обласкав своего спасителя, после изгнал его, отплатив чёрной неблагодарностью за помощь в лечении! Ну и как ещё к подобной личности можно относиться? Да и не только к нему – все конфеды такие! Ты им веришь, а они тебя кинут при первой возможности. Не то что мы – ЧеЗед!

Мы – за свободу!

Для всех!

И так далее, в таком, трескучем, духе.

Как легко догадаться, вступать в ряды любителей свободы, я отказался. Причин было несколько и прежде всего я не хотел портить отношения с Михалычем, в котором, равно как в его антиподе – Лисе, я видел ключи, должные помочь мне в решении загадки происходящего.

А во-вторых мне просто не хотелось натягивать на шею новое ярмо обязательств, которые непременно на меня свалятся, скажи я «Да» одной из сторон.

Вот так я и жил, как уже заметив выше – жизнью богатого и беззаботного бездельника, проводящего дни в развлечениях. Со стороны всё выглядело именно так, но весь этот антураж я поддерживал, шаг за шагом воплощая в жизнь свой план, а именно – подготовку к походу на Побережье.

Да, я бил оленей, продавая в Коровке жаренное мясо. Спускался в шахту, радуя Кабана и набивая медь с углём, навещал Кузьмича – старик даже слезу пустил, увидев меня на пороге. Но всё это – всё мои действия, были звеньями одной цепи, приближавшей меня к намеченной цели.

Продавал оленину? Да, но не всю, понемногу копя припасы для своего похода.

Плавил медь и свинец на продажу? Верно, а также, познакомившись с Порохом, бывшим управляющим ещё одной, полностью разрушенной Катастрофой, шахты, получил разрешение работать в его лаборатории, изготавливая и копя патроны своему стволу. Его – дробовик, я тоже поменял – не зря же я так усиленно торговал? Теперь я ходил со СПАСом – шотганом 12 калибра, чей магазин вмещал аж 8 патронов, что было весьма серьёзным аргументом для зверья, оказавшегося у меня на пути.

Но, одного ствола, пусть и мощного, было мало.

Броня – вот что беспокоило меня больше всего. Вернее – её отсутствие.

Не буду отрицать – на экипировку фракционников, что одних, что других, я посматривал с завистью. Как ни крути, но военная броня всегда будет на голову выше самодельной, пусть и её части и усилены панцирями пауков, выползших из огня разлома, тлевшего в сердце Мёртвого Леса.

В принципе, обзаведясь друзьями с обоих сторон, я мог выпросить себе комплект их брони, но такой подход был не по мне.

Пословицу помните – про птичку, чей коготок увяз? Об этом я. Начнёшь с малого, а там сам не заметишь, как должен будешь. И ведь не откажешь друзьям, пришедшим на помощь в трудную минуту.

Так что нет.

Сам уж как ни будь.

И я добивался всего сам.

Бил белёсых пещерных пауков, собирая с них зелёный жир, прозванный местными – полимером. Убивал их Огненных собратьев, торопливо сдирая куски хитина, годного на броню, проводил часы в лаборатории Пороха вымачивая добычу в щёлочи и прокаливая её в печи.

Погибал.

Было и такое, чего тут скрывать.

Меня убивало всё и все. Пауки, жуки, плотояды – местная живность была совсем не прочь полакомиться человеченкой. Убивали и люди, причём из обоих фракций – одни, видя во мне бывшего вне закона изгнанника, а другие чисто из спортивного интереса, или просто так – в следствии дурного настроения.

Обижаться, или мстить я не собирался.

Вставал в Сейфе, подсчитывал потери и, зачастую, махнув рукой на потерянную мелочь, шёл в другую сторону, не желая раздувать конфликт.

Почему так?

А смысл?

Ну – убью я обидчика, и что с того? Он же в том же Сейфе встанет, а как полностью придёт в себя – мстить бросится, тратя моё время и патроны на бессмысленную, в общем-то, стрельбу.

Нет, простите, или считайте трусом, но у меня дела и по важнее есть. Да и патроны тоже – не на деревьях растут. Лучше я их, с Кузьмичём, на ящеров, потрачу – его Шило и продаётся хорошо, да мне, в запасе, лишним не будет.

Не буду утомлять вас описанием своих охот. Особо интересного в том, как я отстреливал живность, да жарил трофеи на костре, нет. Перейду сразу к основному событию, случившемуся спустя месяца так четыре, после изгнания из Солара.

В те дни я охотился на Болоте – местности, окружённой со всех сторон горами и напоминавшей мне кратер вулкана, большая часть которого заполняла грязная вода вперемешку с гниющей листвой.

Не самое приятное местечко, согласитесь?

Тот же Каньон, куда отсюда можно было добраться по системе Туннелей, был мне куда как приятнее, несмотря на постоянную стрельбу – здесь обе стороны постоянно конфликтовали из-за пары поселений, как по мне, то не стоивших и пригоршни монет.

Но что поделать – наша природа такова, что мы будем сражаться за совершенно никчёмный клок земли, стоит только оппоненту заявить на него свои права. Верно сказал один из философов прошлого: «Отберите у людей оружие, и они начнут драться камнями и палками. Лишите их этого – в ход пойдут зубы и кулаки. Совсем не позволите воевать – так они наполнят воздух такой ненавистью, что птицы будут замертво падать на землю, приблизившись к ним».

В общем, в Каньоне мне не понравилось.

А вот в Туннелях, имевших статус нейтральной зоны, я бывал регулярно. Перебравшимся сюда людям было, как и мне, глубоко наплевать на гремящие сверху выстрелы разборок. Здесь занимались делом, куда как более важным,